Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Вопрос о жизни и смерти
Фрагмент стенограммы совместного заседания Главной редакции и первого творческого объединения «Ленфильма» . Обсуждение литературного сценария Ильи Авербаха «Семейная хроника восемнадцатого года».

Председательствует — А. С. Журавин

В. С. Шварц:
Объединение считает, что сценарий, который мы сегодня обсуждаем, одна из самых серьезных, значительных и принципиально важных работ для нас. С нашей точки зрения сценарий выполнен на очень высоком профессиональном уровне, с большим искусством, причем задача, стоявшая перед автором, относится к задачам высшей категории трудности, поскольку это не просто экранизация какого-то конкретного произведения, а это широкое историческое полотно по ранним произведения Булгакова. ‹…›
Здесь сочетаются временная значимость, историческая правдивость и занимательность для зрителя, что очень важно, поэтому в ходе работы автор обращал на это особое внимание. 
В сценарии чрезвычайно интересен образ Турбина, который не похож на привычного Турбина их Мхатовского театра, который иной по характеру и профессии. ‹…›

Булгаков М.А. «Дни Турбиных». МХТ. 1926 г.

И у Главной редакции и у объединения есть все основания для того, чтобы одобрить и рекомендовать на утверждение. 
‹…›

Н. Н. Некрасов: 
Автор верен Булгакову, верность духу необычайная — у меня было ощущение, что это написано Булгаковской рукой. ‹…›

Есть в сценарии определенная самостоятельность. Меня потрясла финальная сцена — нелепая гибель Турбина; роман этим не заканчивается. Показывается распад белого движения, его деградация; это люди, обреченные на гибель. И показана гибель прекрасного человека — Турбина, — она нелепа. Гибель Турбина верно акцентирована в сценарии, такое впечатление, что Булгаков написал. ‹…›
Сцена бегства гетмана могла быть более гротесковой. Это емкий эпизод, очень содержательный, но не хватило Булгаковской сатиры. ‹…›
Что нравится в сценарии. У Булгакова разное отношение к героям и романа и пьесы. Это неоднозначное отношение есть и у автора сценария, причем к Алексею Турбину симпатии просто не скрываются и тем трагичнее его гибель: непросто белогвардейская сволочь погибла, а погиб прекрасный человек. Ведь в белом движении были разные люди.

Я. Н. Рохлин: ‹…›
Очевидно, поскольку этот сценарий написан автором фильма в целом, то думаешь о том, что это половина работы. ‹…›

У меня есть кое-какие не то, что мелкие претензии, а какая-то озадаченность. В одном месте Карась говорит Алексею:
«Тебе не врачом, а министром обороны быть». 

И. Авербах:
Это Булгаковский текст.

Я. Н. Рохлин:
Я перелистал все стадии переворота, но нигде не нашел такого министра обороны. ‹…›

В. И. Бельдюгов:
‹…› самое главное достоинство сценария в том, что в нем выражена концепция автора, она точно вычерчена, и мне думается — это главное завоевание работы. ‹…›

В этом сценарии заявлен жанр. Это хроника, которая дает столько фактов, образов, сколько позволяет представление автора о времени, о событиях, хотя возникло ощущение, может быть, какой-то неоправданности присутствия линии Лариосика. ‹…›

Мне показалась убедительной линия Алексея Турбина: я не мог представить такого человека, который прошел все стороны жизни, испытания и который вышел, наконец, к свету жизни — и вдруг эта нелепая гибель. Это очень сильно. ‹…›

И. А. Авербах:
Я могу сказать несколько слов об истории работы. У нас давний, многолетний замысел — вопрос о жизни и смерти. Я вижу большие резервы в сценарии, но хотел бы использовать их на других этапах: киносценарии и режиссерском. ‹…›

Что было главным для меня на данном этапе? Это было немыслимо трудно, потому что я страшно люблю Булгакова и не хотелось насилия над ним. Поэтому я хочу, чтобы это соответствовало его духу, его стилю и взгляду на мир. И сейчас я понимаю, что нужно, как это передать. На первом этапе было трудно. Страшно, когда берешь вещь, которую необычайно любишь и когда понимаешь ее невероятные достоинства.

Для меня главное — линия Алексея Турбина. Есть претензии, конечно, но самое главное — это гибель прекрасного человека. Я думаю, что Булгакову это понравилось бы, т.е. гибель на мосту прекрасного человека, который попадает между историческими силами. Для меня здесь открылись многие вещи, я понял, что Алексей Турбин должен быть главным героем, не Най-Турс, не Николка Турбин, а именно Алексей, который перенес все, в том числе и болезнь тифом, — и вдруг эта нелепая гибель. Но он был обречен, и это чрезвычайно важно. Конечно, еще будет осмыслено многое и здесь, и в романе.

Еще мне важна тема чести, потому что Алексей Турбин понимает, что обречен. Он самоубийца в сущности. Он стреляет в полковника неумело. Он врач и случайно попал на войну, в этот ад, но женщина для него — это все. А что такое честь? Для него это все самое существенное и важное. ‹…›

Председатель:                                                                                                 ‹…› Главная редакция и I творческое объединение относятся к этой работе хорошо и принимает ее.

Заседание главной редакции 5 июня 1985 года. И. Авербах «Семейная хроника восемнадцатого года» (Литературный сценарий по мотивам произведений М.И. Булгакова) //РНБ. Ф. 1375. Ед. хр. 22. Л. 9-20.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera