Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Агитфильм и мелодрама
О кинематографе Фридриха Эрмлера

Для Эрмлера понятие «новое кино» прежде всего было понятием идеологическим: «Пора сбросить пыль отживших сюжетов, архивных ролей, только новое кино, быт рабочих, крестьян, Красной Армии, комсомола. Наше кино должно быть реально, современно, взято из жизни». Отрицание идей и тем старого искусства неизбежно рождало и неприятие старых эстетических систем. На страницах манифеста, в ранних статьях Эрмлера, в его публичных выступлениях того времени красной нитью проходит тема борьбы со старыми методами. Как признавал впоследствии сам режиссер, в этой борьбе было больше пафоса «отреченья от старого мира», чем реального понимания того, в чем же заключается суть отвергаемых художественных принципов.

‹…› Первой постановкой Эрмлера стал (выбирать не приходилось!) заказной санитарный фильм «Скарлатина». На экраны он не попал, а в историю кино вошел по разряду веселых анекдотов о том, как забавно иногда начинали классики свой путь в искусстве. ‹…›

Второй фильм, «Дети бури», поставленный совместно с Э. Иогансоном, сыграл в творческой судьбе Эрмлера гораздо более значительную роль. Этот фильм тоже делался по заказу, но на этот раз социальный заказ полностью отвечал внутренним устремлениям режиссера. ‹…› фильм был посвящен истории политической борьбы молодежи, созданию комсомольской организации, подвигам комсомольцев на фронтах гражданской войны. ‹…›

По идейной и агитационной направленности, по ориентации на современную тему Эрмлеру из всех существующих в кинематографе первой половины 1920-х годов художественных систем ближе всего был агитфильм. ‹…›

И, как ни странно это на первый взгляд, была еще одна эстетическая система, чье воздействие на формирование эрмлеровского метода очевидно, — традиционная мелодрама. ‹…›

Впрочем, ни одной мелодрамы в чистом виде Эрмлер не создал. Взяв мелодраматическую основу — обострение сюжетных ситуаций, любовную интригу, систему открытых противопоставлений добра и зла, — Эрмлер, по образному выражению Шкловского, «начал раскачивать мелодраму изнутри», наполняя ее принципиально новым содержанием.

Метод Эрмлера, рождавшийся на пересечении эстетических систем агитфильма и киномелодрамы, складывался как действительно новаторское и совершенно своеобразное явление в советском кино.

В «Катьке — Бумажный ранет» это уже становится очевидным. ‹…› Фильм вышел на экраны, и рецензенты писали: «скромная лента, подкупающая своей искренностью», хвалили за «типичность жанровых сценок», за профессиональное мастерство. В серьезности социального содержания отказывали. Кто-то так и написал: «В „Катьке“ больше эстетической и кинематографической ценности, чем социальной». ‹…›

По-настоящему новаторским было в фильме и то, что история героев развивалась на широком бытовом фоне. ‹…› Одни найденные в фильме принципы получили дальнейшее развитие, а другие — нет.

Эрмлер, например, так и не стал бытовым режиссером, во всяком случае, ни в одном своем следующем фильме он не уделял фону столько внимания, сколько в «Катьке». Да и тезис об эрмлеровском психологизме можно принять лишь с известными оговорками. Дело в том, что и бытовизм, и психологическая стихия в фильме были для Эрмлера открытиями не самоценными, но способом достижения главной художественной цели, не уловленной в свое время критикой, но совершенно очевидной, если оценивать эту старую ленту сегодняшним взглядом, зная весь дальнейший путь Эрмлера в кино. ‹…›

Непосредственная связь с общественной ситуацией, с актуальным аспектом социальной жизни, впервые обнаружившаяся в «Катьке», стала обязательным качеством всех последующих работ Эрмлера. ‹…›

Тем же принципам следует режиссер и в «Доме в сугробах» (1927), который тематически, идейно, композиционно полностью примыкает к «Катьке», уступая ей, пожалуй, в жизненности драматургических ситуаций, в достоверности бытовых характеристик. ‹…›

Этот фильм для режиссера знаменателен тем, что в нем сделана первая попытка на материале единичной человеческой судьбы поставить проблему общего характера, конкретно — вопрос об отношении революции к искусству. ‹…› Как ни камерна рассказанная на экране история, как ни ограничен рамками житейских забот жизненный путь музыканта, тема большого искусства присутствует в сюжете фильма. ‹…›

Так впервые заявила о себе чрезвычайно важная для всего последующего творчества Эрмлера тенденция к проблемности, к постановке дискуссионного вопроса. ‹…›

Но уже в «Парижском сапожнике», создававшемся вслед за «Домом в сугробах», а на экраны вышедшем даже несколько раньше, эта тенденция к проблемности заявляет о себе со всей очевидностью. ‹…›

Исключительность фабульных ситуаций снова позволяет говорить о мелодраме. Снова встречаемся мы с открытой контрастностью героев, с прямым столкновением их жизненных позиций, на этот раз в сфере нравственности. Столкновение старого и нового жизненного начала — старой мещанской морали с новыми нравственными принципами — развивается с присущей Эрмлеру остротой и определенностью. ‹…›

Но при этой очевидной преемственности «Парижский сапожник» отмечен принципиальной новизной режиссерской позиции. Это первый в творчестве Эрмлера открыто проблемный фильм, первый фильм-дискуссия. ‹…› Кинематограф Эрмлера не находился на магистральной линии развития советского киноискусства 1920-х годов. ‹…› Соответственно, в центре фильма оказывался не герой-масса, как у Эйзенштейна, не герой-символ, как у Довженко, но индивидуальный конкретный человек. ‹…› Отсюда обилие удачных актерских дебютов. ‹…›

При всем этим важно помнить одно: актер для Эрмлера — прежде всего инструмент социального анализа. ‹…›

Существует испытанный, давно используемый в искусстве прием — показать мир глазами человека, по каким-либо причинам на некоторое время выключенного из обычного течения жизни. Взгляд такого человека приобретает особенную свежесть и остроту восприятия, — то, что для остальных привычно, обыденно, задерживает его внимание, и благодаря этому возвращает свою первозданность, выявляет глубинный смысл.

Эрмлер берет на вооружение этот прием (кстати сказать, излюбленный прием политического памфлета) и использует своего вновь пробудившегося к сознательной жизни героя — как своеобразный индикатор, выявляющий перемены, произошедшие в стране. ‹…›

Интерес к социальной проблематике, изначально присущий этому художнику, в «Обломке империи» определился как интерес к масштабным актуальным проблемам современной политической жизни страны. Именно в спорах об «Обломке империи» настойчиво зазвучало определение — «политическое кино». ‹…›

Возникшая в творчестве Эрмлера политическая проблематика должна была, соответственно, воплощаться на экране в первую очередь через актера, средствами актерской выразительности. Однако в немом кинематографе возможности актера в выражении политической идеи весьма ограничены. Дело в том, что прямое выражение политической идеи, а тем более дискуссионной, непременно требует слова. ‹…›

И все-таки до первого советского звукового фильма было еще почти четыре года. Эрмлеру же звук был нужен немедленно — для следующей работы, и он сделал все от него зависящее, чтобы этот срок сократить.

В 1929 году Эрмлер едет за границу. ‹…› Знакомство с постановкой кинодела на западных студиях, конкретно — с практикой создания звуковых фильмов, — такова задача режиссера.

Вернувшись на родину, Эрмлер со всей страстью прирожденного пропагандиста начинает борьбу за внедрение звука в кино. ‹…›

Наконец, в 1930 году он подает заявку на фильм «Песня» и начинает — едва ли не первым в СССР — работать над созданием звуковой картины. Работа над фильмом не была доведена до конца. ‹…›

‹…› Кроме организационных и технических трудностей, которые сыграли немалую роль в прекращении съемок, Эрмлер столкнулся еще и с трудностями другого рода — творческими, методологическими. Обращение к политическим темам требовало большей эстетической подготовленности, большей философской оснащенности, наконец, большей культуры, нежели та, которой обладал к началу 1930-х годов Ф. Эрмлер.

Вот почему, когда работа над «Песней» была прекращена, режиссер принял решение расстаться на время с кинематографом и уйти на учебу в Комакадемию. ‹…›

Учиться, впрочем, пришлось недолго. Через год Эрмлер был отозван из Академии для выполнения срочного партийного задания: ему совместно с С. Юткевичем предложили постановку фильма к 15-летию Октябрьской революции. Так началась работа над «Встречным». ‹…›

‹…› постановка «Встречного» для обоих была органична. И вполне закономерно, что созданный Эрмлером и Юткевичем фильм ознаменовал "поворот кинематографа к конкретному человеку нашей действительности«1. Поворот этот заключался в том, что реальные проблемы действительности раскрывались на экране в непосредственной связи с человеком. «Человек строит турбину, а турбина перестраивает его», — сформулировал главный эстетический принцип «Встречного» В. Пудовкин. ‹…›

‹…› все дальнейшее творчество Эрмлера свидетельствует, что художник не пошел по пути, который сам же с такой последовательностью прокладывал. В кинематографе 1930-х годов, с его пристальным, неотвлеченным вниманием к человеческому характеру, творчество Эрмлера занимает обособленное положение. Интерес к постижению человека локализовался до постижения его политической судьбы, тенденция к психологическому раскрытию образа определилась как тенденция к анализу психологии политического столкновения. ‹…› Так создавались во «Встречном» предпосылки для возникновения эрмлеровского политического кинематографа второй половины 1930-х годов. ‹…› Кинематограф Эрмлера второй половины 1930-х годов определился как кинематограф политический.

‹…› в 1934 — 1935 годах Эрмлер работает над «Крестьянами». Никогда, ни до, ни после, Эрмлер не обращался к деревенской теме в кино. Сама по себе деревня, со всей сложностью ее социального уклада, спецификой существования, особенностями крестьянской психологии, художника не интересовала. Да и решение ставить фильм, как признавался сам режиссер, в значительной мере пришло извне: взяться за деревенскую тему Эрмлера убедил Пиотровский, он же нашел ему авторов сценария, помог обдумать сюжет. ‹…› В «Крестьянах» основным оказывается тезис о руководящей роли партии в колхозном строительстве. В «Великом гражданине» положение о возможности построения социализма в одной стране в условиях капиталистического окружения — один из центральных вопросов дискуссии.

‹…› спор в политическом фильме обязателен — утверждение политического тезиса происходит в борьбе, кинематографическое действие строится на сопоставлении двух противоположных позиций. Тенденция к спору, к дискуссии является главной составляющей политического кино. ‹…›  В «Великом гражданине» тенденция к спору, к дискуссии, которая в «Крестьянах» проявлялась в подспудной дискуссионности бытовых ситуаций, заявляет о себе открыто и прямо: фильм снят в публицистической манере как фильм-диспут, где позиции, борющихся сторон выражаются прежде всего в словесном споре. ‹…› 

‹…›  Эрмлера в 1930-е годы интересует не психология конкретного человека, даже не психология социального типа, а психология политического конфликта. Столкновения людей для него являются лишь внешним выражением столкновения идей, а характеры героев раскрываются лишь в той мере и в том направлении, в каком это необходимо, чтобы выявить все грани поставленной проблемы. По существу, человеческие судьбы становятся плацдармом, на котором развертывается политическая дискуссия, житейские события — аргументами, подтверждающими правоту авторской позиции. ‹…› 

Герои Эрмлера существуют в стихии спора, в атмосфере дискуссии, в рамках политической коллизии — там нет места повседневной жизни с житейскими подробностями, бытовыми деталями. Из политических фильмов Эрмлера почти уходит внимание к жизненной среде, к фону действия. Режиссер, который на заре своего творчества обладал таким обостренным чутьем к бытовой фактуре, теперь сознательно ограничивает себя в ее использовании. Если в «Крестьянах» еще вводятся сочные жанровые сцены, то в «Великом гражданине» жизненный фон сведен к минимуму, существует на экране как необходимое место действия ‹…›  Всенародное признание фильма убедило художника в верности избранного пути. ‹…› 

Война изменила все планы, на долгие годы стала основным содержанием жизни, основным смыслом искусства. Первый год войны был наполнен организационной работой: Эрмлер возглавил сложный процесс эвакуации «Ленфильма», принял самое непосредственное участие в организации Объединенной студии в Алма-Ате, стал руководителем этой студии. ‹…› 

Свой первый военный фильм Эрмлер стал снимать в 1942 году. ‹…›  «Она защищает Родину» вышла на экраны в 1943 году, в числе первых фильмов о войне ‹…›  Режиссер и актриса В. Марецкая сознательно не пошли по пути психологизации, образа, хотя сценарий и актерская индивидуальность Maрецкой давали такие возможности, но вылепили образ своей героини с плакатной четкостью и публицистичной однозначностью. Эрмлеру был важен агитационный заряд, который таился в судьбе Прасковьи. Вся она — обнаженный призыв к борьбе. ‹…› 

Снимая «Она защищает Родину», Эрмлер уже вынашивал замысел следующего фильма, тема которого определялась не только требованиями политического момента, сложившегося в стране, но и собственными пристрастиями, устремлениями режиссера. На протяжении всего творческого пути Эрмлер неоднократно заявлял о намерении снять фильм об армии — наверное, напоминала о себе военная юность режиссера. И не раз обстоятельства мешали ему. Теперь для этого были все возможности. ‹…› 

Как и «Она защищает Родину», фильм «Великий перелом» был политическим военным фильмом. Но в том, как развивался в нем конфликт, в том, на чем сделаны были ударные акценты, нашла отражение существенно иная ситуация, сложившаяся к тому моменту, когда начал реализовываться замысел фильма. ‹…›  Выйдя на европейские экраны, «Великий перелом» стал как бы олицетворением той уверенной и надежной политической силы, которая победила немецкий фашизм. Именно образ этой силы, образ страны, которая освободила Европу, а не апология непогрешимого командира, вождя, заставляла зрителя рукоплескать в финале этого фильма, который по праву может быть поставлен у истоков военной эпики в нашем кино. ‹…› 

Конец 1940-х — начало 1950-х годов для Эрмлера — время несвершенного, время несбывшихся замыслов. ‹…› 

А между тем не приходится говорить о творческой пассивности режиссера: было желание работать, было очень много замыслов. ‹…› 

Не был реализован замысел фильма о Калинине, не осуществилась идея, высказанная Эрмлером на обсуждении тематического плана 1954 года, возобновить третью серию «Великого гражданина». Так и не поставил режиссер фильм о Бетховене, о котором, по собственному его признанию, мечтал семнадцать лет. ‹…› 

Даже беглый перечень тем убеждает: Эрмлер оставался верен своим идейно-художественным принципам. В нем по-прежнему жило стремление к постановке фильмов масштабных, социальных, насыщенных современной общественной проблематикой. В центре его интересов находился по-прежнему политический кинематограф. ‹…› 

В 1949 году Эрмлер экранизировал пьесу Ромашова «Великая сила». Герой этой пьесы, профессор Лавров, производил опыты по изменению наследственности — выводил новую породу кур, воздействуя на белок куриного яйца. Эту сомнительную научную проблему Эрмлер, верный себе, поставил на рельсы политической дискуссии: фильм был посвящен доказательству приоритета советской науки перед американской.

Однако вместо острой, масштабной политической проблемы, к чему всегда стремился художник, в этом своем фильме он занимался проблемой надуманной, в своем реальном воплощении мелкой («нам нужна курица, которая отвечала бы требованиям нашего социалистического хозяйства»). ‹…›  Дело в том, что фильмы типа «Великой силы» (а Эрмлер был не одинок на этом пути) компрометировали саму тенденцию к созданию масштабных, социальных, остропроблемных фильмов, посвященных серьезным политическим и общественным темам, ставили под сомнение самый метод, которым работал режиссер.

Пути, которыми киноискусство к середине 1950-х годов начало выходить из настигнувшего его временного кризиса, пролегли по иным магистралям. И это обстоятельство было для Эрмлера далеко не безразлично. ‹…›  В кинематографе утверждалось высшее гуманистическое начало, при котором объектом художнического внимания становился «негероический герой», человек, на первый взгляд ничем не примечательный, словно бы выхваченный из гущи жизни. Жизнь этого героя исследовалась в самых будничных житейских ситуациях. ‹…› 

В середине 1950-х годов, когда кино вплотную занялось освоением бытовой, личной сферы человеческой жизни, Эрмлер наконец получил возможность поставить фильм о любви.

«Неоконченная повесть» лишь по первому взгляду существовала в русле общей тенденции, на самом же деле стояла среди фильмов тех лет особняком. В то время как пафосом времени было освоение повседневности, Эрмлер хотел создать фильм о любви возвышенной, выводящей человека за рамки обыденного, стимулирующей все лучшие человеческие свершения. О любви, которая служит источником творческого вдохновения. Избрав интимнейшую сторону человеческой жизни, любовь, Эрмлер, по существу, утверждал эту тему как гражданскую. ‹…›  концепция нового фильма Эрмлера — концепция любви как гражданского чувства, любви как неотъемлемой части общественного существования человека. ‹…›  если оценивать «Неоконченную повесть», отвлекаясь от конкретной кинематографической ситуации (этот экзамен она как раз выдержала), а с позиций большого искусства, как того заслуживает Эрмлер, фильм стал творческим поражением.

Прямолинейность и однозначность в воссоздании сложных жизненных ситуаций, которые современниками воспринимались как отпечаток номенклатурной эстетики предшествующего периода, были обусловлены иными, более глубокими причинами: в работе над «Неоконченной повестью» обнаружились ограниченные возможности творческого метода Эрмлера — локальность сферы его применения. Присущий режиссеру способ видения жизни и приемы ее художественного освоения, оптимальные для политического кино, оказались несостоятельными там, где дело коснулось иных житейских ситуаций, иных психологических коллизий. ‹…› 

Работая в рамках собственной эстетической системы, оставаясь верным своим творческим принципам, режиссер, тем не менее, потерпел поражение. Идея великой всепобеждающей любви и идея общественной, гражданской значимости личной жизни человека, обе чрезвычайно важные для режиссера, не воплотились в живых, индивидуальных, психологически разработанных характерах. Эрмлер всю жизнь занимался психологией социального типа. Сюжет «Неоконченной повести» подразумевал исследование индивидуальной психологии. Для этой задачи творческий метод Эрмлера не был предназначен. ‹…› 

Конец 1950-х для Эрмлера — время растерянности и разочарований. Внешне в его судьбе все обстоит благополучно. Он остается одним из самых известных режиссеров страны. Он — художественный руководитель творческого объединения «Ленфильма». Пухлые папки студийных стенограмм хранят свидетельства его колоссальной творческой активности: на редком заседании художественного совета Эрмлер не выступал в те годы. Он много работает с молодыми режиссерами: Венгеров, Штаден, Фетин и многие другие могут назвать Эрмлера своим первым учителем.

Но, понимая существо современного кинопроцесса, отчетливо видя тенденции развития современного кинематографа, сам Эрмлер, таков, как он есть, со своим методом, своим мироощущением, чувствует себя вне этого процесса. Вышедший в 1958 году фильм «День первый» несет на себе следы глубокого кризиса. Это — едва ли не единственный в творческой жизни Эрмлера случай, когда режиссер отступил от собственных принципов. Попытка примениться к обстоятельствам тем очевиднее, что тема революции, за которую режиссер берется, органична для его творчества, глубоко личностна, а сюжет фильма, история «выборгского слесаренка» Тимофеева, доставившего в Зимний Временному правительству ультиматум Военно-революционного комитета, был глубоко патетичен и давал все возможности для создания политического фильма. ‹…›  Впервые возникает в творчестве Эрмлера фильм без проблемы, фильм, построенный как хроника одной человеческой судьбы, фильм подчеркнуто бытовой интонации, подчеркнуто рядовых героев. Такой подход к материалу был для Эрмлера неорганичен. ‹…› 

После «Дня первого» для художника стала очевидной невозможность работать в кинематографе. Ему стало казаться, что он утратил свою тему в искусстве, растерял самые сильные качества своего таланта — масштабность, публицистичность, темперамент политического бойца. ‹…›  творческое кредо художника осталось прежним.

При всем том ему было трудно найти свое место в кинематографическом процессе конца 1950-х — начала 1960-х годов. Это объяснялось многими причинами. Чтобы осмыслить происходящие в современном обществе процессы, Эрмлеру надо было многое преодолеть в самом себе. И прежде всего — жесткую однолинейность в восприятии жизни. Типичный для эрмлеровской системы конфликт — конфликт как столкновение двух остро враждебных социальных сил, при котором победа одной стороны означала неизбежную гибель другой, конфликт, где разногласия решались свинцом, был не характерен для времени. Но прежде всего переживаемый художником кризис был кризисом разработанной им в 1930-е годы художественной системы. К концу 1950-х годов эрмлеровская эстетика в каких-то своих аспектах стала изживать себя. ‹…› 

Можно постигнуть горечь признаний, которые все чаще повторяются в письмах к друзьям, в дневниковых записях: «В кинематограф я больше не вернусь», «Я совсем разлюбил кино». Значительно труднее понять, откуда у художника взялись силы на последний рывок — на серьезную, принципиально новую работу, в которой он сумел вновь полностью обрести себя, в которой он еще раз, и уже в совершенно иной, вполне современной форме, утвердил на экране дорогие его сердцу идейные и эстетические принципы. Художник, проживший в искусстве долгую жизнь, переживший и славу, и срывы, закончил свой путь на высокой ноте: его последний фильм «Перед судом истории» дал ему возможность вновь пережить счастье первооткрытия, казалось бы, давно и навсегда утраченное им. ‹…› 

Фильм этот [«Перед судом истории»] занимает в творчестве художника совершенно особое место. Трудно даже сказать, о чем он больше свидетельствует — о верности Эрмлера своей идейно-эстетической концепции или о способности пересмотреть ее новым трезвым взглядом. Думается, одно другому не противоречит. ‹…› 

Эрмлер всегда тяготел к фильму-диспуту, именно в открытом споре чувствовал себя увереннее всего, но, пожалуй, нигде, кроме «Великого гражданина», не получал еще возможности так полно реализовать эту тенденцию. Вновь Эрмлер вернулся к политическому фильму, и в традиционном столкновении двух политических позиций, двух мировоззрений выявились принципиально новые черты. ‹…› 

«Перед судом истории» снят в необычном для Эрмлера жанре художественно-документального фильма. Помимо того обстоятельства, что героем фильма оказывается реальная историческая личность, самый спор, который вели на экране Шульгин с Историком, не заключен в рамки какой-то игровой фабулы, а снят просто и документально, на реальной натуре — на ленинградских улицах, в залах и коридорах Таврического дворца, в Кремлевском Дворце съездов. ‹…›  Работа с реальной исторической личностью требовала особых методов и прежде всего несравненно большего внимания к индивидуальной психологии героя. Все свое умение работать с актером Эрмлер применил к Шульгину и сумел максимально выявить этот интересный характер. ‹…›  «Перед судом истории» вышел на экраны в июне 1965 года. Почти сразу после этого Эрмлер слег с обострением сердечной болезни. Он прожил еще два года, но к работе уже не возвращался.  

Сэпман И. Кинематограф Фридриха Эрмлера // Фридрих Эрмлер: Документы, статьи, воспоминания. Л.: Искусство, 1974.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera