Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
Таймлайн
19122019
0 материалов
Кино: Крылья
Поделиться
Колокол тихого боя
Вера Шитова о фильме

‹…› вторая работа Ларисы Шепитько: фильм «Крылья». Яростные споры вокруг него. Большая дискуссия на страницах журнала «Искусство кино». И — всеобщее признание: в нашем киноискусстве середины шестидесятых появился мастер. И это в кругу «Гамлета» и «Девяти дней одного года», «Андрея Рублева» и «Берегись автомобиля», «Живых и мертвых», «Председателя» — трудное время, чтобы молодой режиссер был так замечен!

‹…› резкая определенность характера, высокий вольтаж конфликта: Шепитько верна себе. Отметим сразу: Шепитько в «Крыльях» меняет режиссерский способ обращения с человеческим материалом. Думается, что для нее оказались очень важными уроки — уже не на студенческой скамье, а в профессиональном деле, — взятые ею, скажем, у того же Михаила Ромма. Уроки исследования человеческого — исторического, социального, психологического — типа, до того никем еще не исследованного, нового. Сейчас понимаешь, что споры вокруг образов Ильи Куликова из «Девяти дней...» и Надежды Петрухиной из «Крыльев» имели общую природу. ‹…›

Шепитько вместе с Натальей Рязанцевой и Валентином Ежовым, авторами сценария, вместе с актрисой Майей Булгаковой, которая в этой роли познала свой «звездный час», — так вот, Шепитько и все, кто с нею работал, смело пошли напе-ререз успокоительной, в сущности своей безразличной поверхностности стереотипа.

Да, она, Шепитько, вместе со всеми нами благоговейно склоняла голову, встречая немолодую женщину-ветерана, раз в году, Девятого мая, идущую на встречу в победном звоне орденов и медалей. Да, она, Шепитько, не знавшая войну в лицо, с младенчества своего впитала тяжкое и священное чувство к тому, что никогда не будет забыто: я так и вижу Ларису, вслушивающуюся в тихие колокола Хатыни, медленно шагающую вдоль бессчетных плит Пискаревского кладбища, стоящую у подножия каменных фигур в Саласпилсе...

Но сейчас ее остановила, задела судьба той, встреченной уже не Девятого мая, не в победном звоне орденов и медалей, а в один из трехсот шестидесяти пяти дней, из которых состоит год человеческой жизни, — к тому же помноженных на двадцать: фильм чуть опоздал к двадцатилетнему юбилею окончания Великой Отечественной. Той женщины своих — это легко вычислялось — сорока пяти лет, которая вернулась — точное ли тут слово «вернулась»? — с фронта в сорок пятом. Почему поставлено под сомнение слово «вернулась»? Да потому, что уходила воевать восемнадцати-двадцати- летняя девушка, а пришла назад уже не она, а кто-то совсем другой... Ее юность сгорела в огне боев, пришел трудный — в особенности для женского естества — опыт. Ее душа закалилась, но и как-то окаменела, а вернее сказать, запеклась окалиной. ‹…›

Ее мир, который еще вчера, нет, сегодня был весь расчерчен в клетку и косую линейку обязанностей, забот, служебных условностей, был сплошь завешан треугольными вымпелами, формулярами бланков, мир, который долгие годы умещался на страницах протоколов, на телеэкране, в строчках газетного набора — этот мир обламывается, делается способным — исподволь и закономерно, мучительно и радостно — вместить в себя новое, живое, сегодняшнее. Вместить небо и землю войны, любовь и гибель, счастье победы и жизненную необходимость забвения былого — при верности ему.

В фильме «Крылья» прорывы Надежды Петрухиной в небо, в молодость совершаются неотвратимо. Взлетает музыка, тихая, прекрасная, высокая, и из кухни коммунальной квартиры, где копошатся дети, милые и чужие, из пустого, влажного от мытья коридора ремесленного училища, где Петрухина директор, берет свое начало стремительный полет — возникает земля, истерзанная, открытая бомбам и в то же время прекрасная и успокоительная своей очищенной геометрией карты крупного масштаба. «Взлеты» Надежды суть нечто большее, чем память о давно минувшей войне, о бывшем с нею, летчицей, гвардии капитаном, сбившей двенадцать немецких самолетов. Это, как мне представляется, поэтически образная передача моментов рождения нового масштаба жизневосприятия. Тогда, двадцать с лишним лет тому назад, это была «просто война» — вылеты, удачные и неудачные, бои, трагическая арифметика погибших — сейчас же в этих воспоминаниях торжествует восста-новление свежего и острого ощущения жизни, мира, себя: с высоты прошедших лет; с высоты одиночества; с высоты потерь и несбывшегося. Тут, в этих кадрах, заложено нечто очень-очень существенное.

Есть на флоте такое название — «колокол громкого боя». Фильм «Крылья» — колокол тихого боя. Он звонит о тех, кто погиб. Кто отдал себя войне. О тех, кто взыскует высоты.

Шитова В. Ушла, чтобы остаться // Лариса Шепитько. М.: Всесоюзное бюро пропаганды киноискусства, 1982.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera