Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
2023
2024
2025
Таймлайн
19122025
0 материалов
Поделиться
Kuck doch mal!
Лев Карахан о «Ближнем круге»

Кончаловский ‹…› обнаруживая известный патриотизм (ведь мог бы без забот, без хлопот и дальше снимать что-нибудь такое крупнобюджетное, как «Танго и Кэш» со Сталлоне), предлагает русскую историю советского периода — может быть, и необходимое, но все же достаточно экзотическое для американского кино топливо. Конечно же, Кончаловский не продает недра в чистом виде. Его товар прошел первичную обработку по принятой на американском рынке технологии. Попытку найти в картине «Ближний круг» что-нибудь вроде нравственно-исторической проблематики: предположим, простая душа в лабиринтах времени или что-нибудь подобное — может предпринять только безнадежно закомплексованный «проблемным кино» отечественный зритель. Конечно же, самое важное в фильме — это принятая берлинской публикой на «ура» сцена, в которой Саншин — Хальс с потрясающей сноровкой заряжает пленку в проекционный аппарат на глазах у изумленных энмавэдэшников; это хорошо поставленная сцена, где Берия (в этой роли англичанин Боб Хоскинс проявил большее понимание образа, чем Александр Збруев в роли Сталина) резвится под столом с женой Саншина Анастасией (Лолита Давидович); это финал, похороны Сталина, во время которых Саншин спасает в давке и сжимает, наконец, в отеческих объятиях сироту, дочь репрессированного соседа-еврея; свой зритель и у сцены, в которой этого соседа размазывают по стенке во время ареста — особое признание предсказуемо в среде московских киноведов и кинокритиков, так как в роли несчастного еврея дебютирует критик Александр Липков.

Но как ни хороши все названные сцены, американская технология не спасает еще достаточно сырой по мифологическим стандартам Нового света российский материал. И как ни старается Кончаловский компенсировать эту сырость привлечением всевозможных наработанных в советском кино стереотипов и клише — от Германа (коммуналка 30-х) аж до Евтушенко (похороны Сталина), — ему не угнаться за отшлифованными до блеска, до полнейшей анонимной зеркальности фактурными мифологемами, из которых без сучка без задоринки собран «Багси».

Карахан Л. Kuck doch mal! // Искусство кино. 1992. № 10.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera