Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Слово воплотилось в кадре
О прозе Быкова и фильме

Фильм Ларисы Шепитько «Восхождение» сделан по повести Василя Быкова «Сотников». Соответствие книге в нем, на мой взгляд, полное. Шепитько нашла экранный эквивалент сжатому психологизму быковской прозы, ее суровой лаконичности не потому, что буквально следовала повести (буквализм привел бы как раз к неудаче), но потому, что сумела перевести психологию в действие, сделать скрытое явным. Слово воплотилось в кадре.

Вот пример, одни из многих: Рыбак, партизан, вместе с Сотниковым выполнявший задание, вместе с ним попавший в плен, ценой предательства спасший свою жизнь, участвовавший в казни Сотникова, сломленный, сам себя растоптавший, пытается повеситься. В повести эта попытка невозможна — полицаи еще раньше отобрали ремень и не отдали. В фильме ремень есть, но он короток. Рыбак ничего не может сделать. Авторский текст, разумеется, не произносится, но как бы сам собой возникает в сознании зрителя: «Непреодолимое отчаяние охватило его, он застонал, едва подавляя в себе внезапное желание завыть, как собака». Казалось бы, сам себя карает человек — но и в это мгновение он отвратителен.

Сама стилистика фильма, его изобразительное решение сродни быковской прозе — ничего лишнего, никаких отвлекающих деталей, каждый кадр выстроен, скомпонован строго и точно. Отбрасывая лишние подробности, авторы фильма настойчиво пробиваются к смыслу повести. К тому моменту, когда лицом к лицу сойдутся Сотников и следователь фашистской полиции Портнов (мне кажется, это лучшая роль А. Солоницына в кино), и следователь предложит Сотникову жизнь за предательство, и не только его собственную, но и жизни Дёмчихи, матери троих детей, старика Петра — а ведь это Сотников стал невольной причиной того, что они арестованы и виселица угрожает им всем. И Рыбак тоже вправе обвинить Сотникова: из-за тебя попали немцу в лапы. Не так уж этот следователь умен и хитер, но тут расчет его изобретателен: не себя, не оккупантов, которым он служит, обвинить в смерти людей, но Сотникова. Мол, мы должны их казнить — и все из-за тебя, из-за твоей несговорчивости.

Но именно муки совести, муки своей, пусть невольной, вины терзают Сотникова больнее и неотступнее, чем раскаленное железо, которым выжгли пятиконечную звезду на его груди. Он готов погибнуть сам, но невыносимо ему, что из-за него вместе с ним гибнут и другие, которых он так хотел бы защитить, которых пытался спасти до последней минуты своей жизни. Перед тем как надеть себе петлю на шею, Сотников просит прощения у Дёмчихи: этого маленького эпизода тоже нет в повести, но движение души точно угадано и воссоздано авторами фильма. В последнее мгновение он обращен к людям — вот увидел мальчишку в старой буденовке: «Отсюда трудно было судить, как он относится к ним, но Сотникову вдруг захотелось, чтобы он плохо о них не думал. И действительно, вскоре перехватив его взгляд, Сотников уловил в нем столько горя и столько сочувствия к ним, что не удержался и одними глазами улыбнулся ему...» Так это и снято в фильме — мальчишка, окаменевшей от холода, страха и боли, и чуть заметная улыбка Сотникова.

Сыграл его Борис Плотников, молодой актер из Свердловска, впервые появившийся в нашем кино, сыграл в стиле фильма и повести, просто, строго, без пафоса и сентиментальности, но с необходимым дли такой роли душевным наполнением. Нравственную силу своего героя, его спокойное мужество актер смог выразить в этой последней улыбке, в последнем привете человека человеку — была о ней смертная тоска, но и истинное достоинство. Так же точно сыграл Владимир Гостюхин Рыбака, неплохого до поры до времени солдата и партизана, который один только раз попытался найти спасение в одиночку, без людей, только для себя, и тем вычеркнул себя из их числа.

Удачи актеров живут в фильме не сами по себе, они подчинены главной мысли быковской повести. Мысль эта — естественность поступка, который мы называем подвигом. Принято считать, что подвиг — это деяние, превышающее возможности обыкновенного человека. Но в фильме, в игре актера Сотников понятен и естествен в каждую минуту своего экранного бытия, его восхождение — эго органическое продолжение всей его прежней жизни. Он не выбирает, как Рыбак, между жизнью и смертью, потому что выбора между свободой и рабством для честного человека нет, возможность выбора исключена. Горько умирать, но ведь и жить предателем он тоже не смог бы.

Быков написал повесть о человеке, для которого в определенных обстоятельствах подвиг — единственно возможная нравственная норма поведения. Думаю, что именно с «Восхождения» началась подлинная жизнь в кино прозы Василя Быкова, одного из талантливейших наших писателей.

Смелков Ю. Восхождение к подвигу // Труд. 1977. 5 мая.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera