Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
В обычный мокрый ленинградский день
О памятнике Чижику-Пыжику
«Чижик-Пыжик». Скульптор Резо Габриадзе. 1994

Там, где сливаяся шумят, обнявшись, будто две сестры, струи... Фонтанки и Мойки, у моста Пантелеймона, на фоне Инженерного замка сидит теперь маленькая бронзовая птичка. Это тот самый Чижик-Пыжик, о воздвижении памятника которому уже радостно сообщили все средства массовой информации. Однако «памятник», равно как и «воздвижение», — слова наименее уместные в отношении этого события.

В самом деле, странно встретить на ниве монументальной пропаганды произведение, размером чуть превышающее обыкновенный спичечный коробок. А сколько было тревог и даже возмущений, когда известный художник, сценарист и режиссер-кукольник Резо Габриадзе объявил о своем намерении увековечить светлый образ Чижика и популярнейшей песенки о нем. ‹…›

Однако, как видите, все не так: «скульптура» не обошлась городу ни в один рубль. Не заняла практически никакой жилплощади.

Что касается птички, то это существо для Габриадзе — почти тема в творчестве, некий талисман. Когда-то, еще в Тбилиси, в своем прелестном Театре марионеток он сочинил поразительный спектакль «Осень нашей весны», главным героем которого была трогательная и мужественная птичка по имени Боря. Тоже человек, смешной и хрупкий в своей телесной оболочке, но с очень значительный личностью и характером. А еще раньше, гуляя по дождливому Ленинграду, Габриадзе забрел в тамошний Театр марионеток и «заболел» кукольным театром.

Резо Габриадзе: Известен факт — когда Пушкин отправлялся на Сенатскую с площадь, ему перебежал дорогу заяц. И Пушкин вернулся с полпути. Мой друг писатель Андрей Битов мечтал, чтобы кто-нибудь изваял этого зайца в натуральную величину и написал на пьедестале: «Скромному зверьку от благодарной России — за спасение жизни ее великого поэта». Идея пока что не нашла воплощения, но ассоциации возникли.

Знаете, эпоха гигантских памятников давно вызывала у меня желание сделать что-нибудь маленькое и нужное. Ведь главное — не величина монумента, а суть его. Многие скульптуры величиной в 3–4 метра по сути своей годятся разве что на пробку для флакона духов. И наоборот, есть крошечные сфинксы, которые ничуть не хуже гигантских, как египетских, так и петербургских.

Ленинград — мой любимый город. Я хотел в знак благодарности подарить ему маленькую улыбку.

Как римлянин когда-то заканчивал свою речь фразой «Карфаген должен быть разрушен», так и мы сегодня, говоря о чем угодно — о пуговицах, об экономике, о правительстве, о любви, — заканчиваем тем, что экология в опасности.

И Мойка, и Фонтанка, и Нева, и мои родные Риони и Кура — больные реки. Их воды несут сплошную заразу не только для рыб, но и для человека. Вот мне и хотелось, чтобы маленькая птичка, которую легко сравнить со скромной сережкой в ушке девочки, лишний раз напоминала бы людям о чистоте рек и воздуха.

Вы скажете — Чижик пьет водку. Но ведь он выпил всего две рюмочки. Ни в одной из канонизированных версий известной песни я не слышал о третьей. Между прочим, Шамаханская царица в опере Римского-Корсакова «Сказка о Царе Салтане» много пивала зелена вина. Почему же целое столетие молчала пресса, где были ревнители чистоты нравов? Как же это никто не догадался уличить Римского-Корсакова в пропаганде алкоголизма? И почему все упреки достались скромному Чижику?

Нет, я решительно отметаю концепцию моего друга Михаила Жванецкого относительно того, что «две рюмки можно пить в неограниченном количестве». Моя птичка — апологет здорового, экологически чистого употребления спиртных напитков. Он вообще скромен во всех отношениях. Стоит так, что виден только тому, кто хочет его увидеть. Не досаждает, не навязывается. И я сам как автор более всего хотел ничего не нарушать в уникальном Питере. Сделал так, что я вроде был здесь, а вроде — и не был. В выборе места для Чижика мне очень помог петербургский архитектор Чан Бухаев.

Установка «памятника» пpoходила в обычный мокрый ленинградский день, в какой обычно происходят революции, перевороты. На этот раз, к счастью, революции не было- ни в искусстве, ни в общественной жизни. Пришли хорошие люди: Искандер, Битов, Ахмадуллина, архитектор Великанов и многие другие. Играл оркестр петербургских пожарников — исполнялась известная мелодия в аранжировке Андрея Петрова, выходили цирковые кони, водолазы приветствовали из мутных вод нашу бронзовую птичку, а утки плавали в этих же водах и крякали по-утиному «виват!». Над нашими головами в это время пролетал вертолет, который нес новый крест для одной из церквей. Я был счастлив.

Габриадзе Р. Наш Чижик — не утка [Записала Н. Каминская] // Культура 1994. № 47. 3 декабря.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera