Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Герой своего времени
О «мифе» Смоктуновского

Если с кем-то из наших кинематографистов послевоенного призыва и связан артистический миф, то, наверное, со Смоктуновским. Это тем более удивительно, что актер не воплотил тот или иной социальный типаж, скорее — некий обобщенный нравственный идеал. Связанный, как ни странно, с интеллектом: после «Девяти дней одного года» заговорили о новом типе «интеллектуального актера». Вначале критики увлеклись этим определением, а потом возникла обратная реакция: в одной из статей даже пытались доказать, что «грех» интеллектуализма актер изжил, расставшись с молодостью, и теперь-то стал по-настоящему народен. В качестве доказательства приводили его трудовое происхождение, фронтовую биография и даже... то обстоятельство, что Смоктуновский отрастил «знаменитую бороду».

Иннокентий Смоктуновский

Смоктуновский и впрямь не был кабинетным интеллектуалом. Играя Куликова, он как раз и доказал необоснованность технократических претензий на привилегию «чистого» интеллекта. В том-то и дело, что интеллектуальность, интеллигентность казались в ту пору общественного и духовного подъема чуть ли не общенародным идеалом.

Не только Деточкин, но и Гамлет Смоктуновского — герой своего времени. Он привязан к тому, что виделось тогда первостепенно важным в классике. ‹…› Смоктуновский акцентирует в Гамлете его светлую сторону: душевное здоровье, естественность его порывов и сомнений, доброту и достоинство, то, что им нельзя манипулировать, как флейтой. Трагизм шекспировского Гамлета куда глубже, и неслучайно ключевой монолог «Быть или не быть?» не стал таковым в фильме, который, по смелому мнению самого артиста, «всегда страдал музейной помпезностью». Сегодня, заявляет Смоктуновский, он сыграл бы Гамлета иначе. Его, Смоктуновского, тонко почувствовала Офелия-Вертинская: «Он был именно такой — бестелый, безындивидуальный, как мне и представлялся». Обтекаемость, зыбкость граней, отсутствие резких углов сделало артиста гибким, адаптируемым ко времени.

Плахов А. Спринтеры и стайеры: сквозь шум времени // Искусство кино. 1994. № 6.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera