Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Золотой век довоенного «Ленфильма»
Козинцев - петербургский лидер ленинградской школы

Ленинградская кинематографическая школа — одна из очень значимых составляющих культуры Ленинграда 20-х—80-х годов  ХХ века и отечественного кинематографа в целом. Особое место в ее истории занимает десятилетие, которое можно назвать Золотым веком довоенного «Ленфильма». В конце 1924 года вышла на экран короткометражка «Похождения Октябрины» — первый фильм Киномастерской ФЭКС во главе с Г. М. Козинцевым и Л. З. Траубергом, 25 мая они взялись за уже полнометражный фильм «Чертово колесо». Он еще не вышел на экраны, когда начались съемки их первого шедевра — «Шинели». В конце 1934 года вышел на экраны «Чапаев» братьев Васильевых и были завершены постановки «Юности Максима» Козинцева и Трауберга и «Крестьян» Ф. М. Эрмлера. За эти три фильма киностудия «Ленфильм» получила на I МКФ в Москве главный приз, что можно считать официальным итогом Золотого века. Преобладание фильмов Козинцева и Трауберга среди тех, что открывали и замыкали десятилетие, не случайно, ибо именно их творческий коллектив сыграл наибольшую роль в создании и развитии ленинградской школы. Не меньшую роль сыграл сам город, ставший Ленинградом в январе 1924 года — как раз тогда, когда фэксы ушли из театра в кино.

Содружество Козинцева и Трауберга было во многом парадоксальным. Прежде всего, это был дуэт абсолютно разных людей, которые так и не стали друзьями, хотя работали вместе на протяжении 25 лет. Оба они, так много сделавшие для появления именно петербургского кино, оказались в Петрограде в самом начале 20-х годов. Приехавший из Киева Козинцев довольно скоро стал истинным петербуржцем; Трауберг, многие годы прожив в Петрограде-Ленинграде, петербуржцем так и не стал—может быть потому, что Одесса повлияла на формирование его личности больше, чем Киев на Козинцева. И размышляя о том, чье творчество было определяющим для Золотого века «Ленфильма», и о том, как Петербург, петербургская культура повлияли на расцвет ленинградской школы, прежде всего нужно вспомнить именно Козинцева. <...>

Он начал работать в студии руководимого К. А. Марджановым Театра Комической оперы, и круг его новых знакомых быстро пополнился людьми театральными. В числе их были Н. Н. Евреинов, С. Э. Радлов, Н. В. Петров, К. М. Миклашевский, М. А. Кузмин. Встреча в студии Комической оперы с Траубергом выявила общие интересы, а дух времени <...> привел к провозглашенному в декабре 1921 года Манифесту эксцентрического театра, а затем и к самой Фабрике эксцентрического актера (ФЭКС). <...> Поставив за два с половиной года четыре спектакля по собственным пьесам, Козинцев и Трауберг пришли со своей мастерской в кино.

<...> «Чертово колесо» и «Шинель» во многом определили особенности ленинградской школы — и в первую очередь ее Золотого века. Линию «Чертова колеса», линию порой романтического, порой лирического или комического показа реальной, достаточно знакомой зрителю жизни продолжили «Братишка», «Одна» и «Юность Максима» Козинцева и Трауберга, «Катька—бумажный ранет» Иогансона и Эрмлера, «Парижский сапожник» Эрмлера, «Девушка с далекой реки» и «Мой сын» Е. В. Червякова, «Чапаев»; линию «Шинели», линию более экспрессивного показа главным образом событий прошлого — «С.В.Д.» и «Новый Вавилон» Козинцева и Трауберга, «Золотой клюв» Червякова, «Транспорт огня» А. Г. Иванова, «Каин и Артем» П. П. Петрова-Бытова, «Гроза» В. М. Петрова. Разделения в искусстве чрезвычайно условны, ни в одном фильме эти линии не представлены в чистом виде, элементы обеих в большей или меньшей степени можно найти и в перечисленных фильмах<...>.

Яркий, но очень короткий в масштабах большой истории Золотой век ленинградского кино был искусственно прерван усиливавшимся с 1932 года идеологическим прессом, который из-за продолжительных сроков производства фильмов начал особенно заметно проявляться в кино после 1934 года. Свидетельством этого стала и трилогия о Максиме. <...>

Ведущим в этот период был коллектив, выросший из ФЭКСа, а лидером его (и в какой-то степени лидером всего ленинградского кино) был Козинцев. Заложенная еще в Киеве подлинно высокая культура, ошеломление, потрясение от великого города, в котором «осталась только память», некоторые особенности его личности стали хорошей почвой для того, чтобы Козинцев стал петербуржцем, стал в один ряд с Н. П. Акимовым, Н. И. Альтманом, А. А. Ахматовой, М. М. Зощенко, Е. А. Мравинским, А. Н. Москвиным, А. И. Пиотровским, Н. Н. Пуниным, А. И. Райкиным, Ю. Н. Тыняновым, Г. С. Улановой, Н. К. Черкасовым, Е. Л. Шварцем, Д. Д. Шостаковичем, Б. М. Эйхенбаумом... Список можно продолжить, здесь перечислены лишь близкие друзья или хорошие знакомые Козинцева, люди, с большинством из которых он практически работал. <...>

Козинцев, несмотря на молодость (когда он взялся за «Чертово колесо», ему было чуть больше двадцати лет), стал во главе ленинградской кинематографической школы, и лидирующее положение на «Ленфильме» сохранил до последнего своего дня <...>. Всего за год до его преждевременного ухода молодой тогда Г. А. Панфилов назвал его лучшим мастером студии <...> Козинцев в последние годы разрабатывал замысел «Гоголиады» <...> Он вернулся к теме Петербурга, предполагая по-новому, в цвете, показать любимый город во всей его противоречивости <...> К сожалению, мы не увидели и не увидим новый козинцевский Петербург — город, сыгравший такую роль в жизни самого Козинцева, определивший особенности петербургско-ленинградской кинематографической школы и ее Золотого века.

Бутовский Я. Григорий Козинцев и Золотой век довоенного «Ленфильма» // Киноведческие записки. 2004. № 70.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera