Time Out: Правда, что сценарий написал непрофессиональный сценарист?
Алексей Балабанов: Да, его зовут Стас Мохначев. Он — футболист. Но все время
TO: Насколько вы изменили текст?
А. Б.: Я его переделал под себя. Диалоги в основном все мои.
TO: Это комедия?
А. Б.: Ну, это должно быть смешное кино. Так мне кажется. Если не смешное — значит, у меня не получилось.
TO: Не страшно было браться за комедию? У российских режиссеров, в отличие от советских,
А. Б.: Ну что значит «страшно — не страшно»? Люди читали сценарий — смеялись. Казалось весело. Надо не у меня спрашивать, а у зрителей.
TO: Можно ли назвать «Жмурки» своеобразным прощанием с
А. Б.: Да нет, просто того, что происходит в фильме, сейчас нет, поэтому действие и происходит в
TO: Никаких сантиментов по поводу того времени у вас не осталось?
А. Б.: Нет.
TO: Почему вы снимали именно в Нижнем Новгороде?
А. Б.: Город очень красивый, к тому же я его хорошо знаю. Мне в нем было легко. Там красивая натура, две реки, кремль…
TO: С Никитой Михалковым было сложно договориться? Вы ведь
А. Б.: (Возмущенно.) Я — нелестно? Мне очень нравятся его фильмы — не все, но большая часть. «Пьесу для механического пианино» я вообще считаю гениальной картиной. Раз пять ее смотрел, когда студентом был, и сейчас с большим удовольствием пересматриваю. Еще мне очень нравятся «Урга» и «Обломов». Это же все классика.
TO: С Никитой Сергеевичем легко работать?
А. Б.: Да, очень легко. Держится прекрасно, абсолютно нормальный человек. ‹…›
TO: Могли бы вы снимать один фильм на протяжении, скажем, пяти лет?
А. Б.: Нет, я вам не Герман. Мне скучно долго делать одно и то же. Я от «Жмурок» уже так устал, что смотреть на них не могу.
Про «Жмурки» и людей. Интервью с Алексеем Балабановым // Time Out Москва. 2005. 30 мая.