Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
О петухе, жемчужных зернах и прочем
Разговор с кинокритиком

Он сидел в глубоком кресле и, похлопывая по колену свернутой в трубочку рукописью, ласково глядел на меня сквозь облачко табачного дыма.
— Не обижайтесь, голубчик, но вы чем-то напоминаете мне петуха из крыловской басни. С той лишь разницей, что у Крылова:
Навозну кучу разрывая.
Петух нашел жемчужное зерно...
— А вы, наоборот, стоите буквально на куче жемчуга и находите.
Выдержав паузу, критик откинулся на спинку кресла и блеснул очками.
— Улавливаете мою мысль?
Я улавливал, но спорить не стал. За спиной критика отсвечивали золотым тиснением корешки книг — наверху классики, пониже современные мыслители, в самом низу справочники, словари, лексиконы. Вся человеческая мудрость была аккуратно рассортирована и определена по местам. Это внушало уважение.

 
Федор Хитрук

— Посудите сами, — продолжал критик, — вам во владение дан некий феномен, о котором другие искусства и помышлять не смеют.
Он выпустил струйку дыма и стал пристально разглядывать тающие разводы, словно в них и скрывался этот феномен.
— Оживший рисунок. Вы только вдумайтесь в сочетание этих двух слов, столь противоположных, я бы даже сказал, — столь враждебных друг другу.
Критик постепенно воодушевлялся. Он вскочил и стал шагать из угла в угол.
— Что может быть статичнее рисунка? Легче пошевелить скалу, чем линию, нарисованную на бумаге. Вы можете ее стереть, порвать, но сдвинуть с места — никогда! И вот, силой искусства, имя которому муль-ти-пли-кация, этот рисунок вдруг обретает новую форму существования. Любой, самый фантастический сюжет подвластен вашему карандашу, ничто не ограничивает вас, кроме собственного воображения!
Он остановился, чтобы раскурить потухшую трубку, и я подумал: сейчас он скажет про фонарный столб.
— Вы можете оживить абсолютно все — вот эту пепельницу, стул, радиатор парового отопления, фонарный столб, наконец!.. Боже, какой простор для художника!!! — воскликнул критик и рухнул в кресло.
Воспользовавшись паузой, я хотел напомнить о своем сценарии, которым он так небрежно помахивал в начале разговора. Угадав мои мысли, он схватил со стола рукопись.
— А что делаете вы? Забираетесь в психологические дебри, показываете мне какого-то Иван-Иваныча с его душевными муками, разыгрываете житейские драмы. Дорогой мой, поверьте: любой заурядный актер в любом захудалом театре сделает это лучше вас!
Он наклонился ко мне и заговорил проникновенно и доверительно.
— Ну, скажите мне, Бога ради, — я ведь не специалист в вашей области и сужу как простой зритель, — зачем ВАМ (он произнес это «вам» так, что я невольно вспомнил слова царя Додона, обращенные к Скопцу: «и зачем ТЕБЕ девица»), зачем вам все эти философизмы, все эти драмы? Ваша стихия — юмор, сказка, полет мечты. Почему вы лишаете свое искусство чуда, сознательно прячете от нас перо Жар-птицы?
Я попытался возразить, но он и тут упредил меня:
— Не спорю, в мультипликации все возможно. Можно и «Гамлета» показать, пожалуйста. Особенно тень отца — роскошно получится!
Он коротко хохотнул, но тут же снял улыбку.
— Только нужно ли? — вот в чем вопрос. Нет, как хотите, а я гамлетовские страсти предпочитаю видеть на сцене или в художественном фильме, там это, по крайней мере, достовернее выглядит. Проблемы? — помилуйте, кто же возражает против проблем? Но вы подайте мне их живо и легко; заставьте меня удивиться, и я скажу: да, это мультипликация! Не забывайте, что вы аниматор (он многозначительно поднял палец), в музыке это значит «весело, оживленно».
- Подумать только, — критик горестно всплеснул руками, — иметь такие возможности и не знать, что с ними делать! Вот уж поистине «embarras de richesses», как говорят французы. Трудность от изобилия.
Я молчал. Действительно «амбара». Но мой собеседник, видимо, решил добить меня окончательно своей эрудицией:
- Кстати, кто придумал вам такое название: «мультипликатор». Знаете, хотя бы, что означает это слово?
Он протянул руку к нижней полке. Не оборачиваясь, безошибочно достал нужный том энциклопедии и так же быстро нашел нужную страницу.
- «Мультипликатор — прибор для конденсации пара». Или вот, еще лучше: «Механическое устройство для размножения фотокопий». С чем вас и поздравляю!
Критик торжествующе захлопнул книгу и водворил ее на место. Аудиенцию можно было считать законченной.
- За петуха не обижайтесь, — говорил он, провожая меня до двери, — поверьте, я вам добра желаю. Признаюсь, я с большой симпатией отношусь к этим, как их называют, «мультикам». Ну-ну, только не делайте такое лицо, ведь любя называют!
На прощание он крепко пожал мне руку.

Хитрук Ф. О петухе, жемчужных зернах и прочем // Киноведческие записки. 2005. № 73.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera