Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Агенты ФБР следили за ним днем и ночью
К вопросу о «шпионской миссии» Калатозова

Калатозов происходил из аристократической грузинской семьи. У Михаила с юности проявились барские замашки — любовь к красивой, богатой жизни, ко всему новому, модному — к дорогой одежде, автомобилям... Его жена Жанна Валадзе (она была итальянкой, и ее настоящее имя — Жанна Мамиани Деларовера Валатци) оставила его в 1932 году. Вот как это случилось, согласно рассказу моего знакомого. В 1930 году Калатозов снимал фильм «Гвоздь в сапоге». Во время натурных съемок в кадр случайно попал военный объект — тбилисский Арсенал. Калатозов был арестован ГПУ и просидел два месяца в тюрьме. ‹…›

Командировка в Америку сопровождалась интересными приключениями. Начать с того, что Калатозов поехал туда с женой и маленькой дочерью. Этой «женой» оказалась известная ленинградская актриса Елена Юнгер, с которой у Калатозова еще в тридцатые годы был роман. Но официально она была и оставалась женой ленинградского театрального режиссера Николая Акимова. Когда Калатозова в 1943 году отправляли в длительную командировку в США, а неженатых за границу в ту пору не пускали, то, видимо, доблестные органы организовали такой удобный временный «брак». В ноябре 1944 года, как только Калатозов и Юнгер прибыли в СССР, актриса вернулась к Н. Акимову, хотя муж принял ее не сразу.

По словам моего знакомого, который жил в квартире Калатозова в 1954-1955 годах, режиссер не любил распространяться о жизни в Америке, но все же он с гордостью рассказывал, что агенты ФБР следили за ним днем и ночью, особенно плотно опекая в поездках. Но когда страстный автомобилист Калатозов купил новую машину «Додж» 1942 года, агентам стало трудно за ним гоняться на их стареньком «Шевроле». Как-то им пришлось остановиться, чтобы починить мотор, и они попросили Калатозова ездить помедленней...

Вот еще один эпизод, рассказанный режиссером (правда это или нет, теперь уже не разберешь): у него был роман со знаменитой актрисой Бэтт Дэвис. Он вспоминал, что как-то ехал с ней в роскошном автомобиле, который по дороге сломался. Дэвис вышла из машины, вызвала такси, и они уехали. Но что больше всего поразило Калатозова: уже на следующий день у актрисы была новая машина!

Предметом особой гордости Калатозова были послевоенные (1947 год) слушания в Палате представителей американского Конгресса о деятельности коммунистов в Голливуде, где имя режиссера упоминалось неоднократно.

После войны Калатозов продолжил свою административную карьеру, занимая руководящие должности в кинокомитете. Вот какую историю поведал режиссер моему знакомому. Осенью 1946 года он возглавил советскую делегацию на первом послевоенном кинофестивале в Канне. Советский Союз представлял фильм Фридриха Эрмлера «Великий перелом» (1945). Во главе американской делегации был Эрик Джонсон, руководитель Американской ассоциации кинопродюсеров (МРАА), а в конкурсе участвовала американская лента «Потерянный уик-энд» Билли Уайлдера. Во время показа этого фильма, главного конкурента советского, Калатозов устроил грандиозный прием с икрой, так что просмотровый зал был полупуст! Опять-таки, было ли так на самом деле или это красивая легенда, рожденная фантазией режиссера — остается тайной!

Чиновная карьера Калатозова продолжалась до 1948 года, а когда она закончилась, то, по словам самого режиссера, он был даже рад такому обороту, так как мечтал вернуться в режиссуру. Правда, первым результатом этого возвращения стал фальшивый и малохудожественный фильм «Заговор обреченных» (1950).

Позднее, уже в «оттепельные» времена, Иван Пырьев — видимо, помня американский опыт Калатозова — предложил ему разработать план радикальной реорганизации кинопроизводства. Такой план Калатозов подготовил. Но, в конечном итоге, от него осталось совсем немного, и лишь часть, связанную с созданием Экспериментальной студии, которую возглавил Григорий Чухрай, удалось в какой-то степени реализовать. ‹…›

С какой целью Калатозов был послан в Голливуд? Что именно он там делал? Только ли налаживал отношения с американскими кинематографистами, покупал и продавал фильмы, или же занимался еще какой-то, не столь очевидной деятельностью? ‹…›

Как возникла идея послать Калатозова в Америку? Юрий Сааков ‹…› утверждает, что первым такую мысль подал уполномоченный ВОКСа и Первый секретарь советского посольства в Вашингтоне Владимир Бузыкин. В письме на имя председателя ВОКСа Л. Кисловой от 13 октября 1942 года он писал: «Сейчас в Голливуде производится несколько картин об СССР. Люди, связанные с производством картин об СССР, испытывают большие трудности, так как они не знают советских людей, их быта, привычек, психологии и т. д.».

Итак, задача была поставлена — помочь Голливуду создавать правдивые кинокартины о советских людях и их борьбе с фашизмом! Полгода спустя, 13 марта 1943 года, Кислова направляет письмо в ЦК с соответствующими рекомендациями. ‹…›

Итак, в ответ на предложения ВОКСа ЦК партии, действуя, кстати говоря, довольно оперативно, отправляет Калатозова в Америку. ‹…› Но вот что интересно: ведь в действительности СССР уже имел своих кинопредставителей и в Америке, и в Голливуде. ‹…› с января 1943 года в Голливуде уже находился представитель Комитета по делам кинематографии Л. Антонов, проявивший себя, по мнению американцев, с самой лучшей стороны. ‹…›

Калатозов вылетел в США 1 июля 1943 года. В этот день посол США (посольство тогда находилось в Куйбышеве) направил Госсекретарю телеграмму о том, что официальная дипломатическая виза Калатозову была выдана 18 июня. ‹…›

В Соединенных Штатах гостя ожидало и Федеральное бюро расследований. Девятого июля директор этой организации Эдгар Гувер направил в региональное отделение (Лос-Анджелес) телеграмму. В ней он, цитируя ‹…› заметку в «Нью-Йорк Таймс», предупреждал о приезде Калатозова, первого официального представителя советской кинематографии, в задачу которого входило налаживание связей с американскими деятелями кино и закупка американских кинокартин.

Первые дни пребывания в Америке подробно и в самых мрачных красках описал сам Калатозов в книге «Лицо Голливуда» — несколько дней ожидания в Фербенксе, придирчивый досмотр багажа, разрешение проследовать в Нью-Йорк и только потом, после многочисленных проверок, прибытие к месту назначения в            Лос-Анджелес в августе. Здесь надо отметить, что Калатозов, как и его предшественник Л. Антонов, не знал английского языка. Только в Лос-Анджелесе он начал брать уроки, платя 400 долларов в месяц. Таким образом, советские представители за рубежом оказывались в полной зависимости от переводчиков, которые докладывали обо всем происходящем соответствующим органам. Таким переводчиком и секретарем стала для Михаила Калатозова прилетевшая вместе с ним в США Зина Войнов. ‹…›

Приезд Калатозова в Голливуд широко освещался американской прессой. Так, газета «Лос-Анджелес таймс» под заголовком «Руководитель советского кино прибыл в Голливуд» рассказала о встрече Калатозова в отеле «Рузвельт» в Лос-Анджелесе с американскими военными из армейской кинослужбы. Вел встречу подполковник и кинорежиссер Анатоль Литвак. Через советского вице-консула в Лос-Анджелесе В. В. Пастоева, служившего переводчиком, Калатозов сообщил, что приехал в Голливуд надолго и хочет ознакомиться с методами американского кинопроизводства. ‹…›

Калатозов рассказал, что в СССР активно используются американские и британские военные учебные фильмы, и что большой зрительский успех сопровождал демонстрацию таких американских картин, как «В старом Чикаго», «Три мушкетера», «Миссия в Москву»... Режиссер отметил и неослабевающий интерес в Америке к таким русским фильмам, как «Петр Первый», «Антон Иванович сердится», и к документальным лентам «Разгром немецко-фашистских войск под Москвой» и «Сталинград». В интервью Калатозов старался избегать острых политических тем, подчеркивая, что искусство, и особенно искусство кино, — это универсальный язык, понятный народам всего мира. Он также несколько раз напоминал, как много общего было у России и Америки в прошлом...
‹…›
Вскоре после приезда в модном ресторане «Макомбо» состоялся прием в честь супругов Калатозовых. О нем подробно сообщила газета «Голливуд Репортер».

Прием был организован Национальным советом Общества Американо-советской дружбы. Среди 500 приглашенных — много известных кинематографистов-коммунистов и попутчиков — Джордж Кьюкор, Майкл Кертис, Сол Юрок, Фриц Ланг, Дадли Николс, Жан Ренуар, Грегори Ратофф, Орсон Уэллс, Лилиан Хеллман, Роберт Россен, Клифорд Одетс... Чарльз Чаплин взял на себя роль ведущего вечера и представил Калатозова гостям. ‹…›

Сразу после приезда советский представитель столкнулся с нелегкой проблемой: надо было снять жилье. В книге «Лицо Голливуда» Калатозов объяснял свои проблемы тем, что владельцы недвижимости, якобы, не хотели сдавать жилье евреям, коммунистам, советским людям и владельцам собак. На самом деле, человеку без кредитной истории и постоянного заработка снять жилье в Америке действительно непросто.

На первое время Калатозов поселился в доме человека по имени Бенджамен Гольдштейн, занимавшегося разного рода мелким бизнесом и, по совместительству, оказывавшего услуги советской разведке. Хотя Калатозову приходилось постоянно общаться с Гольдштейном по работе, он был о нем весьма невысокого мнения, сообщив в одном из писем в Москву, что «Гольдштейн совершенно не занимается нашими картинами, мотивируя созданной им теорией, что «американцы не любят советских картин». ‹…›

На основании имеющихся документов приведу список наиболее важных проектов, которыми занимался Калатозов в США, не считая, конечно, закупки и продажи фильмов:
— организация радиомоста между двумя странами с участием популярных деятелей кино (проект не реализован);
— съемки фильма о Шостаковиче (не реализован); организация в Москве фестивалей известных режиссеров — Чаплина, Дэвида Гриффита, Джона Форда, Фрэнка Капры, Рубена Мамуляна и Льюиса Майлстоуна, а также актрисы Бэтт Дэвис (частично реализован — показы фильмов Чаплина, Форда, Майлстоуна, Дэвис);
— создание совместного — «Союзинторгкино» и студии Р.К.О. —предприятия для ежегодного проката пяти фильмов в каждой стране (не реализован);
— открытие в Москве специального кинотеатра для показа американских и английских фильмов (не реализован из-за отсутствия помещения в Москве);
— ежемесячные показы американских и английских фильмов в Москве для культурной элиты и, соответственно, русских картин в столицах Англии и США (не реализован);
— за участие в работе над фильмами «Миссия в Москву» и «Северная звезда» Калатозов предложил наградить группу видных деятелей американского кино — Джека Уорнера, Сэма Голдвина, Эдварда Робинсона, Джея Лейду, Йориса Ивенса и других — советскими орденами и медалями (не реализован из-за возражений американской стороны);
— создание совместной советско-американской компании (по 3 члена от каждой стороны, контролирующей мировой экспорт советских фильмов (не реализован);
— совместная работа над стереофильмами (не реализован); 
— постоянный обмен творческими и техническими работниками (не реализован).

Как видим, Калатозов в Америке не бездельничал, и если большинство его проектов не удалось претворить в жизнь, то вину за это следует возложить на бюрократов обеих стран, успешно торпедировавших начинания Специального представителя советского кино в Голливуде.

После нескольких месяцев пребывания Калатозова в Голливуде, специальный агент ФБР в Лос-Анджелесе Р. Б. Худ в донесении от 27 мая 1944 года сформулировал главные претензии к советскому представителю: «...хотя Калатозов обращался к деятелям Голливуда с предложениями о культурном обмене между Россией и США и об обмене фильмами, тем не менее, среди картин, выбранных Калатозовым для показа в России, оказались «Лисички» и «Граф из Чикаго». Первый фильм изображает дегенеративную семью на юге Америки, а второй рассказывает историю американского гангстера в Англии. Особенно странно, что Калатозов выбрал «Графа из Чикаго» (1940), картину, снятую несколько лет назад и не имевшую успеха в нашей стране. Возможно, покупка таких картин — это часть плана или пропагандистской стратегии, чтобы советские люди видели жизнь Америки в самых худших ее проявлениях. Примерно так же поступало министерство пропаганды Адольфа Гитлера, старавшееся внушить немцам, что Соединенные Штаты не более чем нация чикагских гангстеров». «Русские — продолжал автор доклада, —хотели также купить фильм „Гроздья гнева“ и даже были готовы заплатить 150 тыс. долларов, сумму для них необычно высокую». Но это предложение было отвергнуто американской стороной на том основании, что Америка в этом фильме показана в самом неприглядном свете. ‹…›

С первых дней работы в Голливуде Калатозов встречался с руководителями киностудий. Особые симпатии к советскому представителю проявили Сэмюэль Голдвин, братья Уорнер и руководитель студии «Юниверсал» Уолтер Вангер. Более сдержанно относились к нему на студии «Парамаунт». Спецагент ФБР Р. Б. Худ провел беседу с одним из руководителей этой студии. Тот сообщил, что при первой встрече Калатозов стал развивать план радиомоста между двумя странами, когда деятели кино США должны были обратиться к народам России, а русские кинематографисты к американцам. В дальнейшем эта идея не получила поддержки американской стороны и не была реализована. Однако, по словам этого осведомителя, Калатозов не ответил на вопрос, как именно он себе представляет культурный обмен.

Этот человек также высказал мнение, что широкий кинообмен между нашими странами невозможен, так как в США нет рынка для советских фильмов, разве что в нескольких крупных городах. К тому же большинство картин из СССР нашпигованы откровенной пропагандой. В любом случае, советские фильмы необходимо перемонтировать и дублировать, но даже и тогда они не в состоянии конкурировать с американской продукцией по техническому уровню. ‹…›

Другой осведомитель, проходивший под номером 30-С, согласился с тем, что советские представители не заинтересованы в культурном обмене, они используют кино как средство пропаганды советского образа жизни. Он рассказал, как 12 лет назад был приглашен в Москву для показа своего фильма «Безбожница». В Москве фильм демонстрировался без последней части, что совершенно исказило его смысл, превратило в антирелигиозную пропаганду. Хотя имя этого человека в «Деле» не упоминалось, но по косвенным признакам легко установить, что это был режиссер Сесиль Де Милль!

Добавлю, что в «Деле» есть длинный — несколько десятков человек, все под номерами — список осведомителей ФБР, работавших на главных киностудиях, в газетах, в «Амторге», в аппарате Компартии и во многих других организациях. Благодаря им ФБР имело довольно ясное представление о степени влияния советской разведки как на Голливуд, так и на бесчисленное количество организаций, находившихся под контролем коммунистов.

Головской В. Михаил Калатозов — полтора года в Голливуде // Киноведческие записки. 2006. № 77.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera