Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Слабое место кинопьесы — больной художник
Критики о фильме
«Умирающий лебедь». Реж. Евгений Бауэр. 1916

Картина выполнена очень удачно. Ласкает глаза чудесная природа Сочи, где была снята эта лента, напряженное внимание вызывает богатая и интересная изобретательность режиссера в постановке фантастических эпизодов. Но самое интересное в новой ленте — это, конечно, танцы г-жи Каралли. В последнее время русская кинематография делает опыты перенесения на экран балетного искусства, притом не в качестве вставных эпизодов, а как самодовлеющую ценность. В отчетной картине имеется, правда, сюжет, драматические ситуации, развитие действия и прочие обычные элементы кинематографической пьесы, но все это только фон, на котором г-жа Каралли имеет возможность ярко выявить свое хореографическое искусство.

В связи с этим несколько меняется критерий ценности, с которым обычно подходят к кинематографическим картинам. До сих пор балетное искусство воспроизводилось на экране в вставных эпизодах настолько неудачно, что даже талантливое исполнение в ателье производило потом в картине впечатление чего-то любительского, казалось дилетантизмом. Ничего подобного не замечается в «Умирающем лебеде».

Искусство танца здесь всегда убедительно, и в этом заключается единственная, но весьма значительная ценность новой ленты, открывающая кинематографу новые, широкие горизонты творчества. Нельзя не упомянуть, что художественная работа создателей новой ленты будет в значительной мере затушевана, если музыка, сопровождающая картину, не будет ритмически точно соответствовать движению на экране.

В этом отношении пианистам кинотеатров следует предварительно очень внимательно просмотреть картину и затем тщательно подобрать соответствующую музыку.

Кине-журнал. 1917. № 1/2.

 

Режиссура г. Бауэра, участие г-жи Каралли и г. Полонского, довольно эффектный сценарий г-жи Баранцевич, — все это выделяет картину из ряда других постановок ателье.

Г. Бауэр верен себе: влюбленный в красоту кадра (которую он искусно подменяет красивостью), он «творит легенду», но не из «куска грубой жизни», а из того лирического материала, который г-жа Баранцевич окрестила именем «трагической новеллы». Для новеллы — слишком много страхов, для трагедии — недостаточно убедительно. Впрочем, сценарий вполне в духе г. Бауэра, всегда смягчающего и округляющего острые углы драматических сюжетов. Для публики кинематографа, не предъявляющей к экрану повышенных художественных требований, постановка г. Бауэра сойдет за «сон золотой», — и поэтому — «честь безумцу», который навевает подобные сны без особых усилий, легко и занятно. На этот раз г. Бауэр особенно интересен не павильонами (обычно главный козырь этого художника-декоратора), а изысканнейшей натурой. С этой стороны картина безукоризненна, чего отнюдь нельзя сказать о павильонах, поставленных без обычной выдумки и обставленных без обычного вкуса и тщательности.

Нас удивила мастерская сумасшедшего графа: беспомощные, бездарные эскизы скелетов убивают всякий интерес к творчеству неплохо задуманного безумца — художника, влюбленного в смерть.

Г-жа Каралли, напрасно тяготеющая к бытовым ролям на экране и мало убедительная в таких ролях, на этот раз в своей сфере: с трогательным изяществом и грацией она изображает балетную артистку, пережившую несложный роман и пассивно, помимо своей воли, ставшую жертвой сумасшедшего художника. Танцевальный номер проведен артисткой превосходно.

Театральная газета. 1917. № 12.

 

Самым слабым местом кинопьесы является ‹…› больной художник. То, что сумасшедший под влиянием навязчивой идеи может задушить здорового человека, не дает еще материала для художественной драмы. Трагическое в искусстве не обусловливается такими случайными обстоятельствами, как, например, сумасшествие и т.п.

Излишне добавить, что, кроме этого основного недостатка темы, все прочее в картине: постановка, игра, фотография вполне безупречны.

Проэктор. 1917. № 1/2.

Андрей Громов

В «Умирающем лебеде» внимание сосредоточивает на себе В. А. Каралли. Артистка заставляет с серьезным интересом следить за ее выразительной и драматически-сильной игрой, и окончательно покоряет зрителя в танце.

Хорошим партнером В. А. Каралли был А. А. Громов в роли безумного художника. Артист дал хороший грим и продуманный, твердый жест. Хотелось бы только большего удара в сцене задушения.

Картина эффектна. В третьем акте режиссеру удается создать настроение жути — в сцене сна Гизеллы.

Самое слабое место картины — это ее надписи, не всегда отвечающие своим стилем серьезному, философски-символическому тону драмы.

Веронин В. Вестник кинематографии. 1917. № 123.

 

Восхитительный город Сен-Санса — «Умирающий лебедь» послужил темой новеллы Зои Баранцевич.

Постановка картины — тщательная и продуманная, сделана с присущей г. Бауэру стройностью и широким художественным размахом. Стильны и красивы павильоны, ‹…› фотография г. Завелева превосходна; хороши световые эффекты и трюки.

На первом месте в этой картине, конечно, сильфида — Каралли. Образ немой девушки, — чарующе-трогательно воплощен ею. Неизъяснимое наслаждение доставляет ее «Умирающий лебедь», очень удачно снятый и осиянный радугой меняющихся окрасок.

Кулисы. 1917. № 3.

 

В. Каралли полна грации, чарующей обаятельной грации, и ею она покорила в своих танцах, простых, но полных большого мастерства. ‹…› Искусство пантомимы забыто, и при этом незаслуженно. Оно всегда таит в себе много подлинно волнующего и захватывающего, и особенно приятно указать, что почин его возрождения исходит от русских сценических деятелей и что первые шаги по этому пути на чужбине сделаны таким подлинным и трепетным русским дарованием, каким является создательница «Умирающего лебедя», этой грустной, почти трагической лебединой песни московского классического балета.

Зборовский Н. — Театр и жизнь (Берлин). 1922. № 8. Цит. по: Умирающий лебедь // Великий Кинемо. Каталог сохранившихся игровых фильмов России. 1908-1919. М.: НЛО, 2002.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera