Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
Таймлайн
19122019
0 материалов
Как мальчишки
Зархи и Хейфиц о начале пути

«Наша кинематографическая жизнь началась одновременно и развилась в основном одинаково. Поэтому и свой творческий путь мы расскажем как путь одного человека. ‹…› Мы впервые вошли в киноателье как мальчишки на побегушках и на самих себе изведали все радости и горести служения сложному и многообразному кино. Кинематографическая теория в 1927 году начинала только слагаться; нигде не учили кинематографу и никто еще не знал, чему нужно учить. Поэтому, пожалуй, наиболее интересным и правильным путем был наш путь — путь ученичества.

Работники киностудии «Ленфильм». Сидят: Сергей Герасимов, Зоя Федорова, Григорий Козинцев, Сергей Васильев. Стоят: Владимир Рапопорт, Фридрих Эрмлер, Леонид Трауберг, Тамара Макарова, Александр Гинзбург, Александр Зархи, Иосиф Хейфиц, Георгий Васильев. 1940. Из архива МАММ / МДФ

Кинематографисты в те годы делились на два лагеря. Первый лагерь составляли люди, всеми корнями своими связанные с дореволюционной русской кинематографией; это были люди старых театральных вкусов, для которых кинематограф был только способом фиксации на пленку лишенного слова театрального представления. ‹…› Другой лагерь составляли «молодые», те, кто видел в кинематографе новое искусство, хотел найти особые, кинематографу присущие, законы мастерства. В их числе был Эйзенштейн, показавший «Стачку» и «Броненосца Потемкина»; были Козинцев и Трауберг, ставившие тогда «Шинель» и др. ‹…›

Многочисленная группа пролеткультовцев, к которой мы тогда примыкали, была объединена вокруг простой и по-юношески задорной программы. ‹…›

Программа киномастерской Ленинградского Пролеткульта слагалась из теоретических работ, подкрепленных актерской практикой (у нас была своя группа молодых актеров). Но для того чтобы наши творческие усилия не пропали даром, надо было завоевать производство. Вот почему второй частью нашей программы была «осада» кинофабрики.

В конце 1927 года мы поступили на ленинградскую кинофабрику в качестве учеников-практикантов. ‹…›

Будучи сценаристами, мы в то же время в качестве подсобных рабочих занимались подноской аппаратуры и частенько бегали за папиросами по просьбе главного героя того или иного фильма. ‹…›

В 1929 году, после двухлетнего ученичества, мы, наконец, получили право на собственную постановку. В этом помог нам комсомол, членами которого мы состояли с 1928 года. Мы совершили невиданный в то время скачок из практикантов в постановщики, минуя промежуточные стадии: помощника режиссера, младшего ассистента, старшего ассистента и т. д. ‹…›

Теперь нам предстояло доказать на деле, на что способны мы — молодые. ‹…› Нам дали возможность говорить полным голосом, и мы должны были оправдать доверие.

Первой нашей работой была немая картина «Ветер в лицо», экранизация модной тогда трамовской пьесы «Плавятся дни». ‹…› В эту первую работу мы вложили весь свой производственный и теоретический опыт, много молодого задора и смелой решимости.

‹…› Вспоминая сейчас об этой работе, мы наряду с ворохом наивности и ученических решений видим в ней много действительно хорошего. Всеми замыслами и их выражениями мы стремились раскрыть в ней человеческие характеры, их сложность и глубину. ‹…›

Три картины — «Депутат Балтики», «Член правительства» и «Его зовут Сухэ-Батор» — были, по существу, выполнением одного нашего режиссерского замысла: мы хотели показать путь к революции трех человек, различных по своему общественному положению, интеллектуальному уровню, социальному бытию.

«Малахов курган» — следующая наша работа — сделан иным художественным методом, чем все предыдущие. Если раньше мы говорили всегда об одном человеке и все средства направляли на раскрытие этого главного образа, то в картине «Малахов курган» мы показали галерею человеческих характеров. ‹…›

Недавно зритель увидел наш труд за последние месяцы — документальный фильм «Победа над Японией». Какой великолепной школой была эта работа, и как хотелось каждым кадром показать советскому народу силу мужества наших людей, упорство их в борьбе за победу, коварство и хищную злобу врага, силу солидарности свободолюбивых наций!"

Зархи А., Хейфиц И. [Как мы стали режиссерами] // Как я стал режиссером. [Сб.] Рига, 1946.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera