Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Проблема Эйзенштейна
Наум Клейман о «маске ученого чудака»

‹...› В январе 1935 года в Москве проводили Всесоюзное творческое совещание работников советской кинематографии — в честь 15-летия советского кино (считая от года национализации кинопромышленности). Через месяц после убийства в Ленинграде С. М. Кирова в стране царила не просто тревожная — истерическая обстановка. На митингах требовали расправы с «троцкистами-убийцами»: начиналась эпоха большого террора. В кинематографии тоже назревали зловещие перемены. Ее руководитель Б. З. Шумяцкий затеял (явно не по своей инициативе) противопоставление московских «формалистов» — Кулешова, Эйзенштейна, Вертова — и «реалистической ленинградской школы», в активе которой были «Чапаев» Георгия и Сергея Васильевых, «Крестьяне» Фридриха Эрмлера, «Юность Максима» Григория Козинцева и Леонида Трауберга…

Эйзенштейну поручили сделать основной доклад на совещании. Он не мог не понимать, чего ждут от него «партия и правительство». Канон юбилейного доклада уже сложился и не подлежал пересмотру: должны быть победные реляции о развитии «самого важного» (Ленин) и «самого массового» (Сталин) из всех искусств, немного самокритики, столько же — критики ошибочных взглядов коллег, в финале — заверения в верности, готовности, благодарности. Вместо триумфального рапорта Сергей Михайлович делает краткий историко-стилистический обзор кино за «три пятилетки» (со всеми положенными словесами, но в меру и не каясь, объясняя стилевые закономерности пройденного пути), а потом произносит длинную речь о перспективах «внутреннего монолога» в кино, о роли в творчестве пралогики и чувственного мышления, о странных обычаях индейцев племени бороро и полинезийцев, без понимания которых и искусством-де нечего заниматься…

Зал раскололся. «Ленинградцы», чувствуя себя на коне, ринулись в атаку на доклад — со всем «решпектом» к Учителю «в халате с китайскими иероглифами» (Сергей Васильев), с увещеваниями «друга юности», воспарившего в эмпиреи и потерявшего контакт с народом (Юткевич и Трауберг)… Довженко признался, что лопнул бы, знай он столько, сколько знает Эйзенштейн. Кулешов возразил было, что лопаются не от знаний, а от зависти, но вызвал лишь аплодисменты в зале, а не поддержку других ораторов… Были и такие, кто считал, что «Эйзен опять ловко вывернулся», спрятавшись за маску ученого чудака.

Реакция «партии и правительства» была недвусмысленной. В списке награжденных в связи с юбилеем ни среди «орденоносцев», ни среди «народных» не было Эйзенштейна — ему дали третьестепенного «заслуженного деятеля искусств».

Сидя в президиуме заключительного заседания в Большом театре и слушая длинный список награжденных, где его имя появилось совсем не там, где все ожидали его услышать (оно не прозвучало в начале, среди «ведущих», а затерялось где-то в середине списка, среди «ведомых»), Сергей Михайлович нашел глазами в партере Перу Аташеву, понимавшую его с полувзгляда, обхватил указательным и средним пальцем свой нос и не слишком приличным мексиканским жестом показал ей, что с ним сделал «партия-правительство». ‹...›

Клейман Н. Формула финала. Статьи, выступления, беседы. М.: Эйзенштейн-центр, 2004.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera