Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
Таймлайн
19122021
0 материалов
Баир и я
О работе над фильмом «Потомок Чингисхана»

Роль Баира задумана сценаристами и режиссером как сочетание большого, обобщенного образа с чертами весьма индивидуальными, — поступков эпических с моментами лирическими, очень трогательными. Баир — герой, через него показываются большие события, происходящие в целом народе. Надо играть так, чтобы быть монголом с большой буквы и меньше всего казаться актером. И вместе с тем надо сделать искренние, трогательные сцены, где можно идти только от себя, показывая свои личные свойства.
Получив русское воспитание и образование (и общее и актерское), я (бурят-монгол по крови) должен был тренироваться и для моего монгольского «восстановления».

Чтобы хорошо думать и чувствовать, актеру надо крепко организовать свою физическую базу для роли.
Первым требованием тренировочной программы была лошадь. Монгол — наездник с детства, он сидит легко, просто. В целесообразности и уверенности его «степной посадки» (отличающейся от европейской кавалерийской) есть своя грациозность.

За месяц до отъезда в Бурят-Монголию началась учеба, и оказалось, что сидеть по-степному можно тогда, когда вообще можешь хорошо сидеть на лошади. Я глубоко благодарен той школе, суровой для «пешего интеллигента» (хотя бы и спортсмена в других отраслях физкультуры), которую я получил в N-ском кавалерийском полку. Комвзвода т. Готлиб учил меня ездить без стремян. Сначала я валился с лошади на рыси и галопе, молил о переходе в шаг... учитель тонко улыбался.
— Что? Рысью м-а-арш!

Увы, строевая кобыла Норвегия хорошо понимала командирские слова, и... я шел с тренировки весьма своеобразной походкой. К концу занятий я уже не валился на любом аллюре и брал без стремян серьезные барьеры.

— Приготовительный класс пройден, улыбнулся учитель.
На месте съемок я ездил твердо на разных лошадях — и кавалерийских и монгольских. Степная посадка оказалась понятной, а монгольское деревянное седло, размером со столовую ложку, совсем не страшным.

Кроме лошади, я тренировался, чтобы хорошо бегать, прыгать, лазать на горы и падать с них, бороться, драться...
Вторым важным требованием режиссера было — влезание в монгольскую кожу. Наблюдать, подражать — этого очень мало, это лишь актерское сырье. Надо ухватиться за такую основу, на которую можно укрепить ту или иную подсмотренную ухватку, общую или индивидуальную деталь национальной манеры. Я наблюдал, толкался среди сородичей, кое-что пробовал перед зеркалом, наедине, без режиссера, и пришел к выводу, что намеченное в Москве с В. Пудовкиным было правильной основой:
сдержанность, малый диапазон движений при показе эмоционально-насыщенных сцен; в высших точках напряжения действия — накопление энергии (скажем, гнева) и внезапный, бешеный разряд; много улыбки (преимущественно «мыслей об улыбке», как это тонко определил Пудовкин), улыбки сдержанной и чуть застенчивой; и отсутствие ненужных натуралистических деталей. Баир не почесывается, не сморкается в кулак, не вздыхает (классическое монгольское «ой-ех-х», с долгим шипом).
Баир не простак, — но он меньше тех событий, которые с ним разыгрались. Никакой геройской подчеркнутой значительности, не надо важной мины человека, который уверен, что он причина всех событий.

Актер — неизбежно дитя режиссера в каждой картине.
Актерская автономия, актерская свобода заключаются в том, чтобы правильно выполнить режиссерское задание каждого куска и надстроить над ним свою индивидуальную значительность, четкость, воздействие на зрителя. Но закрывать режиссерский фундамент своей надстройкой будет только неблагодарный.

Метод работы Пудовкина с актером? Я отметил бы прежде всего следующее:
Пудовкин видит и ощущает прежде всего глубокое типичное в личности каждого актера, т.е. сразу находит его общую и, вместе с тем, основную индивидуальную суть. Без детализации, без мелочей. без многоречия он ухитряется дать зрителю детальное, подробное познание актера. Вспомним Чистякова в «Матери» и Чувелева в «Конце С.-Петербурга». Этим прекрасным актерам режиссер как будто не дал ни игры, ни свободы — они мало действуют. Чувелев 3/4 картины ходит, стоит и сидит и только смотрит, — но мизансцены и монтаж таковы, что зритель много-много о нем знает, видел, слышал.

Пудовкин любит говорить «работать», а не «играть». И он имеет право на это. Не потому, что он снимает исключительно «рабочие процессы», а потому, что у него игровая сущность куска вытекает из исполнения актером реальной двигательной, физической задачи. Так из устраивания тела на подоконнике может вылиться поэтическое мечтание глядящего на луну.

Многим еще Баир будет обязан Анатолию Головне.
Головня писал аппаратом свою суровую монгольскую поэму и вел облик Баира по какой-то линии, которую я ощущал все время. Оказывается, может установиться трудно определимая словами связь у актера с оператором. Осознанный оператором метод съемки картины может влиять не только на то, где остановиться, куда повернуться, но и на какие-то существенные штрихи работы актера.
Аппарат Головни — живая вещь, не безразлично снимающая, но трактующая, ищущая, темпераментная.
Съемки еще не кончены, моя погоня за Баиром продолжается, а с ней все страхи, волнения, сомнения, надежды.
Вывихи и ушибы, полученные на натурных съемках, вылечены, зато длится мучительное ожидание просмотра позитива.

Инкижинов В. Баир и я // Советский экран. 1928. № 33. С. 8-9.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera