Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
Таймлайн
19122019
0 материалов
Поделиться
Грех своеволия
Виктор Демин о фильме спустя 25 лет

Не так давно Центральное телевидение показало старый фильм «Аттестат зрелости» и получило возмущенное письмо от девочки-девятиклассницы. Девочка узнала артиста Василия Ланового и решила, что это его новая роль. Зрительница отнеслась к «Аттестату» как к новой картине и была крайне раздосадована.

Станем на ее точку зрения. Десятиклассник, о котором рассказали кинематографисты, красив, умен, начитан, интересен, верен в дружбе. Ко всему прочему он еще оригинален, он личность, которая не может не внушать симпатии даже тогда, когда сам ты держишься других взглядов в дискуссии. А окружен этот интересный человек людьми не то чтобы вовсе серыми, скучными, второстепенными, но такими, чья ценность в сюжете не успела раскрыться. Их реакции на мир очень просты, но они как будто гордятся тем, что живут по нехитрым прописям. И горячо, с неподдельным волнением судят его, красавца и умницу, заставляют отказаться от всякой сложности, всякой оригинальности, а начать жить так же просто, как и они.

— Позвольте, позвольте! — прервет нас тот, кто помнит фильм по 1954 году, когда тот вышел на экран. — А что же им было делать, этим, как вы говорите, простым и прописным людям, не показавшим себя личностями? Ведь Валентин Листовский, безусловно даровитый мальчик, дерзит учителям — раз. Он не выполняет поручение комитета комсомола — два. Его ловят на пренебрежительном отношении к своим же товарищам по школьному классу — три. А когда вопрос о нем встал на комсомольском собрании, сам же Валентин в запальчивости объявил с трибуны, что товарищи ему, видите ли, просто-напросто завидуют. Ничего удивительного, что друзья вынесли решение об исключении Листовского из комсомола.

Да, так все и было — и Листовский тут же исправился.

Насколько сюжет по крупицам собирает криминальные, в моральном смысле, чрезмерности его поведения, чтобы упрек товарищей был оправдан, настолько тот же сюжет стремится тут же его обелить, лишь только он согласился с правотой остальных, стал в общий ряд.

В этом общем ряду стоят не только его сотоварищи по классу, но и учительница, и директор школы, и школьная сторожиха, мудрая старушка, понимающая все со своей, народной точки зрения, и Вика, любимая и любящая...

В том же ряду, как мы видим, стоят и сценарист с режиссером. В этой схватке, в этом конфликтном поединке «все против Листовского» они тоже встали против него. Потому что, и по их мнению, нравственная вина этого зазнайки весьма велика.

Никакой третьей точки зрения у сценариста и режиссера не было и не могло быть, потому что в художественном мире их фильма ей не найдется места. Из двух спорящих всегда, говорят, прав третий. Этим третьим оказалась девочка-зрительница через двадцать с лишним лет.

Она решительно не нашла в поведении Валентина нравственного криминала. Да, он, случается, зазнается, да, бестактно разговаривает с приятелями, такую глупость сморозил на комсомольском собрании, что просто уши вянут...

С кем не бывает! Орлам случается и ниже кур спускаться. Важно понять, что это — неприятные стороны человека, в которого нельзя не влюбиться, чья личностная ценность вне всякого сомнения. А те, кто его судит, вместо того чтобы тактично, мимоходом, по-хорошему, сделать ему замечание, да еще хорошо бы в иносказательной форме — он сообразительный, покраснеет и поймет, — вместо этого раздувают такой пожар, бьют в такой громкий набат, что становится, право слово, не по себе.

Там, где раньше можно было стоять либо за, либо против, сегодня, оказывается, можно занять позицию типа: и ты, Валя, не прав, и ты, Женя, безусловно ошибаешься. Эта возможность — завоевание нашего позднейшего кино, да и не только кино, конечно.

В ту пору, куда обратился сейчас наш взгляд, воспитательные сюжеты часто, очень часто строились по принципу или — или, причем на одной стороне были единицы, на другой — весь оставшийся личный персонал сюжета. Третьего было не дано — некому. Если ты не поддерживал зазнайку и индивидуалиста, ты должен был вместе со всеми добиваться, чтобы он признал себя виновным в зазнайстве и индивидуализме.

А в результате перед глазами зрителя развертывалась иллюстрация к тому, как легко и, главное, как приятно жить по тем же самым правилам, по которым живут все остальные.

Демин В. Воспитание чувств. М.: Знание, 1980.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera