Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
2023
Таймлайн
19122023
0 материалов
Поделиться
Ныне симпатий не вызывает

Недавно по ТВ показали «Полеты во сне и наяву» Романа Балаяна. Фильм, знакомый вдоль и поперек, завершающий целую линию нашего кино, которая подразумевала какую-никакую связь характера и обстоятельств, определяющих климат безвременья. Помнится, во время оно спорили больше о том, вторичное это произведение или оригинальное. Некий «римейк» «Утиной охоты» (тем более, что экранизация Виталия Мельникова «Отпуск в сентябре» лежала на полке, а во много схожая с ней лента Анатолия Эфроса «В четверг и больше никогда» мгновенно исчезла с экранов) или ее опровержение. Похмелье — или карнавал. Блестящая статья Виктора Бурякова, обвиняющая ленту в изначальной цитатности (сейчас бы сказали — постмодернистской) не прояснила ситуации. И, как водится, перешли на личности: анатомируя героя, заговорили о себе. Давно это было.

Пересматривая фильм сегодня, мои друзья (подарившие, кстати, телевизор) судили его «по жизни» и удивлялись, как это могло случиться, что герой «Полетов...» Сергей Макаров, некогда служивший символом протеста, ныне особых симпатий не вызывает. «С таким было бы сейчас тяжело, да просто невозможно жить», — таков был приговор, смею заметить, все еще добрых и отзывчивых людей.

В чем же дело? В невозможности игры, к чему отчаянно стремится Сергей Макаров, клинически точно сыгранный Олегом Янковским. Его герой вздумал разыграть стремительно уходящий стиль жизни как гамму, хорошо знакомую всем ровесникам, — всего лишь отвязаться. А ему на это — всерьез, по его же правилам, но так, чтобы не бить, а добить. Любя, разумеется.

«Ты болей, Серега», — говорит ему начальник. И уже подпирает железная молодежь, работающая в своем стиле. И шутовское раскаяние вызывает лишь недоумение: сорок лет, а ума не нажил. И единственным душевным порывом становится инерция — побежать, обогнать, обратить на себя внимание, когда карнавал уже закончился.

Нет, не случайно возникло в подтексте игровое начало постмодернизма, когда вопрос о герое, о «певчем дрозде» эпохи позднего застоя, оказалось удобным заменить другим вопросом — об источниках драматургической коллизии и аранжирующих ее цитатах из польского, венгерского и югославского кино, виденного ранее, до Балаяна. И впрямь, на месте трагедии вот-вот — и окажется стиль, исчерпавший себя. Социальное — как ширма экзистенциального. Как легко, оказывается, улететь, сменив уютные качели на диковатую «тарзанку». Найдут, спасут — и оставят в одиночестве. Хватит людей морочить.

Мне кажется, Балаян ответил не только тем, кто спасался от безвременья в карнавале и считал Макарова своим, но и тем, кто сегодня от него отрекается. Потому что по большей части это одни и те же люди. Тоже «отвязавшиеся» — только в другую сторону. И узнавшие цену какой-никакой, а свободы. Чтобы заняться делом.

Разве одолеет персонаж Янковского другого персонажа, которого сыграл в том же фильме Никита Михалков, шурующий ныне на съемочной площадке, называемой жизнью?!.

Интересно, а в чем он, деловой человек и хозяин нынешней жизни, видит радость бытия?

Шемякин А. Полеты во сне и наяву // Экран и сцена. 1994. 10-17 февраля. № 6. С. 7.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera