Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Кино: Октябрь
Поделиться
Голос из хора
Трауберг о просмотре материала к фильму

В 1927 году, приехав в Москву, я был свидетелем того, что можно назвать предвестием многого, Эйзенштейн пригласил меня на просмотр материала «Октября», устроенный для представителей не то ЦК, не то МК. При всем почтении к руководству я, скажу прямо, содрогнулся, увидав физиономии приглашенных. Не хочется их называть. Думаю, что три вершителя судеб «Октября» не годились не то что в ангелы, но, попросту, в культурное общество. Кроме них и меня были на просмотре Эсфирь Шуб и милейший, совсем незверского вида старый большевик с бородкой, понятия о кино не имевший, председатель Совкино К. Шведчиков. Постановщик явно нервничал, ходил по прилегающему коридорчику с видом «ничего хорошего не жди». Обольстительно улыбаясь, Г. Александров целых полчаса разъяснял представителям, что такое монтаж. Им, по-видимому, это понравилось. На заранее злобных лицах появилось подобие улыбки. Она стала стремительно исчезать, когда начался показ кусков. Куски как куски: нескладные ударницы из женского батальона рядом с беломраморными нимфами, пляска кавказской дивизии, никак не отрывавшаяся от разведенного моста лошадь, были кадры атаки ворот Зимнего, приезд Ленина и речь с броневика. Все дело было в том, что Эйзенштейн снимал для одного фильма материал вдесятеро больший. Потом монтировал, что делал он блестяще, частности тушевались, появлялось главное, значимое.

Но пока что был материал. Представители бушевали, угрожали, намекали на расправу. В воздухе маячило будущее. Как известно, Эйзенштейну не дали ни доснять, ни смонтировать. Какие там две серии, о которых мечтал, на которые имел право режиссер! Одна, и все.

Многие умеют определить, что такое любовь, что такое дружба.

Боюсь, я не умею. Но точно знаю: в тот час я был не рядом с товарищем, я был в нем, дрожал его дрожью, отчаивался и старался верить в чудо, как он. А что если эти три человека, ничего в том, чем мы жили, не понимающие, вдруг поймут, каким-то чутьем поймут, от какой-то высшей веры поверят?..

Чуда не произошло. Им не нужно было искусство. Им нужен был ихний порядок, их «бизнес». А ведь был еще только двадцать седьмой год. Однако началось это и того раньше. Не забудем, что так называемое «новое советское кино», или попросту «советское киноискусство», началось, по существу, в двадцать третьем. Год фактически уже без Ленина. Да впрочем... Пять с лишним лет верили многие (далеко не все, но многие, особенно молодые) в то, что неразрывно слиты искусство и революция. Верили по-разному, но в этом были едины. Верил не только Маяковский, верил Блок. Очень недолго верил. Другие оказались то ли менее проницательными, то ли более верующими. Для них не прозвучали слова «голоса из хора».

Трауберг Л. Голос из хора // Киноведческие записки. 1992. № 16.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera