Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Первая заявка на историко-революционный фильм
Вторая половина 1910-х гг.

Весной 1918 г., когда кончилась «мирная передышка» и над молодой Советской республикой нависли тучи гражданской войны и интервенции, в кинематографе внешне все обстояло так, словно ничто не изменилось на свете, как будто даже не было революции, не шли на Москву враги и не надвигались голод и разруха. Кинематограф оставался частным, буржуазным, чуждым Советской власти. По-прежнему снимались салонно-психологические драмы на «вечные», главным образом любовные, а точнее — адюльтерные сюжеты, по-прежнему афиши кричали аршинными буквами об участии королей экрана Максимова, Холодной, Рунича, Полонского в «новых фильмах» — «Позабудь про камин», «Молчи, грусть, молчи...», «Женщина, которая изобрела любовь» и т. п. Хозяином кинематографа по сути дела оставался ОКО ‹…›. Многие работники кино предпочли позицию сторонних наблюдателей. ‹…›

Новое на них надвигалось неуклонно и ежечасно. Новое было не только в организации Кинокомитета, в установлении рабочего контроля на кинопредприятиях, в решительных действиях Советов на местах, национализации Скобелевского комитета — новое проступало в мелочах, в обыденном и, казалось бы, устоявшемся.

Новое было и в том, что штатный режиссер товарищества «Нептун» В. Касьянов пришел к хозяину и предложил организовать съемку серии картин, которые бы рассказывали о революционной борьбе в России за 100 лет. ‹…›

В. Касьянов принадлежал к той верхушке хорошо оплачиваемой творческой интеллигенции, которая не приняла революцию. Но в отличие от многих своих коллег, В. Касьянов пытается осмыслить характер происходящих событий, он начинает искать свое место в новой жизни ‹…›. Этими поисками и объясняется та настойчивость, с которой он в течение трех с половиной лет старается осуществить свой план киноэпопеи «100 лет революционной борьбы в России».

Первоначально это была лишь весьма общая идея: создать несколько фильмов — о восстании декабристов, о деятельности революционных демократов, народниках, о революциях 1905 и 1917 гг. Каждый фильм мыслился художественно целостным произведением, которое можно было бы демонстрировать и отдельно от других картин. Вся же серия картин должна была дать зрителям общее представление о главных революционных событиях, происшедших в России за последнее столетие.

Полновластный хозяин «Нептуна» П. Антик — один из самых ловких, умных и враждебно настроенных к Советской власти дельцов — вежливо отклонил предложение В. Касьянова. Вскоре «Нептун» превратился в трудовое товарищество «Кинокультура» при Московском центральном рабочем кооперативе. Членами правления его были К. Станиславский, В. Немирович-Данченко, Л. Леонидов,
А. Сумбатов-Южин, П. Садовский и многие другие. Но имена и громкое название были лишь ширмой, скрывавшей того же Антика. Не удивительно, что В. Касьянов, хотя он и являлся членом-учредителем «Кинокультуры», снова получил отказ и совет «подработать предложение».

В эти годы В. Касьянов много работает. В 1918 г. он снимает агитфильм «Подполье» по сценарию А. Серафимовича; в феврале 1919 г.— снова агитфильм к первой годовщине РККА «За Красное знамя» по сценарию А. Смолдовского. Летом того же года готовит экранизацию романа A. Толстого «Хромой барин» по сценарию А. Смолдовского и детский фильм «Алешина дудка» по сценарию И. Новикова. Работа над планом киноэпопеи замедляется, но не прекращается. Снимая фильм «За Красное знамя», режиссер ищет ему место в своей эпопее, рассматривая свою работу как начало осуществления широкого плана.

Примерно, в конце 1919 г. (точные даты проставлены далеко не на всех документах, хранящихся в личном архиве B. Касьянова. — Р. С.) он подготовил первый подробный вариант плана постановки фильмов, отражающих «100 лет освободительного движения в России». Если в 1918 г. он мог представить Кинотовариществу только клочок бумажки с названиями пяти фильмов и свою убежденность в своевременности и полезности начинания, то теперь на стол членов правления лег уже продуманный и аргументированный план.

Позже В. Касьянов рассказал нам, что первым с его планом киноэпопеи ознакомился А. Дживелегов. Ученый не сделал существенных замечаний по плану, но определил его как предварительный, требующий дальнейшего уточнения и детальной разработки. Идея киноэпопеи понравилась Дживелегову, и он обещал принять участие в ее разработке. Одновременно он указал автору плана на источники, которые могли помочь ему в дальнейшей работе.

Художественно-литературная комиссия Кинотоварищества признала идею киноэпопеи интересной и плодотворной, но отвергла первый ее вариант. В комиссию тогда входили художник В. Егоров, литератор А. Смолдовский, режиссер и кинокритик Н. Туркин, артист М. Нароков, оператор Славянский, сам В. Касьянов и А. Квартиров. Это были люди, плохо знавшие историю революционного движения и далеко стоявшие в те годы от политической жизни страны. Но даже и для них было очевидно, что представленный план искажает историю, особенно последнего периода, что составлен он с позиций буржуазно-либеральной историографии и что в целом — аполитичен и аморфен. ‹…›

Работа Касьянова над замечаниями еще продолжалась, когда художественно-литературная комиссия вновь вернулась к обсуждению плана и приняла следующее решение:

«Художественно-литературная комиссия при кинематографическом предприятии «Нептун» в составе В. Е. Егорова, В. П. Касьянова, А. В. Квартирова, М. С. Нарокова, Е. О. Славянского,
А. М. Смолдовского, Н. В. Туркина, И. Л. Шассена, обсудив в ряде заседаний предложение Правления названной фирмы о выработке, согласно почина В. П. Касьянова, общего плана кинематографической инсценировки «Истории революционного движения за сто лет», пришла к следующим общепринципиальным выводам:

1. Передать на экран историю титанической революционной борьбы народа, пребывавшего в многовековом рабстве и ныне возвестившего лозунги мировой свободы — задача исключительного значения и ценности как со стороны идейной ее глубины, так равно и в смысле художественной увлекательности и широты подобного замысла.

Создание ряда картин, иллюстрирующих революционную борьбу, тем более важно и необходимо, что кинематографическое искусство, по нашему мнению, в самом ближайшем времени должно войти у нас в школу, как новый метод преподавания. Принимая во внимание, что зрительное восприятие является самым сильным из всех восприятий, картины на экране явятся могучим подспорьем в школах при прохождении той или другой науки. Наглядное изображение революционной борьбы и будет таким подспорьем при изучении течений общественной мысли в России.

В этих же целях выпуск подобных картин должен, нашему мнению, сопровождаться изданием литературного иллюстрированного труда, который бы кратко, в широко доступной, но строго научной обработке излагал историю революционной борьбы, служа, таким образом, как бы распространенным либретто картины и в то же время являясь самостоятельным элементарным курсом по истории русского освободительного движения.

2. Ввиду сказанного выполнение самой ленты должно быть поставлено в рамки художественно-исторической хроники, последовательно запечатлевающей в образах и картинах как наиболее характерные явления соответствующей эпохи, будившие революционную мысль, так и те центральные, этапные моменты самой борьбы, которые исторически бесспорно установлены.

Но вместе с тем, преследуя задачи художественного простора и занимательности, желательно не обойти и такие моменты, которые, хотя бы и не стояли в непосредственной связи с историей революционной борьбы, как, например, близость Пушкина с декабристами, но по своей индивидуальной значительности и популярности имен или фактов могли бы придать хронике известную бытовую красочность и внешнее разнообразие.

3. Помимо изложенного, проектируемая хроника должна являть собой строгую систему как в смысле идейного замысла, так и художественных ее форм.

Исходя из указанного принципа, мы полагаем, что достаточно одного общего взгляда на историю революционного движения в России, чтобы установить основным его идейным признаком демократизацию революционной идеи. Зародившись в самых верхах общественной лестницы, в кругах дворянско-гвардейской знати, революционная идея переходит к представителям литературно-интеллигентских кругов, снижается далее до разночинной студенческой кружковщины, вырастает в широкое народническое движение и, наконец, перебрасывается стремительным потоком в мир фабрично-рабочей массы, чтобы в последнем фазисе этого движения охватить бушующим океаном уже все глубины народной жизни.

Путь идей соответственно предуказывает и путь формы. От екатерининской эпохи, блистательная пышность которой питалась кровавыми соками жесточайшего народного рабства, с выявлением таких фигур, как Екатерина, Потемкин, Радищев, Дидро и Салтычиха, лента развертывается в картине исступленной павловской реакции, когда даже французская мода как угрожающий символ Великой французской революции подвергалась свирепому полицейскому гонению; переносит далее, в строгий александровский ампир, с мистикой его салонов и аракчеевщиной в стране; знакомит с первыми организационными ячейками революции — тайными обществами Южным и Северным, и вводит, наконец, в эпопею декабристов. Мрачная империалистическая твердыня николаевского царствования раздавила всякую революционную активность. Слабо мерцают лишь отдельные огоньки революционной идеологии, группируя вокруг себя интеллигентско-литературные кружки — «Отечественные Записки», «Кружок Станкевича», «Петрашевцы» — и выдвигая изредка такие яркие, но одинокие фигуры, как Герцен, Бакунин, Огарев, Шевченко. Трагически безгласна под железной пятой империалистической тирании и вся страна. Польский мятеж, Кавказ, венгерский поход и, наконец, севастопольская эпопея — вот картины кровавых этапов этой эпохи.

Этот цикл ленты завершен каракозовским выстрелом, как первым призывно-боевым сигналом к бурной и широкоорганизованной революционной борьбе последующих эпох. Огромная портретная галерея, богатый фактический материал именно этих эпох открывают настолько широкий простор для художественного их воспроизведения, что останавливаться на общей характеристике этого материала не представляется необходимым. Уместно лишь отметить, что комиссия находит художественно целесообразным разделить этот материал также на два цикла — от каракозовского выстрела до процесса и казни народовольцев и с этого момента до Великой революции наших дней.

4. В такой общей схеме представляется комиссии поставленная перед нами задача. Выполнима ли она частным предприятием? Художественно-техническая коллегия, основываясь как на опыте уже произведенных ею художественных работ, так равно считаясь и с общей программой и направлением дальнейшей художественной деятельности кино, тяготеющей к разработке широких исторических тем, а также вдохновляемая блестящими и глубоко увлекательными художественными перспективами настоящего замысла, полагает, то выполнение такой задачи внесет одну из лучших страниц в деятельность кинематографии и вполне соответствует направлению, характеру и подбору данного художественного коллектива. Но при этом мы считаем необходимым указать, что обычные масштабы работы в данном случае неприменимы. Нужна широкая подготовительная работа, создание постоянной историко-литературной, высоко компетентной комиссии как для изыскания необходимых исторических материалов, так и для составления текста картины. Образование художественно-музыкальной комиссии, которая занялась бы в строгом соответствии с воспроизводимыми эпохами как разработкой художественно-аксессуарной части, так и созданием музыкальных сопровождений, тщательный подбор исполнителей, индивидуально соответствующих историческим образам и в то же время качественно безупречных в смысле художественной их значительности; поездки к известным местам исторической натуры; богатое декоративно-техническое оборудование постановки; щедрое ассигнование пленки, не останавливающееся перед необходимостью, в целях художественных достижений, съемки дублей тех или иных сцен, — вот те требования, которые выдвигает поставленная задача и удовлетворить которые в полной мере, отвечающей высоте и культурно-государственной значительности подобного начинания, конечно, ни одно частное предприятие в настоящих условиях не в состоянии. Только при условии широкой поддержки государственной власти или общественно-официальных организаций этот огромный художественно-просветительный труд может быть достойно и всесторонне выполнен.

Приступая к разработке общего конспекта проектируемой инсценировки, комиссия обратилась к содействию следующих лиц из научно-литературного и художественного мира, которые и дали свое согласие принять участие в предполагаемом труде.

По историко-литературной комиссии: Ю. В. Готье, A. К. Дживелегов, М. М. Богословский, В. Н. Бочкарев, B. И. Пичета, Ю. М. Соколов, В. А. Городцев, А. И. Некрасов, Н. С. Щербатов, Н. М. Тарабукин, И. Ф. Рыбаков,

По художественно-музыкальной комиссии: С. Д. Меркуров,
В. Е. Егоров, К. А. Квашнин, Н. Н. Дивов, С. М. Волнухин».

‹…›

Документ определил примерный круг событий, который предполагалось осветить в фильмах. Определил даже жанровые признаки эпопеи — «художественно-историческая хроника», имеющая главной целью воспитание и просвещение, а не развлечение. Наметил пути дальнейшей работы и обратил внимание на необходимость серьезной подготовки к съемкам.

Ученые и работники искусств, давшие согласие помочь созданию киноэпопеи, в большинстве своем никакого участия в работе не принимали. По-прежнему В. Касьянов в одиночестве читает труды по русской истории, роется в архивах, просиживает недели в Румянцевской библиотеке. Работа, проделанная им в первые месяцы 1920 г., вызывает уважение. К сожалению, направление этой большой работы по-прежнему остается ошибочным, в значительной мере — антинаучным.

Ю. Готье, первым ознакомившийся с последним вариантом плана картин, сделал массу замечаний, большинство которых относилось к периоду от Февральской до Октябрьской революции. Следует подчеркнуть также и то, что сам Готье в это время остается еще довольно далеким от правильного марксистского понимания происходящих событий. В. Касьянов учел лишь часть замечаний. В представленном им «Буревестнику» и Центросоюзу варианте схема киноэпопеи «100 лет освободительной борьбы в России» выглядела так:

ПОЧВА, НА КОТОРОЙ ВЫРОСЛА РУССКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

I. Правительственный либерализм и действительность

1. Екатерина и Дидро.

2. Салтычиха и ее нравы. Крепостной быт.

3. Бал у Потемкина.

4. Стоимость бала в картине крестьянского оброка.

5. Новиков — филантроп и издатель.

6. Что видела Екатерина в своем путешествии (Потемкинские декоративные фокусы).

7. Что видел Радищев в своем путешествии. Екатерина испугалась. Репрессии.

8. Гонения на Новикова и Радищева. Тюрьма. Ссылка. Масоны.

9. Павловский вахтпарад. Отправка полка в Сибирь.

10. Фронда дворцовой партии.

Французская революция и ее влияние.

11. В Петрограде при вести о взятии Бастилии 1789 г.

12. Русские на баррикадах в Париже. Строганов и Голицины. Шереметьев.

13. Пале-Рояль.

14. Якобинский клуб.

15. Конвент. 1793 г.

16. Гонение на все французское.

17. Закрытие типографий и гонение на книгу.

18. Манифест 29 января 1797 г.— «не будет никакой свободы».

19. Раздача 3 000 000 крестьян в собственность при Павле.

20. Любовь Павла к дореволюционной Франции. Принятие на службу корпуса принца.

21. Масоны.

22. Русские войска во Франции 1814 г.

23. Дворянство учится на Западе конституционализму.

24. В салонах.

25. В кафе.

26. Возвращение в Россию. Картины действительности 1814 г.

27. Негласный комитет — Строганов, Чарторыйский, 1801 г.

28. Аракчеев, Сперанский.

29. Первая группировка декабристов.

30. Пушкин у Милорадовича. Высылка Пушкина.

II. Дворянская революция

1. Тайные общества декабристов.

2. Южное о-во. Пестель.

3. Северное о-во. Собрания.

4. Бунт на Сенатской площади 14 декабря 1825 г.

5. Убийство Милорадовича.

6. Восстание на юге. Арест Пестеля и др.

7. Следствие. Николай I.

8. Суд. Приговор.

9. Казнь.

10. Ссылка.

11. Сибирь.

12. Жены декабристов: Трубецкая, Волконская, Муравьева, Анненкова.

13. Декабристы на Петровском заводе.

14. Жизнь на поселении в Сибири в 40–50 гг. [XIX в.]

15. Реакция при Николае, питавшая революцию.

16. Польский мятеж.

17. Бенкендорф. Дубельт.

18. Кавказ.

19. Венгерский мятеж. Бунт военных поселений.

Анархисты.

Керенский и социалисты у власти. Возвращение Ленина в Россию.

Митинги.

В Армии.

Июльские дни.

Московское Государственное совещание. Петроградское демократическое совещание. Предпарламент.

Железные дороги.

Корнилов.

VII. Октябрьские дни

В доме Кшесинской.

В Смольном.

В Армии.

В Москве.

Образование правительства.

VIII. Картины социалистического строя

Часть взять из снятой хроники, часть доснять.

Как видим, план киноэпопеи стал более подробным, более ясным и логичным, хотя многие первоначальные ошибки остались в нем без исправлений. Любопытна и такая деталь, как желание автора ввести хронику для показа современности, поскольку В. Касьянов в те годы не видел иных средств для отражения современной советской действительности.

‹…›

План, однако, в том виде, как его предлагал В. Касьянов, не был осуществлен. Почему именно — сейчас уже трудно выяснить. Сам автор полагает, что виной всему оказалась неповоротливость Художественного совета, не сумевшего даже собрать совещание историков и партийных работников, распылившего свое внимание по множеству мелких задач и не имевшего сил для решения сложных.

П. Воеводин, смутно припоминая, что действительно никакого серьезного обсуждения плана В. Касьянова не проводилось, считает, однако, причиной отказа от постановки киноэпопеи не волокиту в Художественном совете, а общие трудности и новые задачи, вставшие перед кинематографом в связи с нэпом.

Последнее объяснение нам кажется единственно правильным. В работе Художественного совета вполне могли быть недостатки, принесшие автору плана огорчения и запомнившиеся ему на всю жизнь, но суть заключалась в том, что постановка фильмов о декабристах, народниках, народовольцах, революции 1905 г. теми средствами и в тех формах, которые были задуманы в 1918–1919 гг., в начале 20-х годов оказалась уже несвоевременной и нецелесообразной. Касьянов видел решение своего плана создания историко-революционных фильмов лишь средствами плаката, агитки, иллюстрации к тексту лекции, а они в новых условиях уже не годились. Это, кстати, очень скоро понял и В. Касьянов: обращаясь к П. Воеводину с жалобой на волокиту в Художественном совете, он называл свой план «схемой фильмов».

В том виде, в котором В. Касьянов его задумал, план не был осуществлен. Тем не менее, в 20-х годах советские зрители увидели почти все те фильмы, о которых он говорил. Но историко-революционные фильмы С. Эйзенштейна, В. Пудовкина, А. Ивановского, И. Перестиани, М. Ромма и других мастеров создавались на другой основе, с иными идейными и методологическими предпосылками, с новыми художественными средствами.

Соболев Р. Первая заявка на историко-революционный фильм // Из истории кино. Материалы и документы. М.: Искусство, 1962.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera