Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Автор: и. Окунев
Поделиться
«От критики требуется предельная честность»
О критике и журналистике

Игорь Владимирович, как произошло ваше первое соприкосновение с журналистикой?

Я с детства зачитывался «Сатириконом», «Будильником», «Галчонком», адресованным самым маленьким читателям. Потом в круг постоянного чтения вошли «Огонек», «Иллюстрированная копейка». В конце концов я стал «издавать» свой собственный журнал. Текст печатал игрушечным резиновым набором, который мне купила мама. Страсть к журнальной деятельности сохранилась у меня и в гимназии. Там до самого окончания учебы выпускал рукописный юмористический журнал-газету «Разный род». Взрослым мы ее не показывали... Впоследствии моя связь с журналистикой приняла несколько иную форму — сам сделался объектом пристального внимания журналистов. Началось это с тех пор, как я вышел на сцену театра.

Как вы восприняли первое упоминание в печати вашего имени?

<...> Упоминание на страницах газеты моего имени «свершилось» в 1918 году, когда я играл в спектакле «Виндзорские проказницы», поставленном «Оперой Советов Рабочих и Крестьянских Депутатов». Играл я одного из четырех шутов. Роль была мимическая. Мы танцевали, кувыркались, тащили корзину с бельем, в которой сидел Фальстаф. Наше шутовство вызывало смех публики, нравилось зрителям, и о нас упомянули в рецензии: «Хороши в ролях шутов ученики студии Ф.Ф. Комиссаржевского Ильинский, Тамиров, Кальянов и Кажанов». Отзыв был более чем скромный, но все же отзыв. Первый!

Долгая и плодотворная жизнь в искусстве дала вам, Игорь Владимирович, возможность близко познакомиться с людьми нашей профессии. Каковы впечатления ваши от столь продолжительного знакомства?

Прежде всего, разумеется, меня интересуют публикации о творчестве, рецензии на спектакли. <...>

Когда в руки попадает рецензия на спектакль, в которой видна предвзятость, испытываешь чувство неловкости за автора. От критики требуется предельная честность и умение подняться над личным, не поддаваться конъюнктуре. Раздражает и бездоказательнсть критики. Почему читатели должны верить на слово? Критика должна быть обоснованной! Это необходимо не только «широкому читателю», но и прежде всего тому, о ком идет речь. Ведь если недостатки настолько существены, что о них говорится в печати, то их следует устранить. А критик только говорит: плохо, а что именно — умалчивает. Артисту приходится теряться в догадках. Тем более что публика, как ему кажется, принимала его хорошо: «Аплодировала же!»

<...>

Какое воздействие — в идейном, нравственном и художественном отношении — со стороны журналистов испытывали вы на протяжении пятидесяти лет?

Большое — во всех аспектах. Огромное. Из гимназии я вышел по существу политически неграмотным, хотя именно в такой осведомленности была тогда огромная потребность. Комедийному, сатирически обостренному пониманию окружающего я учился у журналистов, которым было свойственно художническое отношение к миру, — у Катаева, Ильфа, Петрова. У Маяковского — его я считаю не только поэтом, но и журналистом. Они учили меня высокой принципиальности, учили видеть общее в частном, не скатываться до дешевого нигилизма и зубоскальства. У них отрицание всегда шло от положительного идеала, от традиций русской литературы.

<...>

Какое впечатление сохранилось у вас от газетной и журнальной театральной критики прежних лет? Есть ли, на ваш взгляд, разница между тогдашними и современными публикациями?

В довоенные годы театральная критика, мне кажется, отличалась большей активностью. Все жаждали открытия новых имен. В стремлении открывать их печать иногда даже перехлестывала. Возможно, это вызывалось обостренной борьбой нового со старым, а в ней порой пренебрегали традициями. Но время — самый верный судья — все поставило на свои места. Сейчас критика, судя по театральным журналам, стала более академичной. Не знаю, как другим, но мне милее слово, согретое жаром сердца и страстью убеждения.

<...> Что вы хотели бы пожелать журналистам?

Задачи театра и печати схожи: подхватывать и поддерживать все новое. Если спектакль срывает маски, то печать должна поддержать театр. К сожалению, многие театральные критики чуждаются публицистики и в своих рецензиях топчутся в кругу привычных, сугубо сценических вопросов, не соотнося события на сцене с действительной жизнью. А ведь задача художественной критики как раз в том, чтобы анализировать произведения искусства с позиций реальной жизни. Еще одно пожелание. Рецензии на произведения искусства должны быть впечталяющими по мысли и слову. Если же в спектакле «впечатлиться» не от чего, так об этом и надо сказать прямо, не боясь кого-то обидеть. Журналистам я бы пожелал вернуться к четкому выражению любви, восторга и негодования. Пусть всегда откровенно говорят, за что борются, чего не принимают. Без этого их материалы обречены на серость, им грозит стилевое однообразие. От нас, артистов, зритель требует горения, искренности в игре. Это же хотелось бы видеть и в работе журналистов.

Окунев И. Неконтролируемый подтекст (Публикация беседы с И. Ильинским, 1975 г.) // Журналист. 2001. № 12. С. 80-83.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera