Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
Таймлайн
19122021
0 материалов
Режиссер строгого вкуса
Из воспоминаний Амо Бек-Назарова


Иван Николаевич Перестиани пришел в кино года через два после меня.

В своих мемуарах Иван Николаевич не отметил, что первым, с кем он встретился на кинофабрике Ханжонкова, был я.

Такая забывчивость вполне объяснима: на новом месте, где человека окружает много незнакомых лиц, трудно запомнить, кто был первым, заговорившим с тобой. Я же отлично помню, как в вестибюле ко мне подошел средних лет незнакомец и спросил, где кабинет Ханжонкова. Его волевое, энергичное лицо произвело на меня сильное впечатление. Я сразу проникся симпатией к этому человеку. Я объяснил, что если он хочет сниматься, то лучше не обращаться к главе фирмы, а сразу же поговорить с Антониной Ханжонковой и режиссером Бауэром, который сейчас находится в ее кабинете. Перестиани поблагодарил и направился в указанном направлении. В ожидании своей съемки я просидел в вестибюле еще, помнится, часа полтора, и возвращающийся Перестиани, завидев меня, с большим чувством поблагодарил за добрый совет. Бауэр произвел на него самое приятное впечатление.

Дебют Перестиани в кино прошел очень удачно. Вскоре он начал выступать и как сценарист, а впоследствии и как режиссер. Перейдя от Ханжонкова в «Биофильм», я убедил директора Саркисова пригласить в интересах дела и Перестиани. Совместная работа на одних студиях связала нас настоящей творческой дружбой.

Перестиани был режиссером очень строгого вкуса. Он никогда не гнался за дешевым успехом. Большая театральная культура и хорошее знание возможностей «светописи», почерпнутые им у Бауэра, отличали уже первые его самостоятельные постановки.

В дальнейшем, уже в советские годы, он создал ряд замечательных фильмов. В их числе были не только широко известные «Красные дьяволята», но и «Дело Тариэла Мклавадзе» и «Три жизни» — картины, выделявшиеся на фоне кинопродукции первой половины 20-х годов своей глубокой реалистичностью и четкой обрисовкой характеров. ‹…›

Серьезным этапом ее становления как актрисы стала работа с Иваном Николаевичем Перестиани. Режиссер поручил Н. Вачнадзе чрезвычайно ответственные роли в двух фильмах, работа над которыми шла параллельно: «Три жизни» и «Дело Тариэла Мклавадзе».

В те годы практика предварительной репетиции еще не утвердилась в кино. Серьезной подготовительной работы с актерами не велось. Перед началом съемки, уже в павильоне, режиссер рассказывал содержание эпизода, а затем следовала единственная репетиция, скорее даже не репетиция, а прикидка. Понятно, что в таких условиях актер должен был целиком довериться режиссеру, который как на помочах, вел его из кадра в кадр, из сцены в сцену.

Добиваясь реалистического рисунка игры, Иван Николаевич, конечно, не мог удовлетвориться серией поз «а ля Холодная». Не изображать чувство, а переживать его — вот чего он требовал от Наты Вачнадзе. Эти требования, продиктованные взыскательностью Перестиани как художника, актриса воспринимала очень болезненно. Мне, своему первому учителю в кино, она неоднократно жаловалась на «придирчивость» Перестиани. Одно время она даже была намерена отказаться от дальнейшей работы с ним. Я ее утешал, говоря, что трудности, с которыми она столкнулась, закономерны: это трудности ее роста как актрисы. Один такой разговор особенно мне запомнился. Ната расплакалась от обиды на режиссера, который, как ей казалось, придирается к ней, но в конце концов была вынуждена согласиться, что все это делается для ее же пользы.

— Вы меня убедили, Амо Иванович, я буду стараться, — сквозь слезы прошептала она.

И, надо сказать, Перестиани добился своего. После фильма «Три жизни» уже нельзя было говорить о Нате Вачнадзе как о красивой женщине, но второстепенной актрисе. Ее игра подкупала психологической глубиной и верностью нюансов.

Бек-Назаров А. Записки актера и режиссера. М.: Искусство. 1965.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera