Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Догнать уходящее детство
О работе со сценарием Юрия Клепикова

Дыхание картины легко и свободно, она напоена светом и нежностью красок, и общий лиризм прекрасно подчеркнул оператор Д. Долинин с его удивительным умением улавливать оттенки и нюансы цвета, фактуры, света, особенно сумеречного, вечернего, создавать ощущение таинственности и заманчивости, когда дрожит фиолетовый воздух, вспыхивает красочными пятнами одежд и огней улица «большого города», а за ярко освещенными стеклами притаились волшебники-музыканты, извлекающие из своих великолепных инструментов потрясающие звуки!

«Не болит голова у дятла». Реж. Динара Асанова. 1974

Все знакомо, мило и чуточку грустно в этой истории пробуждающейся души четырнадцатилетнего подростка. Финал картины — отчаянный бег мальчика за поездом, увозящим его первую любовь, единодушно был воспринят как символ: догнать бы навсегда уходящее детство! Ах, это детство, из которого стремятся вырваться сами дети, но о котором любят грустить взрослые!..

Фильм Асановой пронизан влюбленностью во все: в детство, солнце, дятла на сосне, старый пруд и деревянный дом с покосившейся галереей, такой экзотичный среди современного городского пейзажа и так не вяжущийся с урбанистическим увлечением джаз-ударника Севки Мухина.

Но если фильм лишен откровенной сентиментальности, то в немалой степени благодаря ему, герою картины — натуре здоровой, активной и гармоничной. Пожалуй, слишком гармоничной и уравновешенной в сравнении с «Мухой» из сценария Ю. Клепикова. Там юный герой, сопровождаемый слегка ироничным взглядом своего создателя, раскрывался во всем богатстве, сложности и сумбуре переходного возраста («ужасный, нежный, кошмарный, чудесный, суровый, безрассудный, фантастический возраст!»), и далеко не всегда открываемый им мир радовал своей гармонией.

Под рукой режиссера сценарий преобразился.

Прежде всего она освободила героя от преследующего его мучительного ощущения своей вторичности: ведь для всех решительно (и, черт возьми, для Ирочки Федоровой тоже!) он лишь брат своего знаменитого брата-спортсмена... Такой груз показался Асановой слишком тяжелым для хрупких плеч и психики подростка. Муха перестал метаться в непременном желании сейчас же, немедленно утвердить себя перед всеми как личность.

В сценарии, борясь за самоутверждение, Муха меньше всего рассчитывает на свой талант, хотя в нем действительно рождается музыкант. Только этого еще никто не понимает, и сам Севка своего таланта не осознает. Поэтому он скорее мучится своей страстью к музыке, нежели гордится ею. Все это было важно — такое противоречие рождало множество оттенков поведения и чувств юного героя Клепикова, оно сообщало характеру мальчика несомненную индивидуальность.

Асановский Муха — характер менее яркий, и хотя он, несомненно, натура одаренная (слышит же он всюду ритмы и мелодии!), в его барабанном увлечении — не столько одержимость художника, артиста, сколько самовыражение, радость самого существования, почти физической разрядки. И еще, может быть, — дань модному увлечению юношества бит-ансамблями...

Резко изменился и одноклассник Мухи — «Батон», фигура в сценарии почти драматическая. «Сложный» подросток, с явно хулиганскими наклонностями, болезненно переживающий безотцовщину. Бессильная мать постоянно запирает его, и — выразительная деталь — на окне комнаты старинная кованая решетка! Запертость мрачная, и мальчик озлоблен и измучен.

Асанова распахнула это окно, впустила солнце, веселый шум улицы, привела к подоконнику друзей Батона, а учительнице Татьяне Петровне дала возможность побаловать затворника свежим огурчиком.

И вообще этот славный озорник оказался едва ли не самым большим любимцем зрителя...

Пожалела режиссер и Лену Тарарухину с ее «несчастной» любовью к Мухе; мягче, трогательнее зазвучал эпизод со спасением маленьким Мишей Севкиных барабанов: их похитители оказались безобидными собирателями лома.

И так повсюду.

Асанова выровняла, сгладила и характеры, и взаимоотношения героев. Преобразились не только «дети», но и «отцы» — сосуществование взрослого и детского мира дохнуло на нас почти идиллической безмятежностью.

Как трогательны отношения в семье Мухиных, — вспомнить хотя бы дружные поиски Севкиного талисмана, неосторожно выброшенного бабушкой! Как покоряюще, по-настоящему хороша Е. Васильева — Татьяна Петровна, особенно в беседе с Севкиным отцом. Это одна из лучших сцен в фильме, отсутствующая, кстати, в сценарии. Учительница пришла узнать, поговорить: мальчик изменился, все ли в порядке у него дома? Надо видеть лица двух взрослых, слышать негромкий разговор. Оба они — родители, и это «открытие» смущает, радует и сближает малознакомых людей, разделенных возрастом, но объединенных счастливым чувством — любовью к детям.

Таким хочет видеть мир Асанова, точнее, хочет, чтобы он был таким.

Лиризм Д. Асановой активен. Ею движут гуманистические устремления, воинствующая проповедь добра и идеала. В этом смысле ее первый фильм — почти программный. Она ткет свой цельный мир только из светлых красок, отвергая иные. Самое большее, что она может допустить, — элегичность, но тревожных, резких нот, противоречий и диссонансов — ни боже мой. Гармония стилистическая — гармония смысловая.

Фильм «Не болит голова у дятла» не стал поэтому рассказом о «реальном» Севке Мухине из сценария Ю. Клепикова, и не в ряду проблемных фильмов о сегодняшнем подростке его нужно рассматривать. Эта изящная миниатюра примыкает скорее к той группе картин последнего времени, в которых больше «воспоминания» о детстве как о счастливой поре, когда самые сложности и страдания — все-таки лишь слабые предвестники грядущих жизненных драм. 

Селезнева Т. Кем быть человеку? // Нева. 1977. № 10.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera