4 апреля 1961 года нас, небольшую группу мосфильмовцев во главе с генеральным директором В.Н.Суриным, приняла министр культуры Е.А.Фурцева. Это первое совещание было посвящено организационным вопросам, основным из которых был, пожалуй, вопрос о всесторонней помощи в работе над фильмом Министерства обороны СССР. Екатерина Алексеевна при нас позвонила министру обороны. Родион Яковлевич Малиновский самым дружелюбным образом выразил нам поддержку и, не откладывая решения в долгий ящик, назначил главным военным консультантом фильма генерала армии В.В.Курасова. На первую встречу с нами вместе с Курасовым прибыла группа военных историков, и среди них был генерал-майор П.А.Жилин, знаток истории Отечественной войны 1812 года. Сразу положительно был решен вопрос о допуске к материалам библиотеки Генштаба. Генерал Курасов заметил, что ввиду отсутствия сценария пока трудно обсуждать потребности всего фильма, но один вопрос ясен и сейчас: где брать кавалерию? Ведь в начале 60-х в Советской Армии кавалерия отсутствовала.
Сергей Федорович совместно с кинодраматургом Василием Ивановичем Соловьевым приступили к написанию сценария, а мы занимались изучением иконографического материала, поисками мебели и всевозможного реквизита, руководствуясь пока романом Л.Н. Толстого.
Возглавляемая Бондарчуком, наша небольшая группа изучала экспозиции музеев Москвы, Бородина, Ясной Поляны. Также мы съездили в Ленинград, где побывали в Павловском, Пушкинском, Петергофском, Русском музеях, в Петропавловской крепости, дворцах Строгановском и Елагинском и, конечно же, в Эрмитаже. Здесь нашим экскурсоводом был главный хранитель отдела русской культуры Владислав Михайлович Глинка — выдающийся историк, большой знаток русского дворянского общества, а также уставных порядков и быта русской и французской армий времен Отечественной войны 1812 года. Он напитал нас богатейшими сведениями: не только провел по всем залам, но и показал все фонды.
![](https://api.chapaev.media/uploads/ckeditor/pictures/3551/content____-_______.jpg)
***
В течение всего 1961 года мы неоднократно встречались с Курасовым, решали многочисленные вопросы, но один вопрос каждый раз оставался открытым: как быть с конницей? Ведь без нее постановка картины невозможна. Что делать? Где брать лошадей? Для решения этой задачи Курасов привлек гвардии генерал-лейтенанта в отставке Н.С.Осликовского, имевшего большой опыт работы в кинематографе. Он сразу же выехал в Ростов и Нальчик, чтобы выяснить, каковы ресурсы на конных заводах юга нашей страны. Итогом этой поездки явился доклад, в котором предлагалось на базе Министерства обороны СССР сформировать отдельный кавалерийский полк.
***
30 марта 1962 года приказом генеральной дирекции киностудии «Мосфильм» фильм «Война и мир» был запущен в производство, начался подготовительный период. Первым делом мы принялись размещать наши заказы. Для того чтобы иметь хотя бы частичное представление об объеме работ, перечислю некоторые из них:
Лафеты орудийные к пушкам разных калибров — 60 шт.
Стволы орудийные из алюминия — 60 шт.
Ядра алюминиевые — 100 шт.
Мундштуки для персонажных лошадей по музейным образцам — 50 шт.
Перевязи для холодного оружия — 5650 шт. Понталер — 560 шт.
Перевязь гусарская — 3700 шт.
Портупея для сабель — 400 шт.
Перевязь для тесака — 600 шт.
Патронные сумки трех видов — 1250 шт.
Ташки гусарские трех видов — 450 шт.
Палаши с ножнами — 500 шт.
146 Палаши-клинки — 250 шт.
Полусабли — 450 шт.
Шпаги офицерские — 50 шт.
Сабли с ножнами — 500 шт.
Сабли-клинки — 250 шт.
Лядунки гусарские из сополимера — 600 шт. Кирасы кавалергардские из сополимера — 600 шт. Каски кавалергардские баварские и итальянские — 600 шт.
Кивера пяти видов — 11 000 шт.
Гренадки французские — 3000 шт.
Гренадки русские — 2900 шт.
Французский орел со щитом — 1800 шт.
Султаны из поролона — 6000 шт.
Султаны из искусственного волоса — 600 шт. Репейки семи видов — 8700 шт.
Брюки с лампасами казачьи — 2300 шт.
Мундиры русские: пехота, артиллерия — 3200 шт. Мундиры казачьи — 600 шт.
Мундиры французские — 2150 шт.
Мундиры гусарские с меховой опушкой — 750 шт. Шинели русские и французские — 585 шт.
Эполеты солдатские французские — 2950 шт.
Ордена русские и французские — 180 шт.
Пряжки разные для снаряжения — 21 ООО шт.
Пряжки гусарские по образцам — 200 шт.
Сервиз обеденный по рисункам XVIII века на 100 персон.
Для съемок Шенграбенского, Аустерлицкого и Бородинского сражений было изготовлено 500 тысяч холостых патронов. В создании всех этих исторических костюмов, военной техники, снаряжения и реквизита участвовали заводы, фабрики и мастерские всего Советского Союза. На киноэпопею «Война и мир» с мастерством и вдохновением работала вся наша, тогда огромная, нерушимая страна.
![](https://api.chapaev.media/uploads/ckeditor/pictures/3552/content_76eed8b8ace2d43f369dde2ddfce6bdd--peace.jpg)
***
Начать съемочный период мы решили так:
Сентябрь 1962 г. — эпизод «Расстрел».
Октябрь 1962 г. — эпизод «Охота»
Ноябрь, декабрь, январь 1962—1963 гг. — «Аустерлиц» и «Шенграбен» в Закарпатье.
Места для съемок объекта «Охота» мы нашли в окрестностях села Богословское Иваньковского района Тульской области. Трудность заключалась в том, что для этого эпизода необходимо было найти две породы собак: борзых и русских гончих. Советы военных охотников Министерства обороны и Московского военного округа выделили русских гончих. Всего мы сумели собрать 46 собак этой породы, которых привезли вместе с егерями из разных мест Подмосковья.
Но если с русскими гончими дело обстояло более-менее гладко, то с борзыми было очень сложно. В наших охотничьих хозяйствах эту прекрасную собачью породу не культивировали; борзые имелись только у частных владельцев. Нам, правда, повезло в том, что все хозяева борзых в России знали друг о друге. Борзые — дорогая порода. Их могли иметь только очень хорошо обеспеченные наши сограждане: генералы, академики, директора крупных предприятий. Но нам никто не отказал. Из девяти городов приехали люди со своими любимцами на съемки «Войны и мира». Не подвело и добровольное спортивное общество «Урожай»: прислало для съемок «Охоты» 25 чистокровных спортивных лошадей.
Собрав в селе Богословское егерей с русскими охотничьими, частников с борзыми, наездников с лошадьми, дрессировщика с волками, группа во главе со вторым режиссером фильма Анатолием Чемодуровым приступила к репетициям и тренировкам животных. В репетициях участвовала и Людмила Савельева, которая к тому времени блестяще освоила верховой стиль «амазонка».
Но самое сложное при подготовке к съемкам «Охоты» заключалось в том, чтобы свести борзых в своры и сбить их в стаи. Русское вельможное дворянство славилось своими охотами с борзыми собаками. Борзых со щенков приучали ходить в сворах, нам же предстояло проделать эту работу всего за полтора месяца. А наши борзые были избалованы. Уж как над ними дрожали хозяева: в гостинице города Каширы каждому был предоставлен отдельный номер, так собаки спали на кроватях, а владельцы — на полу... На репетициях выпускаем борзых в своре — они начинают грызть и кусать друг друга, а в первый съемочный день упустили волка.
Опытный дрессировщик, директор зоологической базы Студии научно-популярных фильмов Г.И. Шубин привез трех матерых волков и четверых волчат. У советских холеных борзых охотничий инстинкт отсутствовал начисто. Подбежали к волку, хвосты поджали, волк тут же деру в лес. Немедленно были привлечены местные охотники, предупреждены все окрестные жители. Нас, правда, успокаивало то, что волк сбежал с соструненной пастью. Через три дня беглеца поймали. И все-таки сколько же было волнений! Но мы не отступали, с раннего утра до позднего вечера, невзирая на усталость, продолжали тренировать собак и съемку этого красивого эпизода «Охота» закончили в срок.
* * *
<…>
После Бородина мы начали понемножку распродавать коней. Покупатели были разные: из спорта — лошади-то были великолепные, еще колбасники понаехали из Италии, из Голландии, да и наши тоже, ведь в высококачественные сорта колбас обязательно добавляется конина... Я обратился к офицерам-кавалеристам:
— Ребята, мы хотим сохранить полк. Златых гор обещать не могу, но приложу всю свою энергию, использую все свои возможности, чтобы кавалерийский полк остался штатной единицей Министерства обороны и обслуживал съемки фильмов. Постараюсь добиться размещения полка под Москвой.
И они остались зимовать в Дорогобуже. Зима выдалась суровая, снежная. Лошади жили в тепле, а люди в палатках. Ставили печки-буржуйки, а ведь палатка горит, как порох. Но — ни одного несчастного случая. А весной в Подмосковье, там, где стоит Алабинская дивизия, был выделен участок для кавалерийского полка. Построили конюшню, здание штаба, столовую, клуб, добыли деньги на квартирный дом. Вот так, благодаря «Войне и миру», был создан знаменитый кавалерийский полк. Впоследствии полк участвовал в съемках многих картин. Когда виднейший итальянский продюсер Дино де Лаурентис пригласил Бондарчука поставить «Ватерлоо», Сергей Федорович забрал полк и опять уехал снимать в Закарпатье.
Сергей Бондарчук в воспоминаниях современников. Москва. ЭКСМО, 2003