Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Серия избитых клише
Критик «Financial Times» о картине

Каждое утро Толик просыпается от пронзительного кошмарного звука. Ему снится знаменитый крейсер «Аврора», бесшумно разворачивающийся ив водной глади, чтобы направить на Зимний дворец свою огромную пушку. Эта сцене знакома всем советским зрителям по псевдодокументальному фильму их детства.

У Толика «Аврора» иная: она без предупреждения взрывается в его черепной коробке, рассыпаясь шрапнелью в сознании и пробуждая от сна.

Он медленно поднимается, открывает одни глаз, ощупывает старый катушечный магнитофон, вставляет катушку и нарушает тишину комнаты. Когда ом нажимает кнопку, то вместо музыки раздается голос диктора, сообщающмй, что «вчера, после непродолжительном болезни скончался товарищ Иосиф Виссарионович Сталин».

Слушая известное сообщение о смерти Сталина, Толик спокойно одевается. Как позже станет ясно, этот ритуал он выполняет каждое утро.

Такой сценой начинается фильм Сергея Соловьева «Чераня роза — эмблема печали, красная роза — эмблема любви». Хотя фильм вышел на экраны лишь в начале этого года, он вполне мог бы быть символом всего советского кино эпохи перестройки.

После блестящего начала создатели фильма запутываются в темах прошлого, будучи не в состоянии нащупать под ногами почву среди новообретенных свобод перестройки. В результате возникла аномалия: сейчас, когда цензоры предоставили кмнематографистам право говорить все, что они хотят, постановщики фильмов обнаружили, что чувствовали себя лучше, когда было с чем бороться.

Многие связывают начало перестройки с выходом на экраны «Покаяния» Тенгиза Абуладзе — истории диктатора провинциального города, мрачно-сюрреалистической пародии на Лаврентия Берию, сталинского прихвостня. Юмор фильма целенаправлен и лишь слегка маскирует основную идею — попытку как-то справиться с чувством боли и вины, оставшимися от сталинских времен.

«Маленькая Вера» Василия Пичула также собирала большие толпы зрителей: распространился слух, что в фильме открыто показан секс (это было впервые в советском кино). Многие возвращались домой разочарованными: не ожидали, что сексуальные сцены сведены к минимуму, а содержание фильма наталкивает на мрачные мысли.

И все же, несмотря на разочарование публики, критика назвала работу Пичула, этот преследующий образ скуки и беспросветности современной советской жизни, одним из лучших советских фильмов последнего десятилетия.

Несмотря на свое советское происхождение, «Легко ли быть молодым?» латвийского режиссера Юриса Подниекса — потрясающий документальный фильм о гневе и отчужденности молодежи — остается лучшим образцом мировой кинодокументалистики о проблемах молодых людей.

Все это хорошие фильмы, но они появились на экранах почти три года назад, и перестройке еще предстоит их превзойти. Несколько позже советское кино превратилось в серию избитых клише, которые не в состоянии удержать внимание публики.

Московские критики громко выражают удивление, почему перестройка способна породить такую хорошую журналистику, в то время как беспристрастная полемика в мире кино ведет к такому серому искусству.    

Такие сенсации, как фильм Абуладзе «Покаяние» и книга Анатолия Рыбакова «Дети Арбата», — результаты работы, проделанной раньше, когда художники еще подвергались репрессиям и должны были бороться за право что-то создавать.

Почему-то перестройка оказалась не в состоянии родить собственные образы. Причина этого остается загадкой, хотя многие считают: она в том, что художники слишком втянуты в политический процесс. Конечно, многие писатели и кинематографисты смогли ухватить суть перестройки быстрее партийных функционеров. В результате они целыми группами вошли в состав нового парламента, выступают с прекрасными речами, но, увы, больше не пишут прекрасных романов. Фильмы тоже нередко оказываются лишь слегка замаскированными спорами, за которыми легко угадываются симпатии постановщиков. Но в них недостает человеческого прозрения, как основы всякого великого искусства.

Пол Уинфри, газета «Файнэншл таймс» (Великобритания).

Уинфри П. Серия избитых клише // Советская культура. 1990. 26 мая.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera