Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
2023
Таймлайн
19122023
0 материалов
Поделиться
Мальчишеское братство
Вячеслав Тихонов о своем детстве

В маленьком ткацком городке Павловом Посаде, где я рос, отношения между людьми были очень простые. Нас не столько школа воспитывала, сколько улица. Мальчишеское братство.
Вот, у меня наколка на руке — это как раз начало войны. Тогда все ходили с наколками — так модно было. Хорошо еще, мне хватило ума наколоть только свое имя «Слава». Все украшали себя именами первых девочек, а у меня тогда девочки не было — ну и сделал свое.
А потом никак не мог эту штуку вытравить. Пришлось двух князей
с этаким «украшением» играть. Время такое было...

И наколки, и курево — все это следствие безотцовщины. Отцы ушли на фронт, мы, малолетние, остались с матерями одни — тогда
и начали покуривать. В ту пору нельзя было не курить, да и вообще много чего тогда делали. Отказаться было нельзя, как нельзя было
не сделать наколку: не хочешь — значит, чужак. И вот мы ходили по улицам подмосковного городочка и собирали окурки. Даже в самую слякотную погоду подбирали их, сушили, шелушили, а потом закручивали в цигарки. В то время взрослые часто ездили на юг
за хлебом. Набирали каких-нибудь вещичек, которые можно было обменять на пшеницу, и отправлялись на поезде из нашей средней полосы в южные края. И мальчишки тоже забирались на крышу вагона. Привозили так называемый турецкий табак — очень крепкий. Помню, попробовал в первый раз — не очень мне понравилось.
Но все ребята вокруг с цигарками ходят — и я должен. Только где брать табак? Тогда мы изобрели такой способ: делили улицу на двоих, каждый шел по своей стороне и собирал чинарики. Набрав гору заплеванных, раскисших под снегом чинариков, мы шли в свой штаб. Штабом мы называли дом, где жили два брата-сироты.
Там затапливали русскую печь, расшелушивали все свое богатство
на сковородку, сушили табак, а потом крутили цигарки.

Когда отец вернулся с войны, он сразу почувствовал, что от меня пахнет табачком. «Покуриваешь, сынок?» — спросил. Ну а что я мог ему ответить? Молчал. Время такое — мальчишескому уставу нужно было соответствовать. Существовал и своеобразный кодекс чести:
за одно тебя уважали, а за другое могли нещадно покарать.
Драк было не так уж много — мы свою смелость иначе проверяли. Например, залезть ночью в чужой сад за яблоками. Причем у каждого был собственный сад, где такими же яблоками можно было наесться до отвала. Но какой же в этом интерес? И вот, бывало, летом спим мы, мальчишки, вповалку во дворе, кто-то травит байки, а потом возникает идея: айда за яблоками! Естественно, выбирали самый опасный сад, где высокий забор, злая овчарка, сторож с ружьем, заряженным солью. Яблоки из этого сада — самые вкусные.
Заставить себя залезть именно туда — в этом было и озорство, и смелость, и мальчишеское желание не отстать от других.

Тихонов В. Жизнь – это такое воспоминание. М.: Питер, 2011.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera