Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
Таймлайн
19122019
0 материалов
Естественные бабьи и скупые мужские
Элина Быстрицкая и Петр Глебов о съемках

— Помогало воображение, — объясняет Быстрицкая. — Помнится, велась съемка встречи Аксиньи с Григорием после его ухода из банды Фомина… Я несколько раз перечитала эту сцену и представила положение моей героини. Аксинья долго не знала, где Гришка, что с ним. Сколько горестных дум гложет ее!.. Переживания Аксиньи переплетаются с моими, потому что я думаю ее мыслями, чувствую ее чувствами. И когда у окна появился Глебов, то я бросилась к нему, уткнулась лицом в шинель и — сейчас самой не верится — ощутила запах пороха. На самом деле, взятая из костюмерной шинель могла пахнуть лишь нафталином. В этой сцене Шолохов дал Аксинье много прямой речи. В сценарии она сокращена. В ту минуту я в уме обругала сценариста, который помешал мне выговорить Григорию все, что накопилось у Аксиньи. Мне хотелось целовать его без конца, но как-то получилось само собой, что я целовала его шинель. Это была интуитивная находка. Ощутив на губах колкое сукно, почувствовав несуществующий запах пороха, я так разволновалась, что брызнули слезы — самые естественные бабьи слезы…

Воображение помогало обрести необходимое состояние и Глебову. Порой этот процесс затягивался на несколько часов или даже дней.

Похороны Аксиньи снимались два дня. Это не было вызвано ни техническими осложнениями, ни капризностью летней натуры. Сцена завершала сквозную линию фильма и требовала исключительной отточенности деталей, безупречной психологической разработки. На это актеру нужно было время.

…Свежий земляной холмик. Солнце в зените. На съемочной площадке напряженная тишина.

У «могилы» сидит Глебов. Он перебирает белые камешки, выкладывает из них крестик. Долго сидит актер, не меняя позы. Никто не нарушает тишину. В какое-то мгновение глаза Глебова становятся влажными, слезы текут по лицу.

Бесшумно работает кинокамера, фиксируя потрясающий своею глубиной кадр.

Когда кончилась съемка, Глебов устало подошел к дереву, прислонился к нему. Он еще плакал скупыми мужскими слезами.

— Сидел я у холмика, — рассказывал потом Глебов,— и, чтобы вызвать слезы, пытался возродить в памяти самое горестное из своей жизни. Но воспоминания не помогли. Сосредоточенно смотрю на камешки… Моя Аксинья… Здесь она — под землей… похоронена… Нет ее больше… И вдруг ожгло: это же я виноват в ее смерти…

Петр Петрович так и сказал: «я виноват». И дальше он рассказывал так, будто не с Григорием, а с ним, Глебовым, случилось непоправимое несчастье.

— Не вызови я Аксютку в это раннее утро, она бы не погибла! Мне так стало обидно, так жалко ее, что я расплакался, и после съемок еще долго щемило сердце…

 

Власов А., Млодик А. Герои Шолохова на экране. М.: Искусство, 1963.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera