Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Кино: Война
Поделиться
Я — верю, я — согласна
Нея Зоркая о политкорректности

‹…› «Война» Алексея Балабанова. Фильм предельной четкости мысли, суровый рассказ без обиняков, все называется своими словами.

Очень резкий фильм. Очень открытый фильм, где автор уж, конечно, не заботится ни о какой «политкорректности» и не боится подставить себя под перекрестный огонь тех, кто картину не примет.

Авторское отношение к чеченскому конфликту и его участникам недвусмысленно. Автор «за» русского солдата Ивана Ермакова и капитана Медведева (последняя и, к сожалению, не главная роль Сергея Бодрова). Автор «против» чеченских бандитов и спекулянтов, в его глазах это отнюдь не гонимая свободолюбивая нация, а могучая и опасная сила, оснащенная идеологией и деньгами. Он, автор, знает цену доброхотам с Запада, заявляющим о «правах человека», демократии, гуманизме, но почему-то фатально оказывающихся на стороне зла в своем рекламируемом на весь мир заступничестве.

Оставим «политкорректность» англичанину Джону, которого отпускают на волю с тем, чтобы он привез из Лондона крупную сумму для выкупа своей невесты и партнерши по сцене Маргарет (по сюжету их вместе захватили в Грузии, когда они играли «Гамлета»). Условие — не вернется в срок, ее изнасилуют. Джон деловито пускается в путь, проявляет чудеса оперативности, собирая деньги и организуя возвратный рейд в Чечню. Он вызывает симпатии, но по ходу фильма таковые остывают — перед нами типовой портрет современного британца: Джон — порядочный, он — джентльмен, но от сих до сих, увы! — и сквозь благообразие постепенно проступает ординарный продукт расхожих истин, «представитель западной цивилизации», по сути — бюргер. Преодолев ради спасения невесты путь с препятствиями от Темзы до горной речки близ штаба чеченских террористов, он не женится на изнасилованной Маргарет. Это была бы жертва, подвиг, на который Джон не способен. Его постскриптум кавказской истории иной: сняв фильм о Чечне, заказанный ему в Лондоне перед отправкой в Россию, он становится богат и знаменит, из плена и горестей выходит с выгодой, с паблисити и теперь дает показания на Ивана, обвиняемого в убийстве российских граждан.

‹…› Заметим, что социальный и образовательный ценз, а также интеллект героя по сравнению с «Братом» сильно повысились. Иван говорит на английском языке и даже вполне сносно, пусть и не с оксфордским произношением. У чеченского хозяина Аслана он имеет некоторые привилегии благодаря умению качать новости с Интернета. Он — раб, но вроде древнего Эзопа, умом превосходившего своего господина. Он сидит не в яме, а в штабе за компьютером.

А яма — как она не похожа на ту, едва ли не уютную, где коротали часы плена, беседуя, Жилин и Костылин, и часто маячило наверху хорошенькое личико местной девочки Дины, тайной подружки русских!

Здесь же — глубокая грязная дыра, в которую брошены распластанный контуженный российский офицер и та самая англичанка Маргарет, чей выкуп становится двигателем сюжета. Достойна глубокого уважения артистическая самоотверженность элегантной красавицы Ингеборги Дапкунайте, согласившейся предстать перед зрителем в этом кромешном аду в ужасном виде. Страшен ее финальный кадр, когда обезумевшая Маргарет смотрит на нас остекленевшими пустыми глазами.

Ужас чеченского плена — такова экспозиция и почти половина фильма. Все ясно, жестоко и беспощадно. Сращение идеи и расчета, фанатизма и шкурничества чеченцев недвусмысленно.

Пахан Аслан вещает: «Это моя земля!», — и грозится убивать русских, пока ни одного не останется до самого Волгограда. Позиция! Но причем же тогда несчастная англичанка и вымогаемые за нее тысячи фунтов? «Моя земля» — патриотично! Но зачем же тогда у Руслана — рестораны, бригады, магазины в Москве, а сын должен учиться в Московском университете и нигде больше! Не в Махачкале, не во Владикавказе, не в Багдаде, наконец, а подавай ему Москву! Согласно фильму «Война», такие аппетиты и амбиции у борцов за независимость, у этих новых Шамилей и Хаджи Муратов.

В «Войне» у героя появился «положительный пример», моральный эталон, так сказать, из «официоза», то есть из федеральных войск — капитан Медведев. Правда, восхищение Ивана этим командиром («если бы все такие были в армии»!) можно скорее принять на веру, потому что кроме двух афоризмов в Ивановом пересказе да предложения спасаться по реке капитан Медведев в качестве выдающегося военачальника не проявляется. Впрочем, последнее было бы трудно по сюжетным обстоятельствам: он фактически неподвижен. Бодров разрешил показать на себе самом крайнюю степень человеческой униженности — физического унижения и беспомощности.

Все это однозначно. Можете соглашаться с таким показом или нет. Я — верю, я -согласна. ‹…›

Балабанов предлагает как бы три плана рассказанной в фильме истории:

1) само действие;

2) тенденциозный фильм Джона, кадры которого время от времени мелькают на телеэкране в сопровождении английского комментария, нацеленного на Запад;

3) монолог героя, он же интервью, он же показания обвиняемого, которые Ермаков дает уже в следственном изоляторе. Зарешеченное окно, голый стол, на котором лишь пепельница, наполняющаяся горой окурков — снайперская деталь говорит и о длительности допроса, и о состоянии человека.

Три разных точки отсчета тоже служат многомерности фильма, который лишь на поверхностный взгляд может показаться прямолинейным — Балабанов слишком хитер для этого. Хотя той амбивалентности, которая довлела в прежних его картинах, здесь нет. Точно заметил умный критик Олег Ковалов, автор глубокого аналитического эссе о творчестве Балабанова, что даже на короткометражную драму «Трофимъ», снятую для юбилейного киноальманаха «Прибытие поезда» в 1995-м и возвращающую к временам русско-японской войны: «хотел того режиссер или нет ‹…› легла тень войны в Чечне ‹…›. Она же — на „Брате“». А ныне перед нами уже не тень, а сама война во всей ее безысходности.

В самом конце «Войны» звучит уже «знаковая» для Балабанова песня Вячеслава Бутусова. Во время действия она глухо слышалась на саундтреке, а теперь выходит на голос и слова:

Моя звезда со мной.
Моя звезда горит внутри
И говорит мне: подожди,
Постой чуть-чуть, еще немного,
Нам предстоит нелегкая дорога.

Снова — уход, сквозной мотив многих фильмов постсоветского кино. Куда?

Зоркая Н. Кавказские пленники на рубеже тысячелетий // Киноведческие записки. 2004. № 67. С. 170–173.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera