Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Пария, отщепенец, гражданский мертвец
Барская о профессиональном одиночестве

<...> Сколько раз переходила я от радости к отчаянию. Радовалась — поняла себя «кухаркой», которая должна научиться управлять государством, и пугалась, терялась, что не знаю, как скорее научиться  делать дело, идти к той цели, которую мне указала жизнь.

Я создала тогда маленькую детскую секцию в суматошной организации кинематографистов, где никто не относился серьезно ни к чему, кроме собственных ораторских выступлений, а надо мной даже не издевались, так была ничтожна с общей точки зрения эта «секция».

И вот я, открывая ее как председатель и организатор, — упала на трибуне в обморок от сознания, что начинаю гигантское дело...

Можно, конечно, работать, но заранее мириться с полуработой? Работать, «сохраняя энергию», как большинство из нас? При тех условиях, от которых мы зависим, так ухитряться может только приспособленец или вроде наших, наспех сфабрикованных псевдогениев. Все равно, у меня так не выйдет, даже если бы захотела и стала очень стараться. Чтобы пробиться и удержаться, надо обязательно иметь по­литиканский талант. Это большое искусство мне, к сожалению, недо­ступно. Завидую. Те хоть, добиваясь положения и прочего, насыщают свое честолюбие. Моя жизнь состоит из невозможности расточаться творчес­ки, а только физически, стиснув зубы и делая благополучное лицо.

Сейчас у меня начинает вырисовываться страшно ловкая и скрытая роль Шумяцкого.

Вывод: вот что значит читать Сталина. <...> Когда Сталин приказал Шумяцкому заняться детской кинематогра­фией и лично мной, значит, он по моему письму решил, что дело это стоящее и человека, предлагающего его, стоит поддержать. Этим самым он давал громадную помощь мне для поднятия моего личного авторитета, чтобы я его могла использовать максимально на пользу дела.

Шумяцкий замазал мне глаза своей псевдопомощью. Я поняла это только через год, когда добралась до истины: он срывает работу фактически, а старается создать иллюзию, что он ее поддерживает. Косарев, еще в самом начале, при открытии студии, сказал на совещании: товарищ Барская, вас обводят вокруг пальца, вас обманывают. Но я этого, конечно, понять не могла и тогда ему так громко и сказала, что я его не понимаю. На самом деле я думала, что это идет борьба между Шумяцким и Косаревым за то, в чьих руках будет детская кинематография.

Может ли Шумяцкий, ловко оперируя, вышибить меня из кинематографа?

— Может. И надо быть к этому готовой, если попытки защититься не помогут.

— Что я тогда должна делать?

— Использовать по возможности время на учебу, чтобы, когда будет можно работать, быть более вооруженной и творчески, и политически. Последнее для того, чтобы продолжать работать на дело, но более зрело.

<...> В каждой инстанции у меня какой-нибудь новый сорт мучения. На этот раз пришлось написать о «знакомстве». Вызвали туда меня и Брикера (председатель ЦК Союза киноработников). Внушали ему при мне, что я должна получить работу, потом я ждала в секретарской, продолжали что-то внушать без меня. В общем, люди все понимают, разумны, вежливы, а на деле продолжение волынки. Писать об этом решительно тошно. Не буду.

Неужели я еще хочу снимать картины? Неужели я смогу?

Книг, книг, книг — миллион хочу. Как я до последнего волоконца понимаю душу Пушкина в тот момент, когда он повернулся к полкам перед смертью и сказал: «Прощайте, друзья».

<...> Почему я так одинока? Это очень плохо. Все кругом как-то друг с другом связаны. Режиссеры дружат. Есть даже такие группы, где люди пусть дружат в обычном смысле слова, говорят за глаза колкости, но они собираются, ездят друг к другу, говорят о картинах своих и чужих... Почему я так? Может быть, я не умею сходиться с людьми? Нет. Всегда раньше у меня были дружеские и рабочие отношения с людьми. Наверное, потому, что я могу думать и говорить только об одном — о детской фильме, а это никого не интересует.

<...> Сегодня я чувствую себя не солдатом на посту, не профессионалом, уверенным в своем ремесле, а... художником.

Это так редко себе можно сказать. Так трудно у себя это заслужить, труднее, чем у всего света подчас. Вот так. оказывается, у бездетных женщин трансформируется инстинкт продолжения рода.

Как это получается? Конституция, права советского гражданина, моя биография (творческая), решения ЦК, все сделано в защиту моих интересов. Когда я читаю, то вижу, что любой из пунктов доказывает мою правоту и право на работу, а стало быть, на жизнь. А в жизни-то как-то получается так, что два года я пария, отщепенец, гражданский мертвец без предъявления мне каких бы то ни было обвинений.

Записки из творческих тетрадей 1934-1939 годов.

Барская М. Наше время ждет своего Шекспира // Кино: политика и люди (1930-е): К 100-летию мирового кино. М.: Материк, 1995

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera