Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Время и совесть Григория Козинцева
О творческом пути режиссера

Один из самых закрытых, сдержанных, корректных людей в советском искусстве, Григорий Михайлович Козинцев узнаваем практически во всех своих работах ‹…› Вот уж у кого всегда была Своя Тема. Эта тема отчетливо слышна и в эксцентрических мелодрамах 20-х годов, и в соцреалистической сказке о похождениях Иванушки-дурачка, известного зрителям под именем Максим, и в экзистенциальных экранизациях Шекспира и Сервантеса. Эта тема: человек и толпа. Или — человек и власть. Оказывается, что понятия очень близки. Можно вспомнить Пушкина: «Зависеть от царя, зависеть от народа — не все ли нам равно?» ‹…› Недаром единственная метафора, которая повторяется во многих его картинах на протяжении десятилетий, — это шутовской хоровод, плящущий вокруг героя: образ этот есть и в немых фильмах («Чертово колесо», «Шинель», «С.В.Д.», «Новый Вавилон»), и в «Юности Максима», и в «Дон Кихоте», и в «Короле Лире».

Такую последовательную исповедальность трудно связать с тем обстоятельством, что начинал Козинцев как стопроцентный формалист ‹…› В счастливые и сумасшедшие двадцатые годы новому миру требовалось новое искусство, новые формы старого искусства. В первую очередь это относилось к кинематографу. Самыми яркими и талантливыми формалистами на ленинградской кинофабрике были двадцатилетние Григорий Козинцев и Леонид Трауберг, создавшие легендарный ФЭКС — Фабрику эксцентрического актера. Параллельно с эпатированием публики (знаменитый девиз из Марка Твена: «Лучше быть молодым щенком, чем старой райской птицей» и т. д.) фэксы экспериментировали с жанрами. Что есть «Чертово колесо», как не опыт создания уголовной современной мелодрамы? А «С.В.Д.» — мелодрамы романтической, костюмной? А «Шинель» — опыт перенесения литературного стиля на экран. Лишь в «Новом Вавилоне», картине о разгроме Парижской коммуны, режиссеры отчетливо сформулируют настоящее содержание фильма: краткий миг свободы и цена, которую нужно за это заплатить. И только тут поймут, что об этом и делали все свои фильмы. И тем самым излечатся от формализма раз и навсегда ‹…›

Вернее, поймет это один Козинцев, потому что это — именно его тема. Тогда и начнется постепенное их расхожение с Траубергом. ‹…› Трауберг всегда воспринимал искусство как плацдарм для экспериментов. Для Козинцева искусство постепенно становилось единственным способом выражения сокровенного. В 30-е и 40-е годы это было все сложнее и сложнее. И Козинцев принимает решение смелое и беспрецедентное: в начале 50-х он уходит из кино в театр.

Возвращение Козинцева в кинематограф состоялось только после смерти Сталина. За оставшиеся восемнадцать лет он поставил всего три фильма ‹…›  Это «Дон Кихот» (не очень «прозвучавший» на родине, но признанный в Испании лучшей экранизацией Сервантеса всех времен), «Гамлет» и «Король Лир». Говорить о значении последних двух картин в жизни советской интеллигенции нет необходимости.

Любопытный факт: Козинцева, одного из немногих, миновала антисемитская кампания 1949 года по борьбе с космополитизмом. Сам Григорий Михайлович по этому поводу говорил: «Брак на производстве». Может быть. Но самое интересное, что Козинцев-то как раз и был главным космополитом в советском кино. ‹…› Он никогда не вставал ни под какие знамена. Неспроста лучшие его фотопортреты — в кабинете, на фоне книжных полок. Именно поэтому его шекспироведческие книги и статьи до сих пор переиздаются на всех языках. И поэтому его экранизации до сих пор производят на международных фестивалях и ретроспективах эффект живого, современного кино.

‹…› Фильмы фэксов с каждым годом вызывают все больший интерес, причем не только у маститых искусствоведов, но и у молодежи. Все чаще цитируют записи из рабочих тетрадей Козинцева, изданные его женой Валентиной Георгиевной в сборниках «Время и совесть» и «Черное, лихое время...». И чего уж никто не мог ожидать — время от времени возникает «мода» на самые неизвестные фильмы Козинцева, такие, например, как их последняя совместная работа с Траубергом «Простые люди»: картина, о которой сами режиссеры старались не вспоминать.

‹…› Козинцев ‹…› продолжает оставаться в центре художественной жизни. Нет, не в центре — чуть-чуть в стороне, как всегда.

Багров П. Время и совесть Григория Козинцева // Невское время. 2005.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera