Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Наедине с тетрадями
Режиссер о работе над фильмом
И. Хейфиц и Г. Бакланов в работе над сценарием фильма «Горизонт»

Самый интересный период для меня — когда я наедине со своими тетрадями, бумагой, пишущей машинкой, со своими замыслами. Люблю процесс писания сценария. Дальше начинается история постановки, которая есть история медленного крушения твоих замыслов. Вот уже будущий фильм написан, и я знаю, что из этого осуществится только часть: одно невыполнимо, в другом ты ошибся, третье не лезет по метражу.

Интересен процесс монтажа. Монтаж хорош, если к нему относиться творчески, как к живому компоненту картины, а не просто «режу-клею». Вообще про каждый законченный период при создании фильма я бы сказал — все сызнова.

Режиссерский сценарий — это все сызнова по отношению к литературному. Съемка — все сызнова по отношению к режиссерскому сценарию. Монтаж есть новый процесс по отношению к съемке. И так бесконечно.

Я люблю озвучение. Люблю тонировку, когда она, опять-таки, не механическое вкладывание слов. Озвучением можно добиться переосмысления целой сцены.

Люблю спросить себя: что я могу сделать из этого куска, подойдя к нему с новой задачей? Тогда исчезает ощущение механичности. Меняется интонация, даже слова, фразы, и это интересно.

Вот в фильме «Салют, Мария!» была сцена, где испанцы-эмигранты, находясь далеко от своей родины, играют в странную игру — «путешествуют» по Испании, сидя за столом. Называют станции, имитируют звук поезда, вспоминают, на какой прибыли вокзал, что видят там. «Едут» до следующего города. Здесь кто-то высаживается, ему дают ящик от письменного стола вместо чемодана, он прощается со всеми, вроде бы уже приехал, а на самом деле он сидит в номере гостиницы.

Все было снято синхронно, но отдел технического контроля забраковал звук. Посмотрев испорченный кусок на экране, я понял, что озвучить второй раз эту испанскую речь, сбивчивую, эмоциональную, невозможно. Однако пригласил испанских товарищей, снимавшихся в этой сцене, спрашиваю: сможем ли мы снова сделать так? Они не были профессиональными актерами: механики, шоферы, инженер-плановик — разные люди. Они еще раз это пережили! И более того, импровизировали: когда на очередной станции «вышли», решили вспомнить сорт вина, который там продают. Стали говорить другой текст и все было хорошо.

Я не люблю съемочный процесс.

Не только потому, что он физически наиболее тяжелый, а и потому, что он есть непрерывная борьба с какими-то препятствиями. Это изматывает душу. А когда сидишь в монтажной, происходит второе рождение фильма. Складываешь из кубиков. Можешь сложить дворец, можешь хижину, а можешь ничего не сложить.

Хейфиц И., Саввина И. Иосиф Хейфиц. Жизнь в кино. М.: Бюро пропаганды советского киноискусства, 1978.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera