Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
Таймлайн
19122019
0 материалов
Я хотел бы заняться режиссурой
Из интервью 1989 г.

Koppеспондент: Могла ли такая история произойти сейчас, сегодня?


Валерий Тодоровский: Думаю, что да. Сейчас, по общему ощущению, вроде бы все стало легче, проще, границы стали открытое как бы.
Но, когда такое происходит, допустим, в семнадцать лет у людей, то для них эти границы все равно достаточно закрыты. Потому что эти люди так или иначе по какому-то нелепому стечению обстоятельств от них не зависящих, общественных, либо социальных, личных, должны расставаться. И это, конечно, безобразие. Кроме того, сейчас в некоторых проявлениях такая история могла бы быть даже более опасной, что ли — я имею в виду те угрожающие телефонные звонки, если помните... Это, мне кажется, как раз очень свойственно тому, что происходит сейчас, именно сейчас.

«Любовь». Реж. Валерий Тодоровский. 1991

К.: То есть, по вашему мнению, сейчас в молодежной среде существует некая агрессивная направленность, которая может быть выражена конкретно по поводу еврейской эмиграции? 


В. Т.: Эта агрессивность существует не в молодежной среде, она существует вообще в обществе. То есть она есть и в молодежной и не в молодежной, — некое чудовище, некий монстр, который просыпается в людях в определенные моменты, и мне кажется, сейчас это обострилось, к сожалению. ‹…›

К.: Вы считаете себя профессиональным драматургом?


В. Т.: Мне бы хотелось себя им считать. Если вы имеете в виду качество моих сценариев то, я думаю, судить профессиональны они или нет должен кто-то другой. Но я занимаюсь только этим, ничем другим я не занимаюсь и пока что — это моя профессия...

К.: А режиссура?


В. Т.: Режиссурой я хотел бы заняться, и у меня появился шанс. Этой, ближайшей, осенью я буду снимать режиссерский дебют — короткометражную ленту. Я сделал очень умную вещь — я взял не свой сценарий для этого дебюта.

К.: Почему «очень умную»?


В. Т.: Потому что понял, что мне бы это мешало. Я хочу испытать себя только в качестве режиссера.

Валерий Тодоровский

К.: Что определило ваш выбор профессии?


В. Т.: Я с раннего детства «киношник», что называется. В этом есть свои плюсы и есть свои минусы. Есть нахождение постоянное «в среда» — сколько я себя помню, все разговоры, вся жизнь — это кино, кино, кино, фильмы, фильмы, фильмы. Чему-то я на этом выучился, что-то я на этом потерял, наверное. И, может быть, даже многое. Но, когда встал вопрос о том, что я буду делать дальше... К тому моменту я уже писал. Не сценарии, — рассказы, что-то еще... Мне вообще кажется, что сценарист — это сценарист, а писатель — это писатель. А сценарий — это сценарий. Поэтому я понял, что буду заниматься именно этим. Во ВГИКе мне много раз говорили, что мы, мол, занимаемся литературой. Но если это литература — то это почти сразу не кино. А если это кино — то это кино, и надо писать сценарий таким образом, чтобы его можно было снять. Чтобы его можно было прочитать и «увидеть», как это будет на экране. Мне кажется, что вообще, когда люди пишут сценарии и пытаются сделать из этого литературу, они комплексуют. Это комплекс — комплекс несостоявшегося прозаика, который всячески пытается доказать себе и окружающим, что он все-таки писатель. А это не нужно, вы сценарист, и мне кажется, это прекрасная профессия: придумывать кино и записывать его на бумаге. А если ты писатель — так пиши прозу... ‹…›

Я не очень понимаю сценаристов, которые дрожат над каждой своей фразой, которые уже раз написанное не могут изменить. Найдя человека, которому поверил, я, например, готов для него сделать то, что он захочет, потому что я понимаю, что все-таки фильм будет делать он. Если я ему верю, то я готов для него переделывать, переписывать, стараться сделать так, чтобы это было его, — в том случае, ли мы совпадаем в чем-то главном. Если мы не совпадаем — то это становится неинтересно. Несмотря на очень малый опыт, мне это уже знакомо, и тут ничего не изменишь никакими участиями в монтаже, съемках, когда ты приезжаешь, пытаешься что-то переделать, изменить. Это бесполезно, если нет совпадения в главном.

Тодоровский В. Несколько вопросов к автору Валерию Тодоровскому // Ступень. Сценарии. М., 1989.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera