Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Поделиться
Поток идей и чувств
Джей Лейда об «Арсенале»

Первый шедевр украинского кино сломал традиционную структуру фильма, полагаясь исключительно на поток идей и чувств, а не на конфликты между персонажами. Нельзя полностью объяснить конкретное значение образов и символов «Арсенала» — как передать словами образность, ритм и аромат стихотворения, — но все-таки для полного понимания фильма необходимо знать историю тех дней.

Как гений Кольриджа преобразовывал все, что Кольридж читал, — хоть чтение его и бывало случайным, — в великие стихи, так и у Довженко самые разнообразные элементы стали зерном для помола на его мельнице. Фольклор, политические карикатуры (нельзя забывать довженковские карикатуры в газетах), впечатляющая сила документов, политические трактаты, дневник Николая II, мемуары — все это было подчинено пылу творческой личности и превратилось в личный опыт. Темам и элементам «Арсенала» не подходила ни одна из принятых форм фильма (Довженко говорил, что материала в «Арсенале» хватило бы на пять-шесть фильмов). Фильм и не претендует на единство формы, а пользуется разнообразными методами — некоторые из них никогда ранее не применялись в кино — и достигает такой цельности и такой силы воздействия, которых не добивались и режиссеры, уделявшие вопросам формы гораздо больше внимания. Оператор Демуцкий сиял «Арсенал» так, будто сам он тоже Довженко, то есть не стесняя себя никакими рамками, не придерживаясь поверхностного единства, а освещая множество концепций и символов такой живой и яркой фотографией, что, по общему признанию, в фильме есть ощущение схваченной реальности. Не все образы фильма доходят до зрителя при первом просмотре. Критик Джеймс Шелли Гамильтон говорил: «Эта картина, как музыка или поэзия, проявляет свое значение медленно, постепенно, все более красноречиво и трогательно с каждым разом, как ее смотришь». А Анри Барбюс в своей книге «Россия» посвятил «Арсеналу» восторженную главу, — вот что, в частности, говорил он о структуре фильма: «...даже когда исчезает связующая нить, не исчезает чувство драматизма, которое все усиливается и обладает единством и отчетливостью, необходимыми для понимания драмы...»

Некоторые моменты «связующей нити» зависят от немедленного узнавания значения зрительных деталей, образов: например, портреты Тараса Шевченко, которые несут украинские националисты. Комментарий Довженко состоит в том, что портрет-икона сам задувает лампадку, поставленную перед ним, так как для Шевченко отвратительно использование его имени в подобных целях. Но большинство образов не нуждается в дополнительных знаниях: пронизывающие сцены кошмара, творящегося на фронте, и нищеты, царящей дома; поезд, в котором едут отчаявшиеся, возвращающиеся домой солдаты (может быть, они наводят на мысль о Республике людей, оставшейся без руководителя), Тимош (сильно сыгранный Свашенко), представляющий собой украинского рабочего, который сражался в чужой битве и научился сражаться в своей; говорящие лошади и стремительный бросок к могиле; вопросы, обращенные прямо к зрителям; и «Арсенал» — одновременно исторический факт и всеобъемлющий символ героической борьбы за социализм. Величайшее нововведение «Арсенала» заключается в мужестве Довженко, построившего фильм на образах, наполненных поэзией, схваченных в момент наивысшего напряжения, динамически варьирующихся от кадров спокойных, как памятник или смерть, до эпизодов таких быстрых, что дыхание захватывает и сердце бьется учащенно, как в минуты сильного волнения или страха.

Когда фильм впервые вышел на экран, к нему отнеслись как к техническому эксперименту, но со временем эта лента стала шедевром украинской классики. «Арсенал» редко показывали за пределами Советского Союза, однако в нашей стране ему повезло: он приобрел первоклассных критиков (первыми среди них были Джеймс Шелли Гамильтон, Александр Бакши и Гарри Алан Потемкин) и постоянно расширяющийся круг поклонников американцев. «Арсенал» приобрел почти тех же приверженцев и по тем же причинам, что и панно Пикассо «Герника», выставлявшееся в Америке. В этих двух работах много общего: неослабевающая ненависть к насилию, страстный лиризм, пламенный гуманизм, сочетание всеобщего и национального в самом глубоком смысле этого слова, а также художественная выразительность формы — все это первоначально потрясает и притягивает, а затем при дальнейшем изучении значительность произведения Довженко ощущается все сильнее.

Лейда Дж. Поток идей и чувств // «Арсенал». М.: Искусство, 1977.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera