Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
Таймлайн
19122019
0 материалов
Поделиться
Великий гном
О лекциях на режиссерских курсах

Задумав воссоздать атмосферу наших занятий и нашей жизни на режиссерских курсах, я решил собрать материал таким образом: сфотографировать эти самые «рисунки на полях» и, более-менее последовательно раскидав их на вольном пространстве листа, терпеливо ждать, когда комментарии сами к ним «подползут», выбравшись из памяти. Никакого плана. «Жизнь врасплох»! Нам очень нравилась тогда эта формула. Все организуется само по себе. Важно избавить эти комментарии от лекционного академизма. Конспект — не стенограмма. Успеваешь ведь записать то, что успеваешь. Записанная мысль может и оборваться, и куда-нибудь соскользнуть в сторону или замереть на полуслове. Она уже не вполне принадлежит ее автору, а как бы оказывается в невесомости, где-то посередине. И выравнивать, тем более дописывать прерванное или недопонятое не хотелось. Как же быть?.. Оставить, как оно было. Не вмешиваясь, не нарушая зыбкости процесса, его сиюминутности...

Вот, например: Виктор Шкловский.
Рисунок этот можно было бы вынести в раздел «Могикане». Но можно и так, как он запечатлелся в памяти и на рисунке: сам по себе, отдельно от других записей.
Шкловский пришел к нам уже достаточно старый, но вечный, «Великий гном» с большой прямоугольной головой, которая вмещала в себя его грандиозную, необъятную и парадоксальную Память. Маленький старичок с прищуренными глазками, он сидел на столе, как мальчик на заборе, и болтал ножками, не доставая до полу. Так я и нарисовал его.

Но все-таки он пришел не сам по себе. Он принес с собой Время. Втащил его. Как сверхсильный карлик внес бы в аудиторию Земной шар на своих плечах. Без напряжения. Легко!

Остроумный и улыбчивый. Всегда парадоксальный. Маленький красноватый носик, уменьшенный щеточкой усов, в которых пряталась его улыбка мудреца и озорника. Носик этот был немножко и носом клоуна.

Трудно было поверить, что он не только ровесник Маяковского, а даже старше его. Его скрипучий «граммофонный» голос нес в себе обаяние прошлого, он поскрипывал и шуршал. То были «шорохи Времени».

Вот эти короткие «граммофонные» записи:
Когда Марко Поло приехал в Китай, он обнаружил там многое и написал об этом, но... не заметил, что там есть книгопечатание и изобретен порох.
То, что Шекспир делал в «Отелло», было уже почти пять раз показано другими. Это был почти плагиат.
Кино — подкидыш Времени.
Толстой: «Если в течение недели я не сделаю всего великого, я покончу с собой». Славу богу, не покончил, потерпел!
О Маяковском:
Поэты ранимы. Они носят сердце в руках, а их толкают. Мы думаем: они сильные.
И в конце записей фраза: «Беречь друг друга!»

Видимо, сказано Шкловским. Но я не уверен. Может, это вывод, на который он толкал нас своими парадоксами. Вывод, который нам очень важно было сделать уже тогда. И всю жизнь о нем думать!

Ершов К. Рисунки на полях старых конспектов // Искусство кино. 1984. № 9.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera