Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
Таймлайн
19122019
0 материалов
Поделиться
Что-нибудь «капустное»
Юрский в воспоминаниях Белинского

Итак, при Фирсове я поставил Кюхлю, замечательный роман Тынянова. Главную роль блистательно сыграл Сергей Юрский. Наверно, необходимо заметить, что игрался тогда спектакль, как это теперь называется, «в живом эфире», другого просто не было, с восьми (!) трактовых репетиций. Спасибо Фирсову, спектакль был снят с экрана кинескопа. Его можно посмотреть и сейчас, спустя тридцать лет. Главную роль, повторяю, сыграл Сергей Юрский, абсолютный властитель дум Ленинграда и Москвы того времени.

Юрский был королем импровизации, легкой, изящной, по-хорошему глупой и веселой. Я пригласил его в «капустник», когда он был еще студентом третьего курса Театрального института. Мне нужен был исполнитель роли Остапа Бендера в номере о «великом комбинаторе». До этого я Юрского на сцене не видел, но слышал сдержанно-хорошие отзывы.

— У тебя есть что-нибудь «капустное»? — спросил я тоном опытного мастера.

По правую и левую руку от меня сидели актрисы Ковель и Шарко. Любое появление нового лица в «капустнике», независимо от пола, они считали недопустимым.

— У меня есть фокус, — сказал Юрский. Он взял в кулак трехрублевку, напрягся и «перевел» денежную купюру в другой кулак через все тело. Тем же способом «вернул» деньги назад. Потом торжественно разжал кулак и показал трехрублевку.

Шарко сдержанно улыбнулась, Ковель расхохоталась. Вопрос о новом «капустном» артисте был решен.

Я написал глупые антиимпериалистические стихи к фокусам, придуманным Юрским. На создание номера ушло полчаса. Потом он показывал нам, как ходит кукла на ширме. Я достал два рыжих парика и придумал драматургию. Номер «Кукла» был сделан за час. Для следующего «капустника», несмотря на мой протест (было четыре часа ночи, и я очень устал), Юрский придумал и поставил за десять минут номер «Прыгуны с подкидными досками».

Я увидел его в театре впервые в спектакле «В поисках радости». Смотрел спектакль ревнивыми глазами, так как сам поставил эту пьесу в театре имени Ленинского комсомола. На сцене среди правдоподобных, симпатичных героев пьесы Розова, рядом с мудрой и трогательной матерью в исполнении Ольги Казико, около хорошего крестьянского паренька в белом пейзанском парике, изображенного Кириллом Лавровым, метался Пушкин первых лет лицея. Сергей Юрский прорывался через хорошую бытовую пьесу Розова в другие театральные жанры. Мальчик, которого он играл, (его звали Олег), был самый талантливый, самый ранимый, самый странный, и главное — живущий в градусе другого времени, беспрерывно находящийся в творческом подъеме, в том самом, в каком жил сам исполнитель. Так же радостно танцевал Юрский какого-то кретина в спектакле «Сеньор Марио пишет комедию», так же читал стихи трепетного Чацкого, так же шалил, изображая короля в «Обыкновенном чуде» Шварца, — может быть, единственный актер, сумевший попасть в стиль загадочных и неповторимых шварцевских сказок. Сергей Юрский играл весело и увлеченно. А потом... Потом он стал работать. Работать хорошо, даже прекрасно, но — работать.

Сейчас в театре все работают. Не репетируют, не играют, а работают. ‹…› О том же Юрском. У меня был в одном из капустников любимый номер. Пародия на фильм о великих людях. «Курский соловей» — о жизни Алябьева. Алябьева играл Юрский. Через каждый эпизод он встречался с великими людьми разных эпох: Пушкиным и Кутузовым, Емельяном Пугачевым и Степаном Халтуриным. На каждую встречу он выскакивал из кулис, останавливался и начинал идти с другой ноги. Это было глупо и смешно. Мне это очень нравилось, и я как-то сказал об этом Юрскому: «Как великолепно это у тебя родилось!». «Это не родилось, — обиделся Юрский. — Я это придумал». Неправда! Придумать это нельзя. Это может только импровизационно родиться. Сергей Юрский стал бороться с работой подсознания, и это явилось причиной ряда неудач этого талантливейшего художника.

Весь первый период моей телевизионной деятельности можно, следуя терминологии из науки палеонтологии, назвать Юрским периодом.

С Юрским в главных ролях я поставил «Бешеные деньги» Островского, «Дон-Кихот ведет бой» Коростылева, прелестную комедию Шваркина «Принц Наполеон», миниатюры Виктора Ардова, два выпуска «Голубого огонька», «Госпожу министершу» Нушича, спектакль о Комиссаржевской «Чайка русской сцены», наконец, мой любимейший парадокс Бернарда Шоу «Смуглая леди сонетов». В этом спектакле королеву Елизавету изумительно сыграла Эмилия Попова, а смуглую леди Наталья Тенякова. После премьеры я был свидетелем на ее свадьбе с Юрским. Этим творческим достижением я горжусь до сих пор. ‹…›

Белинский А. Записки старого сплетника. СПб.: Библиополис, 1994.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera