Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
Таймлайн
19122021
0 материалов
Поделиться
Приключения Золушки в стране большевиков
О метасюжете и социальном контексте

Праобраз Золушки, как знак угнетенной женщины, освобожденной советской властью для новой счастливой жизни, был актуализирован в сознании становящегося общества с подачи самого вождя революции, когда тот бросил свою неосторожную реплику про кухарку, которой неслабо государством руководить. Реплика не только для красного словца была произнесена — она была ответом на конкретную ситуацию в реальности. Разруха и хаос в многомиллионной крестьянской стране спровоцировали неслыханную по масштабам и непредсказуемую по социальным последствиям миграцию населения. Деревенские девахи с въевшимися следами золы на руках, с заплечным мешком и с корзинкой, из которой торчал гусь или другая живность, прихваченная из дому, замелькали на вокзалах и улицах обеих столиц. Эпохой позже они составят контингент, который назовут лимитой. Он будет лишен представительства в советской культуре из-за того, что грубо нарушает сложившийся символический порядок. В 20-е все было наоборот. Деревенские, да и все низшее сословие, включая прислугу, — иными словами, «униженные и оскорбленные» старым режимом, усилиями пропаганды и крепнущей идеологии возгоняются на самые заметные места социальной пирамиды.

 

Разумеется, эти персонажи оказались в поле зрения кинематографа тех лет. В фильме Б. Барнета «Дом на Трубной» (1928) Вера Марецкая сыграла крестьянскую девушку, приехавшую в столицу на заработки. Приезд Параши в город режиссер разыграл как событие чрезвычайное, использовав авангардный прием обратной проекции. Параня испуганно мечется по трамвайным путям, движение застопоривается. Утка выскакивает из корзины и в панике машет крыльями, трамвай с пассажирами в ужасе катится вспять... В этот момент на этом самом перекрестке Параня встречает бывшего земляка, ныне водителя автомобиля. У него она находит приют, он же определяет ее домработницей в семью нэпманов.

 

Прасковья — чем не Золушка? Параллель между злой мачехой из сказки и хозяйкой-нэпманшей (Е. Тяпкина), нагружающей Прасковью работой по дому сверх всякой меры, еще более очевидна. Тем не менее «Дом на Трубной» — полусказочный нарратив: «сказка будет впереди».

 

Советская культура делает первые шаги, традиционные роли перераспределяются в новой труппе среди новых исполнителей. С Золушкой вопрос решился сам собой — она в толпе тех, «кто был ничем». Со злой мачехой тоже все ясно: она из стана классовых врагов-эксплуататоров. Не очень понятно, кто выступит в роли принца и доброй феи. Комедия Б. Барнета запечатлела самое начало перехода от реальности к социальной сказке — так сказать, нулевой цикл процесса. Картина еще очень далека от мифологии-идеологии зрелого сталинизма: она артистична и очаровательно-простодушна даже там, где выполняет «социальный заказ». Но при всем при том режиссер не парит в эмпиреях. Сквозь жанр проступает реальность, поданная с позиций пока еще свободного художника, обладающего уникальной остроты зрением. В фильме есть замечательный кадр: дворник подметает московскую улицу в рассветный час и с особым усердием старается размести лужу, в которой отражаются церковные купола. Слоистая вода дрожит, дрожат отраженные в ней маковки. Время поставило этот акцент или режиссер? Социальные обертоны, особенно заметные в обратной временной проекции, проникают в поэтику. Отказ от традиционного «поцелуя в диафрагму» в финале — не что иное, как предчувствие радикальной смены парадигмы. В «Доме на Трубной» Принц не появляется. Не замужество героини, а ее социализация — вот что становится апофеозом. И Власть-заступница в лице профсоюзных лидеров выглядит волшебницей ничуть не меньшего ранга, чем сказочная фея. Профсоюзную активистку, что вовлекает Параню в профсоюзное движение, неспроста, я думаю, зовут Феня (А. Войцик).

Стишова Е. Приключения Золушки в стране большевиков // Искусство кино. 1997. № 5.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera