Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
Таймлайн
19122021
0 материалов
Поделиться
An Andrei Konchalovsky Film
О творческой судьбе

…Перед нами, заинтригованными метаморфозой Кончаловского, его первая зарубежная картина множила вопросы и не давала ответов. Его было принято держать за «интеллектуального режиссера», и хотя, по моему убеждению, уже в Союзе им были сделаны два компромиссных фильма, верилось, что он еще себя покажет. Не хотелось следовать обывательской логике, объяснявшей уход Кончаловского на Запад тщеславием и тягой к плейбойской жизни.

Кажется, «Возлюбленные Марии» разочаровали меня тогда по всем статьям. Фильм ни в коей мере не соответствовал тому напряжению духа, которым пронизан рассказ Андрея Платонова «Река Потудань». Положенный в основу сюжета, он напоминал о себе разве что в драматургических паузах, в кадрах-пейзажах, где ощущалось что-то не скажу русское, но словно бы ностальгически нездешнее. Сама же история была выстроена по канонам классической, апробированной Голливудом мелодрамы — с контуром любовного треугольника, с легким фрейдистским изломом прямых и сильных страстей, с умелой дозировкой сентиментальности и роковых велений плоти. ‹…›

Потом мне пришлось как-то пересмотреть эту картину, и я точнее ощутил предложенные режиссером правила игры. Самое интересное в фильме то, как в нем смешиваются. органика и экзотика: славянский и американский элементы. Не столько в результате участия Настасьи Кински, международной звезды польского происхождения, сколько ввиду найденного режиссером колорита, особой среды действия, которое помещено в американо-югославскую колонию сразу по окончании второй мировой войны. Некая запущенность и обреченность витают в воздухе фильма, и трудно уже сказать, то ли перед нами парафраз хемингуэевских «неприкаянных», то ли рефлексия на тему персонажей Джека Николсона, но и парафраз и рефлексия, несомненно, пришлого, иммиграционного происхождения.

В одном из интервью того периода Кончаловский сказал, что не мог бы снять нечто подобное в Советском Союзе, но не потому, что ему бы запретила цензура, а потому что эротическая откровенность чужда русской традиции. По словам режиссера выходило, что «Возлюбленные Марии» — это фильм о драме импотенции, а в метафорическом смысле и о драме художника, испытывающего бессилие, мучительную невозможность выразить свое естество.

Прошло немного времени, и контрабандное видео принесло в Москву новый фильм Кончаловского «Поезд-беглец». Опять несоответствие: почтенное имя Акиры Куросавы как автора сценария в титрах и — вполне добротный триллер, разыгранный на пустынных пространствах Аляски, где сквозящий холод контрастирует с жаром испепеляющих душу необузданных желаний. И холод и жар, при всей их осязаемости, метафоричны и «экзистенциальны». Все в этом фильме настолько же «на полном серьезе», насколько прилежно освоение условий и прихотей жанра.

Беглые преступники гонятся за призраком свободы, прицепившись к поезду, который, после гибели машиниста, мчится в неизвестность без руля и без ветрил. Вольно видеть здесь метафору заблудшей цивилизации, но Кончаловский ни на миг не забывает об эффектах и специфике триллера, о его особой брутальной ауре. Схватка мужских тел в пароксизме смертельной опасности инсценирована по-американски темпераментно и увлеченно, так что практически не ощущаешь искусственности режима съемки, произведенной в огромном рефрижераторе. И все-таки вместе с инеем на стенках холодильной камеры оседают совсем не американские, а чисто русские комплексы. Комплексы несвободы, страха, ущемленного достоинства.

Два первых голливудских фильма бросают лишь дополнительный свет на метаморфозы Кончаловского, достаточно проявившиеся уже в двух его последних советских картинах. И «Романс о влюбленных», и «Сибириада» суть не что иное, как опыты наложения вдохновенно-поэтических структур 60-х годов на ситуацию следующего десятилетия с его стремительно наступающим консерватизмом — политическим, духовным, национальным. Кончаловский — космополит по образованию и ориентациям, прогрессист, художник, склонный к адаптированию стилей и новаций мирового кино, — утрачивает легкость и мобильность, с какой он самореализовался в годы своей молодости.

После драмы, постигшей «Андрея Рублева» (где он был соавтором сценария) и «Асю Клячину», после кризисного 1968 года Кончаловский стал быстро эволюционировать в направлении от авторского к «универсальному» кинематографу, даже опережая своих зарубежных ровесников-коллег, таких, как Бернардо Бертолуччи, Иштван Сабо или Милош Форман. Лирические медитации «Романса о влюбленных» звучат уже натужно на подпорках политизированного патриотизма. В «Сибириаде» режиссеру все же удается выйти на приемлемый компромисс между самовыражением, официальной идеологией и жанровой экзотикой «народной эпопеи». Успех на Западе заглушает ревнивые критические нотки, прозвучавшие на родине, и предопределяет дальнейшую траекторию судьбы режиссера. Но только ли это?

‹…› Кончаловский, чей кинематографический талант признан в обоих полушариях, показывает в Канне свой очередной американский фильм «Застенчивые люди». ‹…›

Последовательности противопоставления города и деревни у Кончаловского могут позавидовать наши ортодоксальные деревенщики. Журналистка, продукт интеллигентской богемы, давно потеряла контакт с дочерью, та без пяти минут наркоманка и едва не сбивает с пути истинного забитых диктатом матери парней. «Вы боитесь мертвого отца, — возмущается сексапильная девчонка, — а дети в Швеции подают в суд на родителей, если те трахают им мозги». ‹…›

Когда в финале происходит откровенный женский разговор, выясняется, что Отец-хозяин был на самом деле пьянчугой, мотом и садистом. Однако эта правда не важна ни для его вдовы, ни для журналистки, готовящей статью о реликтовой семье из Луизианы. Жизненно важнее оказывается миф о папаше Джо (напомню: так на Западе называли Сталина), так же как на семейных фотографиях проще затушевать лица «грешников», чем разбираться в их действительных или мнимых грехах.

Вот такая американская вариация на тему корней, экологии, морали и наследия сталинизма! Это-то и есть в фильме самое интригующее, ибо с точки зрения художественной он «оставляет желать», несмотря на участие крупного сценариста Жерара Браша и не менее крупного оператора Криса Менгеса. Снята картина грубовато, словно бы наспех, что вообще нередко сопутствует зарубежным опытам Кончаловского, сотрудничающего с компанией «Кэннон», владельцы которой специализировались на дешевых постановках класса «Б». При этом режиссеру удается привлекать известных и талантливых исполнителей. Ни «Возлюбленные Марии», ни «Поезд-беглец» не снискали лавров в Венеции и Канне, а вот Барбара Херши получила каннский приз за роль в «Застенчивых людях». Пока это высший фестивальный успех Кончаловского со времен его отъезда за рубеж. ‹…›

Когда Кончаловский отъезжал на Запад, ему наверняка виделись перспективы Милоша Формана. Действительность не воплотила этих ожиданий. Но и не опровергла правомерность предпринятой попытки. Тогда это требовало фантастических усилий. Сегодня работа на Западе для наших режиссеров уже не фата-моргана. Теперь Кончаловский, одним из первых разрушивший политические стереотипы и национальные предрассудки, может работать и здесь, и там, может свободно путешествовать, о чем он всегда мечтал, и это больше всех удивляет, наверное, его самого.

Он сам выбрал свой путь, сам заплатил за это, и никто не вправе его осуждать. Что из того, что из фильмов, снятых Кончаловским в Голливуде, ни один не отличается той творческой оригинальностью, которая побуждала видеть в нем когда-то режиссерскую звезду будущего? Да, теперь он делает заведомо коммерческое кино. Стараясь при этом, чтобы оно было интеллигентным. Лишенным вульгарности. Иногда это удается, иногда — нет.

Теперь каждую его очередную картину украшает вступительный титр: «An Andrei Konchalovsky Film» — «фильм Андрея Кончаловского». Имя Андрей больше говорит Западу — Андрей Рублев, Андрей Болконский, Андрей Тарковский…

Вычурный «Андрон» остался для его московских друзей, фамилия Михалков прочно связалась с более удачливым братом Никитой.

Я каждый раз читаю этот титр с нежностью, вспоминая дни моих юношеских надежд, которые для Андрея-Андрона были, возможно, временем окончательного краха иллюзий. И каждый раз в далеких от нашей жизни, крепко сбитых киносюжетах слышу слабеющее эхо его давних рефлексий.

Плахов А. Метаморфозы Кончаловского // Искусство кино. 1989. № 9.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera