Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Инъекция сострадания
О причинах успеха фильма в Германии

Берлинская премьера фильма «Броненосец „Потемкин“» состоялась 29 апреля 1926 года в кинотеатре «Аполло» и сразу вошла в легенду. Когда Ганс Рихтер, режиссер-авангардист и теоретик кино, описывал один из немецких показов «Потемкина», прыгающие строки его статьи сами собой складывались в подобие фронтового репортажа, чудом доставленного с передовой:

«Уже после первых двадцати минут показа в головах у берлинцев (после проигранной революции, выигранной инфляции, после маршей и путчей) забурлило. То, что они увидели на экране, было их собственной, хотя и потерпевшей поражение революцией. Это мясо с червями они тоже ели во время войны, эти казаки — это же ведь их рейхсвер, их Носке и различные отряды штурмовиков. ‹…› Полицейским в их устрашающей амуниции было не по себе. Шум в зале, с которым публика громко и коллективно принимала участие в происходящих на экране событиях ‹…› таил в себе угрозу готового вот-вот разразиться восстания ‹…›. И когда ‹…› мятежные матросы смогли ‹…› уплыть на своем корабле непобежденными ‹…› публика впала в оргию одобрения, выражавшуюся в восторженных криках, реве и аплодисментах. Ни у одного полицейского в мире тут не было бы никаких шансов. <.> Их разорвали бы на куски" (цит. по: Киноведческие записки. 2002. № 58. С. 109-110).

Ясно, что фильм задел исторический нерв того времени, в котором пребывали эти зрители. Магию его воздействия многие объясняли еще проще — тем, что Эйзенштейн создал исключительно мощное орудие коммунистической пропаганды. Действительно, взрывной политический резонанс, который вызывали показы «Потемкина» за рубежом, — совсем не выдумка советских журналистов. Так, в Германии запрета ленты добивались вовсе не какие-то боязливые цензоры, а высокие государственные мужи. Министр иностранных дел Густав Штрёземан в своем обстоятельном письме премьер-министру Пруссии подробно обосновывал это решение «в связи с обсуждением общеполитической ситуации в стране». После первых же показов в Германии фильм был запрещен, а затем выходил на экраны со значительными искажениями.

Вскоре после премьеры раздавались, однако, и иные голоса — так, Херберт Йеринг в берлинском «Borsen-Kurier» ставил ленту Эйзенштейна в один ряд с такими эпическими творениями, как «Илиада» или «Песня о Нибелунгах», и тем самым вообще вырывал ее из контекста социальной злободневности. Вилли Хаас в статье, напечатанной в «Film-Kurier», вообще отрицал наличие в «Потемкине» каких-либо коммунистических идей: «Это, конечно, не пропагандистский фильм. Это — сильнейшая инъекция сострадания.» Само слово «сострадание» сразу отсылает восприятие к традиционным мотивам именно русской культуры.

Вплоть до последнего времени саму ее рассекали как бы по хронологии: на традиционную — и «советскую», созданную после революции и потому как бы неполноценную. Сейчас ясно, что лучшие произведения советской эпохи во многом следуют дооктябрьским традициям. Так, краеугольным камнем национального мировоззрения Николай Бердяев считал «русскую идею» — стремление возвести рай на земле для всех сразу, немедленно и вопреки всем жертвам и лишениям. Это утверждение может показаться странным, но Золотой век «русской идеи» в кино — именно советское время. С бурных двадцатых молодое искусство было буквально одержимо красочными миражами и космическими проектами пересоздания реальности — возведения на земле Храма светлой утопии, куда достоин войти лишь новый, завтрашний человек.

Фильм «Броненосец „Потемкин“» (1925) открывался пылким лозунгом Троцкого. Но с большим основанием его могло бы открывать евангельское изречение, ставшее эпиграфом к «Братьям Карамазовым»: «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно, а если умрет, то принесет много плода».

В фильме Эйзенштейна воплощена именно идеалистическая концепция пути народа, рожденная под влиянием мессианской «русской идеи». Реки жертвенной крови льются здесь ради внезапного скачка в мир вселенской гармонии и всесветного братства. Герой фильма, матрос Вакулинчук, погибая, повисал на рее — то, что сами эти кадры откровенно отсылали восприятия к мотиву Распятия, советская критика старалась не замечать, однако в Германии именно это изображение украшало киноафиши 1926-го года. Волна, вспененная «Потемкиным» в Германии, была неожиданной для тех, кто в мировом успехе каждого советского фильма видел победу исключительно советской идеологии. Книга о революционном кино Советского Союза, вышедшая здесь вскоре после показов «Потемкина», знаменательно называлась — «Русское киноискусство». В глазах ее авторов советские фильмы обретали черты уже неких сакральных текстов: «Фильм, укрощенный русскими, это уже не фильм, но... истина». В эстетике советского кино виделась здесь суровая простота священного писания, а его творцы удостоились отношения, совсем уж далекого от всякого искусствознания: «Это великое искусство, когда художники — святые».

Для Западного зрителя, воспитанного на общечеловеческой мифологии, Эйзенштейн воплощал безусловно русское и потому общечеловеческое, религиозное начало. В монументальных образах своих кинофресок он выразил метафизическую неизменность «русской идеи», неподвластную течению исторического времени. Не случайно статью о своем «Потемкине» сам Эйзенштейн многозначительно назвал — «Двенадцать Апостолов». Именно так назывался броненосец, на борту которого снимались кадры легендарного фильма.

Ковалов О. Советское кино или «фильм русских»? // «Броненосец „Потемкин“»: Буклет. СПб.: Немецкий культурный центр им. Гёте, 2008.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera