Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Никакого величия
Астахов об Алексее Балабанове

Александр Гронский: С чего началось знакомство с Балабановым?

Сергей Астахов: Однажды мой друг Сергей Сельянов пригласил меня на просмотр фильмов, которые Балабанов снимал еще в Свердловске. Мы познакомились, и Балабанов сказал, что собирается снимать дебютную картину «Счастливые дни». В то время я был занят съемкой картины «Ой вы, гуси» и не мог с ним работать. Мы разъехались каждый по своим делам. Алексей стал снимать с другим оператором. А спустя некоторое время я узнал, что у Балабанова возникли серьезные проблемы с оператором — актеры иногда просто не попадали в кадр. Никто не мог ничего объяснить. Снято все было очень красиво, оператор был хорошим фотографом, но, к сожалению, кино не получалось. Съемки затормозились, потому что у оператора и режиссера были разные взгляды на то, что должно происходить в кадре. И тогда Балабанов попросил меня закончить фильм. ‹…›

Основным впечатлением было: Балабанов умен и образован, а это не всегда одно и то же. Взаимоотношения оператора и режиссера можно сравнить с взаимоотношениями мужа и жены, или любовников. Это зависит от разных тонкостей. И они всегда осложнены тем, что вокруг этого тандема крутится большое количество свидетелей, помощников, консультантов, которые дают разные советы. Если говорить о Балабанове, было сразу понятно, что он имеет четкое понимание, что хочет сделать. Он снимал не что получится, а именно то, что хотел. Это не всегда позволяли возможности, но Балабанов старался добиваться задуманного. И это было очень важно. Он был немного нервным, поскольку иногда сильно сомневался, не понимал, как отснятый материал будет выглядеть на экране. Видеоконтроля тогда еще не существовало. Чтобы увидеть результат, нужно было проявить пленку. Иногда это можно было сделать только недели через полторы. Поэтому в начале работы он сильно нервничал. Но потом, когда увидел отснятый материал и убедился, что я сделал именно то, что обещал, он успокоился и стал мне больше доверять. Его усилия стали больше направлены на работу с актерами.

А. Г.: Когда Балабанов показывал вам свои сценарии, ему важно было заразить вас новой историей? После прочтения сценария вы могли ему сказать: нет, я это снимать по таким-то причинам не буду.

С. А.: Так и произошло, когда Балабанов предложил мне работать над картиной «Замок». И не потому, что мне что-то показалось не интересным. Если бы это был просто сценарий Балабанова, то я, возможно, снял бы с большим удовольствием. Но поскольку в основе сценария было произведение Кафки, эту картину нельзя было снимать за три копейки. И эти деньги нужны были не мне за операторскую работу, а на все производство: декорации, пленку, костюмы, реквизит, артистов, натуру и т. д. Кафка для меня — это образы, которые я вижу. Снимать хуже, чем позволяют способности, я не могу. Еще следует учитывать, что раньше не было таких богатых возможностей компьютерной графики, как сегодня, чтобы исправлять операторские промахи. А если ты начинаешь делать что-то хуже, чем потенциально можешь, ты просто теряешь мастерство. Это путь в никуда. В тупик. Со своим именем вы можете обращаться как угодно. Но если имеете дело с именами Кафки, Шекспира, других классиков, то нужны более серьезные инструменты и возможности для воплощения замысла. Поэтому я отказался, постарался объяснить причину отказа и Алексей, как мне кажется, правильно понял.

А. Г.: Как вы работали над картиной «Про уродов и людей»?

С. А.: Замысел возник у Балабанова, когда он работал еще над «Замком». В Германии он увидел порнографические открытки начала двадцатого и конца девятнадцатого веков. Как только появилась фотография, появилось и желание у некоторых на ней зарабатывать. У Балабанова возник замысел, он написал сценарий и показал мне его через несколько лет. В основу визуального решения легла стилистика старых фотографий и открыток. Сейчас уже никто не знает, где подлинные открытки, а где снимал я. Все, что касается остального изображения, мы старались добиться максимальной убедительности, чтобы было как можно меньше манерности, недостоверного света, как можно меньше «поэтики» изображения. Это был достаточно сложный период. Мало возможностей. И сейчас, реставрируя эту картину, мы исправляем некоторые недостатки, которые в то время нельзя было исправить. Я очень рад, что Сергей Сельянов делает благородное дело, реставрируя все фильмы Балабанова, начиная со студенческих работ. Сейчас корректируется цвет, убираются царапины, дается новая жизнь фильмам Балабанова в цифровом виде.

А. Г.: Как вы работали над фильмом «Война»?

С. А.: Особенность работы оператора с Балабановым состояла в том, что мы не выбирали натуру (в полном объеме), а утверждали. Он писал сценарии, уже исходя из знания определенной натуры и видения определенных мест. Были случаи, когда мы меняли места, если выяснялось, что они не очень удобны и не так хороши для съемок, как он это себе представлял. Но в основном он знакомил нас с местами, где видел развитие действия. И это очень помогало в работе. В теплом кресле, в уютной комнате за столом можно придумать все что угодно. Но когда дело доходит до конкретики, иногда можно потратить кучу времени и не найти то, что ты написал. Поэтому лучше иметь конкретное место, вокруг которого построен сюжет. В этом смысле с Балабановым было легко работать. ‹…›

А. Г.: Как в творчестве Балабанова возникла бандитская тема?

С. А.: Мне кажется, это вечная тема. Во-первых, она кассовая. Во-вторых — людям всегда хочется социальной справедливости. Всегда есть бандиты плохие, но очень хочется думать, что где-то есть и хорошие. ‹…› Бандитская тема греет сознание обывателя. Она одновременно пугает и греет: мол, есть парень, который придет, разберется, всех накажет, и справедливость восторжествует. На этом построен «Брат». Балабанов очень точно угадал в выборе Сергея Бодрова на главную роль. Сейчас бандиты изменились, стали немного другими. Форма изменилась, но тема по-прежнему актуальна. Она, по сути, вечная — справедливость, опасность и возмездие — это мощные двигатели зрелищного кино. ‹…›

А. Г.: Бюджет фильма «Брат» — около ста тысяч долларов. Для блокбастера совсем немного. Тем не менее, это культовый фильм, который оказал огромное влияние на целое поколение. Как вам удавалось снимать настоящее кино почти без денег?

С. А.: Если вы собираетесь снимать «Войну и мир», то для вас, конечно, бюджет необычайно важен. Потому что в «Войне и мире» полно костюмов, декораций, батальных сцен и т. д. Другим способом вы просто не добьетесь результата. Картина «Брат» была о современности. И для нее нужны были в первую очередь мозги, а не деньги. Мозги у нас были, и еще огромное желание работать. Пленку мы купили — остатки от американской картины «Анна Каренина». Сосиски варили в котелке для всей съемочной группы. Три тысячи долларов за работу Сельянов заплатил мне два или три года спустя. Но мы так и договаривались. Зато он делал все, чтобы фильм получился и преодолевал вместе с нами все трудности.

А. Г.: Вы снимали картину «Американец». Какая была идея этого фильма?

С. А.: Мы хотели показать, что, несмотря на все социальные, политические и экономические различия, люди похожи в своих человеческих проявлениях. В финале герой картины должен был влюбиться в русскую девушку, жениться на ней и остаться в России. Но, к сожалению, исполнитель главной роли американский актер Майкл Бин не выполнил условия контракта, точнее, он просто оказался наркоманом и алкоголиком. Поэтому нам пришлось закрыть картину.

А. Г.: После «Американца» Сельянов предложил Балабанову снимать мелодраму «Мне не больно». Как он отнесся к такому предложению? Ведь мелодрама — не коронный жанр Балабанова.

С. А.: Он взялся снимать эту картину, чтобы доказать: он может работать и в жанре мелодрамы тоже. Это был своеобразный вызов.

А. Г.: Кем Балабанов был на съемочной площадке для группы? У него были признаки звездной болезни успешного режиссера, величия?

С. А.: О чем вы говорите! Никакого величия. Он вообще был безразличен ко всем наградам и фестивальным цацкам. Был трудягой и работал в таком темпе, что ни о каком величии думать было некогда.

Уайт Ф. Х. Бриколаж режиссера Балабанова. Нижний Новгород: Деком, 2016.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera