Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Освобожденный от рефлексии
Юрий Ханютин об историческом смысле образа Максима

‹…› Максим в кинотрилогии Г. Козинцева и Л. Трауберга ‹…› предстает «тощим парнем с умным взглядом, с острым носом, с упрямой копной волос — оторвавшийся от своей среды книжник, интеллигент-самоучка». Но чем дальше, тем последовательнее освобождают режиссеры своего героя от интеллигентской меланхоличности, от каких бы то ни было следов рефлексии. Совсем иным, чем в сценарии, входит он в трилогию, открывающуюся фильмом «Юность Максима».

Характерен был не только внешний облик Максима — широкоплечего, коренастого паренька с простым открытым лицом и озорной улыбкой, закономерна была не только его психология человека, вступающего в революционную борьбу, не ведая сомнений, и уверенного в грядущей победе, но и его социальное происхождение. ‹…›

В «Юности Максима» пролог не только указывает место и время, в нем возникает одновременно очень важная для искусства 30-х годов тема — тема «позорного десятилетия русской интеллигенции», тема измены, предательства бывших «сочувствующих». Она возникает почти сразу же, когда профессиональный революционер Поливанов сталкивается в подъезде со своим бывшим товарищем. Встреча, очевидно, неприятна для господина в роскошной шубе, но он все-таки, пытаясь соблюсти приличия, проводит его к хозяину дома, просит дать убежище на ночь. И здесь тема предательства становится явной. Сытенький, преуспевающий хозяин — то ли модный адвокат, то ли университетский профессор — отказывает Поливанову в убежище. Он способен лишь на громкие фразы, на лицемерные вздохи о погибшей революции, да и бывший товарищ Поливанова остается в этом же лагере сытых, благополучных, продавшихся. И как приговор ему звучит единственная жесткая фраза, с которой Поливанов уходит в ночь, в темноту: «Мы с тобой Маркса вместе не читали».

После пролога действие перебрасывается на рабочую окраину, в грязный двор, увешанный бельем. Здесь появляется веселый, беззаботный герой картины. Он читал пока только Антона Кречета, но стоит больше, чем либерал, прочитавший Маркса. На него возлагают и Поливанов и авторы картины свои исторические надежды. Этот парень из рабочих совершит революцию и построит социализм.

Поначалу Максим предстает беспечным, непосредственным парнем: прыгает с забора, бросая перед собой кудахтающую курицу; с простодушным восторгом рассказывает о цирковых представлениях французской борьбы; с места в карьер идет на приступ симпатичной девушки.

Козинцев и Трауберг не боятся «снижения» героя, потому что в его человечности, в его жизнелюбии видят неотъемлемую черту будущего революционера. Органичный и последовательный оптимизм был присущ картине и ее герою, что тоже характерно для 30-хгодов. ‹…›

Люди дела, люди, уверенные в своей исторической правоте, предстают в фильме. Поэтому городовые никак не могут сорвать с фонаря Максима, обращающегося с призывом к толпе, поэтому тюремщики могут целой бандой набрасываться на заключенных, поющих песню, душить, зажимать им рты, а песня будет звучать, шириться, крепнуть, пробиваться сквозь стены.

И в финальном кадре, когда герой с узелком за плечами уходит к новым испытаниям, вовсе не звучит меланхолическая интонация чаплиновских фильмов. Мажорное, светлое восприятие жизни отличает и взгляд авторов и психологию героя этого фильма, родившегося на рубеже первой и второй половины 30-х годов.
«Юность Максима» — авторы нашли точное название. Фильм в самом деле был юным, проникнутым свежестью, радостным ощущением полноты жизни, веры в победу. И эта запевка трилогии определила в дальнейшем всю ее стилистику. ‹…›

«Юность Максима» показывала становление героя, его первые шаги в революционном движении. ‹…›

Ханютин Ю. О фильме «Юность Максима» // История советского кино. 1917—1967: В 4 т. Т. 2. 1931–1941. М.: 1973.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera