Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Кино: Солдаты
Поделиться
Штатский подвиг
О герое Смоктуновского

Внешне Фарбер из фильма близок тому, каким он описан в повести (повествование Некрасов ведет от лица Керженцева, главного героя): «усталый, всегда рассеянно-безразличный. Смотрит в одну точку, поблескивает толстыми стеклами очков. Глаза от бессонницы опухли. Щеки, и без того худые, еще больше ввалились. ‹…›
О чем он думает сейчас?.. Иногда мне кажется, что даже смерть его не пугает, — с таким отсутствующим, скучающим видом покуривает он под бомбёжкой». Фарбер не умеет плавать, ездить на велосипеде, ругаться матом — странный парень. Но вот однажды, звездной ночью на передовой, он, разговорившись с Керженцевым, открывается как человек думающий и совестливый. Это происходит далеко не сразу, и актеру интересно было двигать образ от непонятного, закрытого,
к понятному, по-человечески сильному. Но в фильме такого диапазона нет. Характер намечен, но развить его возможности
не было.

Хотя режиссер и актеры опасались, что «Солдаты» (или «Окопы», как их называла группа) положат на полку, этого не случилось: фильм посмотрел маршал Жуков и похвалил.

Когда картина вышла в прокат, ее сравнивали с «Севастопольскими рассказами» Льва Толстого, а Фарбера — с героем Отечественной войны 1812 года капитаном Тушиным (Соловьева И., Шитова В. Иннокентий Смоктуновский. Актеры советского кино. Вып. 2.
М., 1966. С. 225). Война здесь будничная, героизм повседневный,
и Фарбер, по сути, никакого военного подвига не совершает.
Его подвиг - штатский, как и он сам. Он осмеливается спорить со старшим по званию, обвинять его, капитана Абросимова, в смерти бойцов, погибших зря: капитан струсил и свалил на погибших свою вину. Говорит он горячо, страстно. Видно, что остальные согласны
с ним, хотя молчат.

За Тушина заступился князь Андрей Болконский. За Фарбера заступиться некому. Сцена общего собрания — пик роли.
Всё остальное — детали. Незабываемы очечки, которые он то и дело поправляет на носу. (Эту выразительную деталь с разбитыми стеклами очков актер придумал сам). Неуклюжая поступь в тяжелых сапогах. Длинная шинель, которая ему велика. Манера идти в атаку каким-то своим способом, боком.

Ему двадцать восемь лет. Штатский, он сам выбрал место на войне: не переводчиком в штабе, а солдатом на Волге.

Смоктуновскому в это время было уже тридцать. Он, конечно, помнил, что такое война. У всех фронтовиков память была свежа, это давало возможность менять что-то в тексте (тем более, что Некрасов присутствовал на съемках). Менять по мелочам, но мелочам существенным, приближающим кино к реальности. Правда, мешало то, что режиссер (тоже, к слову сказать, фронтовик) призывал «играть», актер же хотел «быть». Когда удавалось настоять на своем и получалось настоящее, все этому радовались.

Знакомство Смоктуновского с Некрасовым (когда-то начинавшим как актер) переросло в братские отношения. Из тех, какие возникали на фронте.

Такой человек, как Фарбер, понадобился не одному актёру, не режиссёру даже — а жизни. Незаметный Фарбер был схвачен в кульминационный момент значения такого характера для общества. Ведь в фильме есть другие интеллигенты, бойцы-коммунисты, есть трибунал, в конце концов. Они и так дали отпор командиру-шкурнику.

Но то, что сделал Фарбер, недотепа, беспартийный, всегда вежливый и тихий, резко бросающий в лицо Абросимову «это вы струсили», —политическая злоба дня.

Хроникальность, которая нравилась Смоктуновскому, состояла в том, что у Фарбера никакого специального сюжета, как и судьбы,
в фильме не было. Ну, были минуты отдыха, когда Фарбер слушал Чайковского, когда говорил о Ленинграде, когда над ним посмеивались сослуживцы. Кусками сделанный фильм, смонтированный из эпизодов разного качества, местами притягивал к себе, и эти места принадлежали Фарберу.

Всё в этом Фарбере было органично, но лучше всего — голос. Слабого, «глухого» (так оценивал свой голос Смоктуновский)
как не бывало. Наоборот — голос Фарбера звонкий и мягкий.
Человек волнуется, человек деликатен и грозен. Всё это слышалось не меньше, чем виделось. Голос Фарбера за кадром раздавался раньше, чем он сам появлялся на экране. В прелестной, волнующей неровности тембра угадывались дыхание, чувство, темперамент.
В голосе была звонкость, были трепет и благородство.

Что еще связано с Фарбером?

Олег Борисов в своих посмертно изданных дневниковых записях «Без знаков препинания» (М., 2002) рассказывает о знакомстве с Виктором Некрасовым и о том, как писатель давал ему прочесть
«В окопах Сталинграда», разыгрывал сцены из повести, где Борисов был Фарбером, а сам Некрасов — Керженцевым. И о том, что первоначально фильм собирался ставить Владимир Венгеров. Венгерову Некрасов собирался представить свой вариант Фарбера —Борисова, при этом на роль Митясова планировался, но не был утвержден Смоктуновский.

Бывают странные сближения. В 1967 году Смоктуновский получил письмо из Курской области. Писала женщина, в девичестве носившая фамилию Фарбер. Она случайно увидела отрывки из «Солдат» по телевизору и остолбенела: у нее был единственный брат, который ушел на фронт в первые дни войны, от него не пришло ни одной весточки. «Удивительно — мой брат также носил очки, небольшого роста и не только по характеру, но и внешне образ, созданный вами, так похож на брата».

Другая зрительница сразу после выхода фильма на экраны откликнулась так: вижу в вас большое будущее, «только боюсь, что в связи с нашими внутригосударственными событиями вашу картину „В окопах Сталинграда“ снимут и будут очень долго переделывать. Хорошо бы, если бы мои предположения не оправдались».

Горфункель Е. Гений Смоктуновского. М.: Navona, 2015.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera