Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Кино: Голос
Поделиться
Отвергнув все кинолегенды и мифы
Пресса о фильме

По забавному совпадению, едва ли не каждый, с кем я пыталась встретиться на «Ленфильме» в сентябре—октябре, восклицал одно и то же: «Ах нет, сейчас невозможно, у нас, знаете, такое творится! У нас снимает Авербах!» 

Творилось, впрочем, для — студии обычное дело: снималось кино. Но съемочными площадками для группы «Голос» стали не павильоны студии, а ее коридоры, вестибюли, кафе, информбюро, двор... Может быть, поэтому к новому, еще не завершенному фильму режиссера Ильи Авербаха на студии особое отношение, особая причастность — он делает фильм о кино.

Голос. Съемочная площадка // Ленинградский рабочий. 1982. 15 января.

 
«Голос». Реж. Илья Авербах. 1982 

Мы были бы благодарны создателям «Голоса» — сценаристу Н. Рязанцевой и режиссеру И. Авербаху уже за то, что их фильм опровергает расхожие, обывательские представления о красочно-праздном мире кино. Однако с самого начала становится ясно, что они задались проблемами более серьезными, просто отвергнув все кинолегенды и мифы. ‹…›

Смешное и грустное, существенное и несущественное, технические проблемы и муки творчества — все спуталось в клубок, из которого с трудом, то и дело обрываясь, вытягивается нить будущего фильма.

Она снята с какой-то насмешливой нежностью, эта суета сует — быт профессии, настолько слитой с жизнью героев, настолько для них    «личной», что в титрах многим из них даже имена не даны: просто Режиссер, Сценарист, Композитор.

Смысл же ее открывается нам постепенно, по мере того как фильм движется к фильму, упрямо возникающему из неразберихи.

«Голос». Реж. Илья Авербах. 1982 

‹…› что поделаешь, если из-за серьезного умного лица фильма порой пытается выглянуть зареванное личико мелодрамы: в вестибюле студии фотография Юли в траурной рамке, в тонателье, озвучивая последние реплики ее роли, взахлеб рыдает подруга-актриса. Ах, сколько раз это уже было на экране! Сколько раз артисты насмерть сгорали творческом огне. Так и тянет вышутить классическую мелодраматическую ситуацию о жертвах искусства. Но фильм не дает иронии слишком уж разгуляться. Отдадим должное вкусу и такту режиссера И. Авербаха: собственный голос не изменил ему в попытке «перекричать» драматургию. Смерть героини «подана» им чуть-чуть не всерьез, «как в кино», — вот Юля, возвращаясь в больницы после очередного побега в студию, прощается с мужем: «Помнишь, как уходила твоя любимая актриса в каком-то старом фильме?» И уходит, покачиваясь на каблуках и вскинув руку в «диафрагму» темноты. Отдадим должное исполнительнице роли Юлии — Н. Сайко. Она сумела сыграть талант ‹…›.

Басина Н. Профессия: быть собой // Труд. 1983. 23 января.


В «Голосе» без труда обнаруживаются мотивы, связывающие его с прежними работами Авербаха. Нравственные коллизии «Степени риска» и «Монолога», «Чужих писем» и «Объяснения в любви» своеобразно отзываются и преломляются в новой его ленте. И тем не менее на этот раз режиссер сделал картину странную и неожиданную, картину, до крайности обнаженную и откровенную и вместе с тем холодновато-трезвую, подчас даже излишне рассудочную. Классичной строгости и цельности, ясности и стройности в этой картине, как не ищи, не обнаружишь. Буквально с самого начала ленты не покидает ощущение, что режиссер сознательно идет на отказ от самых простых решений, постоянно усложняя себе и без того сложную задачу.

«Голос». Реж. Илья Авербах. 1982 

Совсем по-иному, непривычно, в ином эмоциональном ключе работает здесь давний соратник Ильи Авербаха оператор Дмитрий Долинин. Тонкая лиричность, одухотворенность, прозрачная «светопись», свойственная фотографии Долинина, сменилась вдруг скупостью и аскетизмом. Голые студийные стены, меж которыми, кажется, буквально выкачан воздух, где не спрятаться от чужих глаз. Неуютные интерьеры, в которые никак не вписаться человеку. Даже солнечные блики, столь любимые Долининым, здесь словно пробиваются через тонкий слой пыли на стекле. Ничего, что помогло бы хоть как-то опоэтизировать, приукрасить ту святая святых, где снимается кино.

Из всего съемочного процесса неспроста выбран внешне самый невыигрышный период — период монтажа и озвучения. Когда картина уже снята, но ее еще нет. Именно в этой ситуации случайно найденный ход, решение вдруг кажутся открытием, и хочется верить, что картина складывается, что необходимое свершилось, а через мгновение — ощущение полного провала, разочарования, краха. Отсюда нервные всплески и срывы, перепалки, оскорбления, отсюда — несправедливость к окружающим. Но отсюда же и любовь к ним, и вера в них. Бестолковая беготня по студийным коридорам, разговоры до хрипоты, до звона в ушах, мелькание лиц. И тут же, по контрасту, вечная собранность, ни на минуту не покидающее напряжение, когда на бегу, и за чашкой кофе, и в парикмахерском кресле —все мысли об одном, об одном, об одном. Странная игра взрослых людей. Игра, которая для них и есть жизнь. Игра, в которую играют не понарошку, в финале которой может быть всякое.

«Голос». Реж. Илья Авербах. 1982 

Потому и страсти, и отдача, и слезы — все в этой игре всерьез.

...Когда б вы знали,
из какого сора
Растут стихи,
не ведая стыда...

Похоже, новый фильм Рязанцевой и Авербаха — именно об этом. И тогда утрачивают свое значение вопросы: хорошую или плохую картину сделала съемочная группа, талантливая или посредственная актриса Юлия Мартынова. И тогда важным становится другое: стремление понять, КАК «растут стихи», следуя ахматовским строкам, попытаться проникнуть в «тайны ремесла».

Как это происходит, что из тоненькой книжечки сценария, из невообразимого хаоса, где смешалось все — люди, техника, съемочная аппаратура, из открытий и ошибок, поминутно меняющихся местами, как из всего этого получается фильм? Как это происходит, что из абсолютной фикции вдруг рождается запечатленный на пленку кусок живой реальности? И еще: чем платит человек за эту реальность? ‹…›

Однако позиция режиссера, заявленная в тексте роли, не материализуется в экранном существовании героя, сыгранного Л. Филатовым. Постановщик ленты «Правила игры» режиссер Сергей Анатольевич оказывается малоубедительным. За тем человеком, какого играет Филатов, не ощущается одержимости и истовости, на которую роль рассчитана, не ощущается той человеческой значительности, той силы, которая способна была объединить весь съемочный хаос, направить в единственно нужное русло ту беспорядочную суету, заставить из этого «сора» расти «стихи».

Просчет этот мог оказаться решающим, если бы не спасительный прием — «фильм в фильме». Благодаря ему позиция Сергея Анатольевича в полной мере реализуется Ильей Авербахом в его картине про то, как снимается фильм «Правила игры». Не случайно в ленте «Голос» нет неглавных персонажей. Появление людей на экране не предопределено сюжетной функцией Авербахом, в его картине функций у героев Авербаха просто нет. Они входят в фильм, повинуясь прихотливым, часто алогичным обстоятельствам реальной жизни реальной актрисы. Авербаху важна не сюжетная функция человека на экране, а содержание его личности, ее неповторимость. И тогда равно нужны и значимы оказываются и случайно проходящие по студийным коридорам люди, и соседка Юли по больничной палате (превосходный дебют в кино балерины Аллы Осипенко), и девочка-монтажер, и медсестра в клинике. Запоминаются не только те, кому «по штату положено» запоминаться, — актеры, режиссер, сценарист, композитор, второй режиссер, но и те, кого обычно в титрах упоминают под общей «шапкой»: «В эпизодах».

Совсем не случайно И. Авербах наряду с известными актерами Глузским, Т. Лавровой, В. Шиловским, Е. Никищихиной снимает в своей ленте и непрофессиональных актеров — кинорежиссера Георгия Калатозишвили, Аллу Осипенко, работников студии «Ленфильм». Ему важно обнаружить на стыке профессиональной актерской игры и работы непрофессионалов иной принцип существования персонажей на экране, не укладывающийся в привычный канон. Потому-то и возникает в фильме полифония человеческих голосов, что каждый из них слышен, не тонет в общем хоре.

И все же есть в этом многоголосье один ведущий мотив, голос, подобный голосу первой скрипки, — линия актрисы Юлии Мартыновой. Линия, которая складывается в историю, в законченный сюжет, потому что у этой линии есть точка: смерть героини. По идее, эта точка и должна была свести воедино все разрозненные, самостоятельные линии картины, наконец-то обнаружить смысл всей этой беспорядочной беготни, помочь прорасти из этого «сора» «стихам».

«Голос». Реж. Илья Авербах. 1982 

На наш взгляд, в фильме Ильи Авербаха этого не произошло. Словно убоявшись, что зритель не поверит в серьёзность переживаемых героями драм, в сложность профессии, в мучительность поисков или решит, что вся боль, все траты человеческие были напрасны, режиссер под занавес вдруг начинает стремительно сводить концы с концами. Так, финал «Голоса» совладает с озвучением финального эпизода вымышленной ленты. Перед нами проходит панорама лиц участников съемочной группы, словно впервые отрешившихся от вечной гонки, от мелочных стычек, лиц, просветленных, одухотворенных общим — наконец-то общим — переживанием. Да, Юли не стало — но есть этот фильм, где осталась она. Юля Мартынова. Не слишком ли запоздалое и слабое утешение? Ведь последний фильм Юли Мартыновой так и остался для нас загадкой. И не вступает ли в диссонанс это, чуть ли не патетическое звучание финальных кадров «Голоса» с общим настроем картины?

Желание обязательно закончить историю о том, как съемочная группа работала над фильмом «Правила игры», победило. Но в том-то и дело, что у этой истории нет конца. Просчет этот досаден вдвойне, ибо в первоначальном замысле у картины был другой финал.

Павлов Ю. И растут стихи // Смена. Л., 1983. 25 января.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera