Любовь Аркус
«Чапаев» родился из любви к отечественному кино. Другого в моем детстве, строго говоря, не было. Были, конечно, французские комедии, итальянские мелодрамы и американские фильмы про ужасы капиталистического мира. Редкие шедевры не могли утолить жгучий голод по прекрасному. Феллини, Висконти и Бергмана мы изучали по статьям великих советских киноведов.
Зато Марк Бернес, Михаил Жаров, Алексей Баталов и Татьяна Самойлова были всегда рядом — в телевизоре, после программы «Время». Фильмы Василия Шукшина, Ильи Авербаха и Глеба Панфилова шли в кинотеатрах, а «Зеркало» или «20 дней без войны» можно было поймать в окраинном Доме культуры, один сеанс в неделю.
Если отставить лирику, «Чапаев» вырос из семитомной энциклопедии «Новейшая история отечественного кино», созданной журналом «Сеанс» на рубеже девяностых и нулевых. В основу этого издания был положен структурный принцип «кино и контекст». Он же сохранен и в новой инкарнации — проекте «Чапаев». 20 лет назад такая структура казалась новаторством, сегодня — это насущная необходимость, так как культурные и исторические контексты ушедшей эпохи сегодня с трудом считываются зрителем.
«Чапаев» — не только о кино, но о Советском Союзе, дореволюционной и современной России. Это образовательный, энциклопедический, научно-исследовательский проект. До сих пор в истории нашего кино огромное количество белых пятен и неизученных тем. Эйзенштейн, Вертов, Довженко, Ромм, Барнет и Тарковский исследованы и описаны в многочисленных статьях и монографиях, киноавангард 1920-х и «оттепель» изучены со всех сторон, но огромная часть материка под названием Отечественное кино пока terra incognita. Поэтому для нас так важен спецпроект «Свидетели, участники и потомки», для которого мы записываем живых участников кинопроцесса, а также детей и внуков советских кинематографистов. По той же причине для нас так важна помощь главных партнеров: Госфильмофонда России, РГАКФД (Красногорский архив), РГАЛИ, ВГИК (Кабинет отечественного кино), Музея кино, музея «Мосфильма» и музея «Ленфильма».
Охватить весь этот материк сложно даже специалистам. Мы пытаемся идти разными тропами, привлекать к процессу людей из разных областей, найти баланс между доступностью и основательностью. Среди авторов «Чапаева» не только опытные и профессиональные киноведы, но и молодые люди, со своей оптикой и со своим восприятием. Но все новое покоится на достижениях прошлого. Поэтому так важно для нас было собрать в энциклопедической части проекта статьи и материалы, написанные лучшими авторами прошлых поколений: Майи Туровской, Инны Соловьевой, Веры Шитовой, Неи Зоркой, Юрия Ханютина, Наума Клеймана и многих других. Познакомить читателя с уникальными документами и материалами из личных архивов.
Искренняя признательность Министерству культуры и Фонду кино за возможность запустить проект. Особая благодарность друзьям, поддержавшим «Чапаева»: Константину Эрнсту, Сергею Сельянову, Александру Голутве, Сергею Серезлееву, Виктории Шамликашвили, Федору Бондарчуку, Николаю Бородачеву, Татьяне Горяевой, Наталье Калантаровой, Ларисе Солоницыной, Владимиру Малышеву, Карену Шахназарову, Эдуарду Пичугину, Алевтине Чинаровой, Елене Лапиной, Ольге Любимовой, Анне Михалковой, Ольге Поликарповой и фонду «Ступени».
Спасибо Игорю Гуровичу за идею логотипа, Артему Васильеву и Мите Борисову за дружескую поддержку, Евгению Марголиту, Олегу Ковалову, Анатолию Загулину, Наталье Чертовой, Петру Багрову, Георгию Бородину за неоценимые консультации и экспертизу.
В те годы бурно развивалось строительство в разных концах страны. Поезда до отказа были забиты строителями Турксиба, Магнитки, Днепрогэса. Казалось, будто необъятная страна сорвалась с места...
И наше место было там, куда устремлялись люди, наши современники.
Так родилась идея кинопоезда.
Этот кинопоезд — киностудия на колесах — был создан нами в 1932 году. В трех пассажирских вагонах мы оборудовали лабораторию, монтажную, базу осветительной аппаратуры, рабочие кабинеты. Жили там же, в вагонах.
Словом, мы располагаем всеми возможностями не только для съемки фильмов, но и для выпуска их на экран в тот же вечер.
«Сегодня снимаем — завтра показываем! Показываем без музыки. Поднимаем на экран острейшие кинодокументы, разоблачающие головотяпство, безобразия, срывы планов, клеймим прогульщиков, пьяниц и неистребимое племя дураков...» — так мы заявляли в своем манифесте.
«Но мы показываем не просто твой завод, а безобразия на твоем заводе, участником или равнодушным свидетелем которых ты являешься. Не задумываясь, мы вытаскиваем высоко на экран не просто твоих близких знакомых, а бракоделов, пьяниц, бюрократов...».
Не было обычной в немом кино успокаивающей музыки тапера. Было общее собрание рабочих, на котором в тишине экран строго спрашивал:
— Что ж вы делаете, дорогие товарищи? — и показывались недостатки на стройке, заводе.
На экране в колхозе шел другой сюжет: после уборки урожая мы выводили на «пустое» поле сотню пионеров и они набирали целую гору колосков.
— Кто же отвечает за такое бракодельство? — спрашивал экран.
Пионеры, участвовавшие в фильме, вызывали с экрана на соревнование по сбору колосков пионеров всей Украины.
Агитаторы кинопоезда вместе с инструкторами райкомов и горкомов партии неустанно колесили по районам с нашими фильмами и специальными номерами газеты «Темп» (в поезде была своя и редакция, и типография), агитационными фотостендами.
Они проводили производственные совещания, помогали перестройке работы и возвращались через неделю-другую вместе с операторами, чтобы проверить и снять на пленку результаты борьбы с прорывом.
Фильмы демонстрировались на общих собраниях предприятий, колхозов и новостроек и являлись как бы докладчиками, которые строго и обоснованно требовали с экрана перестройки аварийных участков, противопоставляли безобразиям и прорывам отличный опыт лучших ударников и предприятий, открыто разоблачали негодных людей и подсказывали, что надо делать.
В качестве соавторов часто выступали кузнецы, шахтеры, пионеры, колхозники и строители. Иногда они «подписывали» фильм вместе с режиссером и оператором.
Партийные организации горячо подхватили инициативу кинопоезда и вместе с его массовиками-организаторами составляли планы перестройки неблагополучных участков. Кинопоезд брал на себя обязанности контроля и исполнения.
Создавая качественно новый вид кинематографа, коллектив поезда отрабатывал свой острый стиль работы, свои методы и жанры, обеспечивающие высокую действенность каждого рейса. В потоке непрерывных творческих поисков родились такие жанры, как:
— Фильм-докладчик, смело разоблачающий виновников прорыва и противопоставляющий развалу работы опыт лучших участков.
— Кинофельетон. Памфлет. Сатирические сюжеты. Сатирические мультипликационные комедии-минутки.
— Киногазета — киножурнал на экране, предвосхитивший жанр «Фитиля» за много лет до его рождения.
— Фильм — социалистический счет и фильм — вызов на социалистическое соревнование от имени лучших ударников и лучших коллективов.
— Фильм — открытое письмо (обвинительный акт, коллективный протест, рекламация бракоделам и тому подобное), вчиняющий иск за бракодельство, недобросовестную работу и так далее.
За первый год работы кинопоезд выпустил 72 короткометражных фильма (91 часть) с общим полезным метражом — 24 965 метров. Все шесть рейсов этого года были посвящены таким ключевым проблемам первой пятилетки, как хлеб, уголь, металл и транспорт.
Чаще всего агитаторами поезда были сами операторы. Они, как правило, покидали объект только после того, как добивались ликвидации безобразий. Снятые на пленку следы перестройки неизменно вызывали у нашего зрителя большую радость.
Напряженными творческими поисками были наполнены рейсы на Украину, Кубань, Закавказье, Урал...
Не прекращали мы и работу в области сатирических жанров: актер В. Маслацов был приглашен в кинопоезд на штатную должность.
В частности, самой смешной своей комедией я считаю снятую на колесах сатирическую комедию «Тит» («Тит, иди молотить!.. — Брюхо болит!»).
Как «оружие кинжального действия» кинопоезд снискал себе авторитет и признание общественности во многих краях и областях страны.
Пользуюсь случаем, чтобы сообщить читателю о дальнейшей судьбе этого начинания. В 1969 году я получил письмо от известного французского кинодокументалиста Криса Маркера, который сообщил мне, что во Франции недавно организовалось несколько групп кинолюбителей, которые называют себя «Группа Медведкин» или даже «Медведкино». (Вот как появилось снова это ироническое наименование из статьи в газете «Кино»!).
В Безансоне и в других городах молодые рабочие поставили себе целью снимать, как мы когда-то в кинопоезде! И уже выпустили первые фильмы! В своем письме ко мне товарищи из Безансона пишут, что хотят «взять на себя обязательство в какой-то мере стать продолжателями Вашего дела в наши дни».
Надо сказать, что наш кинопоезд в дни его деятельности получал решительную поддержку советской общественности, зрителей и кинематографистов. Кинопоезд был создан в обстановке ожесточенных споров, вопреки прямому запрету ГУКа (Главного управления кинематографии). Помогли ЦК партии и Серго Орджоникидзе. По заданию С. Орджоникидзе мы выезжали на стройки, на заводы, и наши фильмы помогали борьбе за качество, за план... («Встречный счет» — о криворожском заводе, «Сталь» — о неполадках в варке качественных сталей в Донбассе, «Пустое место» — фельетон о подготовке кадров на шахтах Донбасса, комедия «Западня» — о солдатской смекалке на маневрах, «Дыра» — фельетон о потерях зерна, «Тит» — эксцентрическая комедия о колхозном лодыре и так далее).
Работали мы в разных жанрах, но наибольшую популярность завоевали наши комедии и фельетоны. В печати появились упреки, почему на киностудиях не ставят комедии такого типа. Все это, как и многое другое, вывело из себя руководителей ГУКа, и наш поезд поставили на запасный путь.
Очень радостно, что наш опыт пригодился французским кинематографистам и не исчез бесследно. Я же лишь через много лет, перейдя на Центральную студию документальных фильмов, в сатирических памфлетах на международную тему («Тень ефрейтора», «Закон подлости», «Склероз совести» и так далее) смог применить открытые тогда приемы.
А после кинопоезда, в 1934 году, мне довелось уже на «Мосфильме» попробовать свои силы в постановке большой игровой комедии.
Медведкин А. В боях за сатиру // Жизнь в кино. Ветераны о себе и своих товарищах. М.: Искусство, 1971.