Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
Таймлайн
19122021
0 материалов
Поделиться
Маэстро из Бохана
Краткая биография Валерия Инкижинова

<...>

Родичи В. И. Инкижинова — уроженца Бохана Усть-Ордынского Бурятского округа Иркутской области — живут теперь не только на его родине, но и в Улан-Удэ, Новосибирске и даже, оказывается, за границей — во Франции и США.

Нам известны, к сожалению, лишь отдельные штрихи и факты из биографии известного киноактера, наблюдения отдельный сторон его жизни и творчества.

Еще большее предстоит выяснить, разыскать, сделать достоянием широкой общественности. Верим, что еще откликнутся люди, знавшие В.И. Инкижинова, встречавшиеся и общавшиеся с ним. А пока нам хотелось бы попытаться раскрыть секрет феномена Валерия Инкижинова, и сделать это придется опять-таки через «призму» окружения актера, через его современников. Документальные материалы сохранили нам отрывочные сведения о нескольких сотнях лиц, с которыми общался Инкижинов в течение своей 78-летней жизни.

Под знаком Мейерхольда

В его театральную мастерскую Инкижинов пришел 20-летним юношей. Что привлекло выдающегося режиссера в молодом начинающем актере? Разумеется, большие творческие задатки. Уже тогда В. Инкижинов в совершенстве владел техникой движения и впоследствии сам помогал Мейерхольду в выработке упражнений по биомеханике.

«Инкижинов покорил всех нас, особенно Мейерхольда, своей виртуозной акробатической и пластической техникой. Гибкость и ловкость движений были у него сверхъестественные, напоминающие пластику тигра, — писала в своих воспоминаниях актриса А. Смирнова-Искандер. Возможно, именно тогда, с появлением в студии Инкижинова, и зародилась у Мейерхольда мысль о будущей биомеханике? Вместе с Инкижиновым они составляли различные виды упражнений, необходимых для его поведения на сцене».
Мейерхольд тепло отзывался о В. Инкижинове. Это видно из его письма Варваре и Ольге Сафоновым, отправленного в июне 1917 года: «Ставлю Сологуба „Навьи чары“. Художник у меня хороший: Татлин. Помощник тоже хороший: Инкижинов... Инкижинов — мой официальный помощник. Мы с ним всегда вместе. Вместе стряпали сценарий, вместе будем ставить».

В свою очередь в письме от 14 октября 1920 года Инкижинов пишет своему наставнику из Иркутска: «Так радостно и тревожно знать, что Вы, Всеволод Эмильевич, в Москве. Радостно, ибо Вы вернулись, все слухи о различных Ваших судьбах не оправданны. Вы вновь у двигателя театра. Тревожно за себя. Помните ли Вы меня, хотите ли помнить? Не зная этого, я не могу писать Вам больше...».

Вскоре после этого Инкижинову приходит приглашение от маэстро, и он возвращается в Москву, чтобы провести с В. Мейерхольдом почти десять лет. В. Инкижинов становится одним из заместителей главного режиссера в Театре имени Мейерхольда, преподает и одновременно учится в Государственных высших режиссерских мастерских (ГВЫРМ), где его сокурсником был С. Эйзенштейн. На занятиях по биомеханике, как вспоминал позднее ректор ГВЫРМ И. Аксенов, пара Эйзенштейн и Инкижинов была признана лучшей в нанесении и принятии удара ножом.

Студия на Бородинской, как и Александринский театр, где Мейерхольд был режиссером, стала местом творческого эксперимента великого мастера стремившегося к сочетанию трагического гротеска с традициями народного площадного зрелища. Авторитет студии, в которой занимался Инкижинов, был так высок, что при ней сформировалась почетная группа «содействующих», в число которых вошли Валерий Брюсов, Александр Скрябин, Михаил Кузьмин, а также Николай Гумилев и Александр Блок.

В. Инкижинов не только помогал Мейерхольду в качестве педагога и режиссера, но и участвовал в ряде его спектаклей, в частности, в знаменитом «Великодушном рогоносце», где играл с такими замечательными артистами, как Игорь Ильинский и Мария Бабанова.
В июне 1927 года Театр имени Мейерхольда, совершая гастрольную поездку по Сибири и Дальнему Востоку, побывал в Верхнеудинске и Иркутске. Работая у Мейерхольда, Инкижинов все более и более начинает интересоваться «новой формой театра» — кинематографом, посещает занятия учебной мастерской при Госкиношколе, открытой Л.В. Кулешовым, позднее ставшим известным советским кинорежиссером, педагогом и теоретиком кино. В воспоминаниях Инкижинова вышедших в послевоенные годы во Франции, об этом говорится так: «... Мы собрались у Кулешова... и занимались всем: кино, физкультурой, лекциями, готовкой. Каждый по очереди должен был выполнять домашние обязанности. Прекрасная жизнь! В одном углу Пудовкин разыгрывает пантомиму. В другом Эзенштейн делал монтажные оперы. Кулешов приходил и уходил, давал совет, исправлял ошибки...»

В 1925 году В. Инкижинов дебютировал как кинорежиссер, поставив фильм «Расплата», рассказывающий о вреде случайных связей. Снимать ту картину помогал ему его однокашник по Театру имени Мейерхольда Иван Пырьев.

В 1927 году Инкижинов снимает кинодраму «Вор», посвященную борьбе корейцев Дальнего Востока с местными богатеями и иностранными колонизаторами. Спустя два года им была снята картина «Комета», в которой Галина Кравченко сыграла главную женскую роль. Сюжет фильма был злободневным: мошенник мулла объявлял скорый конец света, которого, конечно, не наступало... Но, несмотря на ряд запоминающихся, выхваченных словно из жизни, сцен, эти картины не принесли особого успеха молодому режиссеру.

К Пудовкину

В это время Валерий получает от В. Пудовкина предложение сняться в главной роли Баира в задуманном им фильме «Потомок Чингисхана», сценарий которого в соавторстве с О. Бриком написал известный сибирский писатель И. Новокшонов, свои детские и юношеские годы проведший в Иркутске, в Забайкалье.
У Пудовкина за плечами уже были фильмы «Мать» и «Конец Санкт-Петербурга».

По мнению режиссера, Инкижинов более всех претендентов соответствовал реальному облику Баира — главного героя будущего фильма. Еще в Москве перед отъездом Пудовкин наметил основную линию поведения Баира. Он хотел, чтобы во всех эмоционально насыщенных сценах герой картины был сдержанным, чтобы в его жестах сквозили лаконизм и простота, и только в высших и наиболее напряженных моментах он должен был взрываться поступками, действиями, жестами.

В марте 1928 года съемочная группа во главе с В. Пудовкиным, оператором А. Головней и В. Инкижиновым, который одновременно являлся сорежиссером картины, приехала в Бурятию. Валерий Инкижинов создал запоминающийся образ монгола Баира — бедного арата и охотника, которого интервенты сначала обокрали, потом приказали расстрелять, а затем недобитого, полуживого вылечили, вернули к жизни, чтобы использовать в качестве «потомка Чингисхана» в своих корыстных целях. Но мужественный юноша спутал все карты своих врагов: он вырывается на волю, чтобы продолжить борьбу за освобождение родины.

Пудовкин высоко оценивал игру Инкижинова. Вскоре после начала съемок фильма в своей статье «Потомок Чингисхана» он писал: «...Главную роль — партизана — играет Инкижинов, обладающий блестящими физическими данными в плане биомеханики. Кроме того, он сейчас обучается скачке на необъезженных лошадях в кавалерийском полку». Выступая же в 1929 году перед киноработниками Москвы, В. Пудовкин вспоминал: «...B „Чингисхане“ есть сцена, когда умирает партизан. Там сидит монгол (Инкижинов), и после того, как тот умер, — он поворачивается... Для меня это была потрясающая вещь! Инкижинов это сделал так, как никто и подумать не мог. Он просто убил меня каким-то богатством выражения...»

Сам Валерий Инкижинов так писал в «Советском экране» в 1928 году: «Баир — герой; через него показываются большие события, происходящие в целом народе. Надо играть так, чтобы быть монголом с большой буквы и меньше всего казаться актером... Важным требованием режиссера было „влезание“ в монгольскую кожу... Я наблюдал, толкался среди сородичей, кое-что пробовал перед зеркалом и пришел к выводу, что намеченное Пудовкиным было с правильной основой».

После огромного успеха в «Потомке Чингисхана» творческая удача продолжает сопутствовать Инкижинову. Он получает приглашение от Кулешова на эпизодическую и в то же время интересную роль «прожигателя жизни» в фильме «Веселая канарейка» (1929 г.). Он продолжает преподавать в киностудии, полностью восприняв кулешовскую методику, и одновременно работает в Госцирке. Пробует и сам снимать фильмы.

Однако тучи уже сгущались. Последний из трех фильмов, снятых В. Инкижиновым, «Комета», вышел на экраны в 1930 году и вскоре после премьеры был запрещен. А ведь в картине роль Саввы играл один из ведущих актеров МХАТа, будущий народный артист СССР М.М. Яншин.

Последнее упоминание о В. Инкижинове появилось в советской газете «Кино» в ноябре 1929 года: «Режиссер В. Инкижинов закончил постановку картины „Комета“ и выехал в месячный отпуск в Париж, где он познакомится с работой по звуковому кино». Он уехал и не вернулся.

Невозвращенец

Причин невозвращения называли много. В их числе — разногласия с рядом деятелей советского кинематографа, проводивших усиленную «идеологизацию» киноискусства, а также противоречия в мировоззрении, усилившиеся у Инкижинова в период идейного разгрома «новой оппозиции», выступавшей против сталинской модели форсированного построения социализма в СССР. Итак, с одной стороны, страх перед репрессиями, обрушившимися на деятелей искусства и кино в те годы, с другой — выгодные контракты и предложения, посыпавшиеся от западных продюсеров.

Несмотря на огромный успех фильма «Потомок Чингисхана», завеса молчания опустилась на исполнителя главной роли. Ни малейшего упоминания о нем и его творчестве нельзя было отыскать ни в двухтомном кинословаре, изданном в 1970 году под редакцией С. Юткевича, ни в других солидных научных изданиях.

Свою версию «побега» Инкижинова выдвигала кинозвезда экрана 20-х годов Галина Кравченко, снимавшаяся у него в главной роли в фильме «Комета» «Как режиссер Инкижинов был профессионален и ловок. Однако его режиссерские работы лишены жизненности, оторваны от того, чем жил народ. Поэтому критика его фильмов, бесспорно, справедливая. Человек он был болезненно самолюбивый и в большей степени самовлюбленный. В нем удивительно сочеталась Европа с восточной экзотикой. Преувеличенное мнение о своих неоцененных, как он считал, способностях привело Инкижинова в 1930 году в лагерь эмигрантов. Мы знаем по прессе, что за границей он ничего выдающегося так и не сделал...».

Между тем вклад В. Инкижинова в отечественное и мировое киноискусство не ограничивался лишь исполнением главной роли в знаменитой картине В. Пудовкина. За границей наш земляк выступал как киноактер, продюсер и, очевидно, как кинопромышленник. Его творчество здесь было продолжительным и плодотворным: он участвовал в съемках нескольких десятков фильмов.
На Западе по достоинству оценили талант замечательного киноактера. В 1933 году Инкижинов снялся в одной из главных ролей в фильме «Голова человека» известного французского кинорежиссера Жюльена Дювивье, прославившегося у нас в России фильмом «Большой вальс».

У знаменитого немецкого режиссера Г. Пабста, известность которому в 1925 году принес остросоциальный фильм «Безрадостный переулок», Инкижинов снимался вместе с Гретой Гарбо.

До начала второй мировой войны В. Инкижинов успел снять в 1934 году фильм «Тайфун» («Акт полицейского») и одновременно сам снялся в нескольких фильмах («Деревня во время красной бури», 1935; «Четверо из Санта-Круса», 1936, Германия; «Мишель Строгов», 1936, Франция).

В годы фашистской диктатуры в Германии и после оккупации немцами Франции актер, судя по последним данным, покинув на время Европу, снимался в США, в Голливуде. Подробности его творческой деятельности в американском, французском, австрийском и итальянском кинематографе, к сожалению, пока нам малоизвестны. Но перерыв между последним фильмом с его участием, снятым в 1936 году во Франции, и детективом «Дочь Мата Хари» (1954, Германия), в котором он сыграл одну из главных ролей, говорит сам за себя. Имя Инкижинова в титрах фашистских «боевиков» в годы войны не появлялось.

Так или иначе, вплоть до конца 60-х годов В. Инкижинов много и небезуспешно снимался у таких именитых кинорежиссеров, как К. Вейдт, Р. Вине, Ф. Ланг, Кристиан-Жак, а также у режиссеров — выходцев из России — Ф. Оцепа, В. Туржанского, В. Стрижевского. По данным немецкого федерального фильм-архива, находящегося в городе Кобленц (его филиал — в Берлине), Инкижинов сыграл в 10 — 15 немецких кинофильмах.

Племянница писателя А.П. Чехова Вера Чехова, живущая в Берлине, связь с которой нами установлена недавно, оказывается, играла вместе с Инкижиновым в немецком фильме «Сталинградский врач» (1956). Немецкий режиссер Ф. Ланг, известный по фильмам «Ярость» и «Палачи тоже умирают», в 1958 году снимал В. Инкижинова в многосерийном фильме «Индийская гробница», оператором которого, кстати, был сам Рихард Ангет — один из первоклассных мастеров Западной Европы.

Высоко оценивал игру Валерия Инкижинова и французкий кинорежиссер Кристиан-Жак. Не случайно автор монографии «Всемирная история кино» французский академик Жорж Садуль назвал имя Валерия Инкижинова в числе выдающихся кинодеятелей планеты.

Умер он в 1973 году вдали от Родины, страдая ностальгией.
Теперь в Бурятии имя знаменитого земляка возвращают из небытия. Создан общественный фонд его имени, который готовит к печати воспоминания о В. Инкижинове, проводились вечера его памяти к 100-летию кинематографа. Ведь именно здесь, а не в Калифорнии будет вечно мчаться наперекор судьбе его бесстрашный Баир...

Голубев Е. Маэстро из Бохана // Культура. 1996. 16 марта. C. 9.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera