Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Возвращение из небытия
Жизнь и творчество Владимира Нильсена

Был на исходе сентябрь 1937 года. В одном из номеров московской гостиницы «Метрополь», где жили кинооператор В. Нильсен и его жена, балерина и актриса И. Пензо, поздно вечером зазвонил телефон: «Ида Петровна? Владимир Семенович дома?» — «Будет минут через десять».

— Минут через двадцать дверь номера распахнулась,— рассказывает Ида Петровна,— и в нашу комнату стремительно вошли два человека в штатском и хромовых сапогах. Один из них резко повернулся к Нильсену, сидевшему на стуле у окна, и крикнул: «Руки вверх!» Владимир Семенович спокойно ответил: «Зачем руки вверх! У меня оружия нет».

Нежданные пришельцы предъявили мужу ордер на арест. Уходя, Нильсен уверенно и даже не теряя юмора сказал мне: «Ты не волнуйся, через несколько дней вернусь. Ведь меня в НКВД знают как облупленного». Но он не вернулся...

Имя известного советского кинооператора, основателя и руководителя операторской кафедры ВГИКа Владимира Семеновича Нильсена, снявшего такие любимые народом картины, как «Веселые ребята», «Цирк», и успевшего много сделать для картины «Волга-Волга», надолго исчезло из титров этих фильмов, из критических статей и киноведческих работ. В «Кинословаре» (1980) дата его кончины обозначена 1938 годом. Но из свидетельства о его смерти, полученного И. Пензо 23 июня 1956 года, явствует, что В. Нильсен «умер» 27 января 1942 года в возрасте 36 лет. По прочерку в графе о причине смерти можно предполагать, что он был расстрелян.

В 1966 году сестра В. Нильсена Э. Альпер обратилась в Комитет по делам кинематографии СССР с заявлением, копия которого сохранилась в ее архиве. Она с возмущением писала о том, что имя ее брата «вычеркнуто» из титров картин «Веселые ребята» и «Цирк», его работы изъяты из библиотек, из книги «Изобразительное построение фильма» сделаны незаконные заимствования, а многие достижения В. Нильсена режиссер Г. Александров «приписал себе». Э. Альпер просила восстановить доброе имя брата. В ответном письме начальник Главного управления художественной кинематографии Ю. Егоров говорит о том, что уже дано указание о внесении оператора В. Нильсена в титры фильма «Цирк» во вновь тиражируемые копии и о внесении поправок во все печатные издания, касающиеся фильма «Цирк».

В. Нильсен (Альпер) родился в Петербурге в 1906 году. В шестнадцать лет окончил гимназию и неплохо владел немецким и французским, объяснялся по-английски. Он мечтал об учебе, но его как сына крупного инженера «вычистили» с первого курса физико- математического факультета Ленинградского университета. И тогда, в конце 1923 года, он решился один, на свой страх и риск, отправиться на учебу в Германию — ведь граница в те годы еще не была на замке. Там напористому юноше удалось получить техническое образование и стать электротехником. Кроме того, он прекрасно освоил профессию кинооператора. В. Нильсен был тесно связан с советским торгпредством в Берлине, знал многих его сотрудников: жену М. Горького М. Андрееву, П. Крючкова, Е. Медведовскую, подружился с молодым секретарем правления «Инторга», участником гражданской войны С. Гофманом.

— Это был очень умный, веселый, талантливый человек, — рассказывает Гофман о Владимире Семеновиче,— он снимал камерой «Дебри» хронику по заданию германских кино-фабрик и по нашим поручениям. Больше всего его интересовали борьба трудящихся за свои права, уличные демонстрации, схватки с полицейскими, деятельность коммунистического Союза молодежи. Мы смотрели с ним немало фильмов киностудии «Уфа», но особенно поразила его «Золотая лихорадка» Чаплина. Нильсен был на первом просмотре «Броненосца «Потемкина». Тогда же он познакомился с Сергеем Эйзенштейном и приходил к нему в отель. Меня поразило, что они сразу же стали понимать друг друга, и между ними возникла не просто симпатия или взаимная заинтересованность, а самая настоящая любовь. «Это гений, — говорил мне Володя. — Я буду с ним работать. И, кажется, он этого хочет». Я приехал в СССР в 1926 году, Нильсен — в 1927 году и сразу же начал работать в картинах Эйзенштейна «Октябрь», затем «Старое и новое», ассистентом оператора Э Тиссэ. Вместе с Володей я перевел с немецкого две книги о кино, вскоре изданные в СССР.

В 1929 году В.С. Нильсен женился на И. Пензо. Но в его жизни вдруг произошел неожиданный и опасный поворот. Дело в том, что В. Нильсен увлеченно занимался организационной работой с иностранной молодежью, часто бывал в комсомольской секции Коминтерна, работал в МК ВЛКСМ. Однажды он поехал как переводчик и участник встречи советской и финской молодежи на границу. После дневного митинга В. Нильсен принял приглашение побывать в соседней финской деревне, и, не думая о последствиях, самовольно пересек государственную границу, но к вечеру вернулся обратно. В Москве он был арестован и препровожден в Бутырскую тюрьму, где провел около трех месяцев.

«Я не предполагал, — рассказывал он С. Гофману, — что мой мирный вояж может быть поводом для серьезного обвинения. К счастью, следователь поверил мне». Однако его отправили в ссылку на три года.

— Сначала мы жили в городке Няндома, севернее Вологды, — рассказывает И. Пензо, — Нильсен работал киномехаником и успевал писать свои статьи о кино.

Затем ему определили новый пункт ссылки: город Кудымкар Коми-Пермяцкого округа Уральской области. Владимир Семенович преподавал электротехнику. Здесь его снова арестовали на несколько дней. Подобная тактика имела свои причины.

— Однажды, — продолжает Ида Петровна,— когда я на время приехала в Москву, меня вызвали в ГПУ. Следователь доброжелательно сказал мне: «У вас замечательный муж, берегите его. И не удивляйтесь, если вы увидите его в форме сотрудника ГПУ и на свободе». Узнав об этом от меня, Нильсен усмехнулся и произнес: «Ничего нового! Работать в ГПУ я решительно отказался. Не мое призвание. Только кино!».

В 1932 году Нильсен был возвращен домой из ссылки досрочно. Вместе с режиссером Г. Александровым и оператором Э. Тиссэ он работает над документальным фильмом «Интернационал», используя новаторские методы киносъемок и даже экспериментируя с цветом. Молодой оператор ощущал поддержку С. Эйзенштейна и в щедрых профессиональных советах, и в дружеском расположении к себе. Еще в 1928 году режиссер подарил В. Нильсену свою фотографию, где он снят на лестнице санатория в Гаграх, и сделал такую надпись: «Володе Нильсену. Бывают такие чудные точки зрения, с которых кажется, что человек спускается вниз именно в тот момент, когда он забирается на самые верхние ступеньки. (Например, «Октябрь»). К сожалению, слишком многие видят с подобных точек зрения и делают свои выводы. Между тем, чем выше залезаешь, тем более чувствуешь одинокость и холод и тем более нуждаешься в спутниках по глетчерам. Also! Москва, 11/XI-28 г. С. Эйзенштейн».

— Владимир Семенович очень часто бывал у Эйзенштейна дома, — вспоминает И. Пензо, — они говорили о кино, комментировали книги об искусстве на немецком и английском языках. Эйзенштейн шутил: «Я беру взятки только книгами». Нередко В. Нильсен оставался у Эйзенштейна на несколько дней. Я заметила, что в отношении к моему мужу у Сергея Михайловича есть какая-то творческая ревность. Он говорил, что Г. Александров — счастливчик, потому что заполучил такого оператора, и хотел поручить ему съемки некоторых ответственных сцен в своем фильме «Бежин луг». Именно он рекомендовал В. Нильсена на преподавательскую работу во ВГИК.

Многое в этих словах подтверждается письмом С. Эйзенштейна В. Нильсену из Кисловодска 2 декабря 1935 года: «Дорогой Володя! Рад был Вашему письму, как факту и по содержанию такового. Конечно, Вам место все-таки у нас. Хотелось бы, чтобы это уже было серьезно. Я начинаю стареть и в соответствии с этим скучать. Еще кое-что выдумываешь, но до реализации часто уже лень. На Вас ляжет почтенная задача. Пишу Тиссе и сказал Зайцеву, чтобы Вам прямо сдали пост технически сложной съемки (как официальное положение). Но этим функции не ограничатся. Эх, фирму бы, фирму сделать как следует. Снимать, писать, печататься. С «Цирка» вы, вероятно, стабилизируетесь окончательно и сможете заниматься интересующим Вас делом. Без творческих проблем и перспектив работа не работа, а бред, конечно. Ну, обнимаю Вас, целую До скорого свидания. Ваш старик».

В 30-е годы В. Нильсен выступает с многими интересными статьями о кино. Выходят его книги «Техника комбинированной съемки», «Справочник кинооператора» (совместно с A.    Сахаровым), «Изобразительное построение фильма». Последняя книга, переведенная в США и Англии, посвящена Эйзенштейну.

В середине 30-х годов руководитель ГУКа Б. Шумяцкий вместе с В. Нильсеном и Ф. Эрмлером отправляется в длительную заграничную командировку. Много интересного увидел Нильсен в Голливуде и, вернувшись, начинает думать о «генеральной реконструкции советской кинематографии». Вместе с Б. Шумяцким B.    Нильсен написал книгу об американской кинематографии, но она до сих пор находится в архиве Э. Альпер.

— В Москве мы жили, — вспоминает И. Пензо, — и на квартире А. Дикого, и в рубленом доме около Киевского вокзала. В нашу «избу», как мы шутя называли этот дом, приходили Н. Эрдман, С. Эйзенштейн, Л. Утесов, И. Дунаевский, Э. Тиссэ. Особенно часто бывали Г. Александров и Л. Орлова.

В своем кино В. Нильсен утверждал кинематограф как «изобразительное искусство». Он смело пользовался разработанным им впервые в СССР транспарантным методом съемки, фиксируя на пленки с заранее снятым фоном все, что было необходимо по ходу действия, создавая сложные и интересные комбинированные совмещения. Снимая картину «Цирк», шеф-оператор В. Нильсен и второй оператор Б. Петров воссоздавали подлинный характер цирковой атмосферы, своеобразие меняющегося освещения. В «Цирке» был применен новаторский метод предварительного рисования кадров. Всего сделали 640 эскизов. Как в «Веселых ребятах», так и в «Цирке». В. Нильсен нашел удачное соединение декораций с макетом, все музыкальные номера в этих фильмах были сняты под предварительную фонограмму. Чтобы снять в «Цирке» знаменитую сцену с человеком, случайно оказавшимся в клетке со львами, В. Нильсен впервые органично использовал прием рирпроекции.

— Многие предложения и находки своего шеф-оператора,— рассказывала мне жена В. Нильсена, присутствовавшая на съемках, обсуждениях сценариев,— Г. Александров принимал безоговорочно. Он прислушивался к мнению В. Нильсена, который в свою очередь относился к режиссеру уважительно, но критически, а порой не скрывал своей иронии. Случались и конфликты. Однажды Г. Александров предложил мне роль Раечки в картине «Цирк», но Володя вознегодовал: «Я против. В кино не должно быть никакой семейственности. Выбирайте: или я, или моя жена!» Победил, конечно, Нильсен.

В конце 1936 года Нильсену пришлось работать шеф-оператором в документальном фильме «Доклад тов. Сталина И. В. о проекте Конституции Союза ССР на Чрезвычайном VIII съезде Советов» Режиссерскую бригаду возглавил Г. Александров. Смонтированные кадры просматривал сам Л. Каганович.

— После «Цирка»,— вспоминает Ида Петровна,— Нильсену трудно давалась эта работа. Он сказал: «Впереди у меня серьезное дело, а приходится снимать всякую дребедень». Речь уже шла о «Волге-Волге».

Значительную часть сценария написали В. Нильсен, Н. Эрдман, им помогал Г. Александров. Режиссер и главный оператор вместе выбирали натуру, продумали павильонные съемки. В августе 1937 года многое уже было отснято. В конце сентября съемочная группа вернулась в Москву, а через несколько дней В. Нильсен был арестован. Людьми в те годы владел страх, и от репрессированного оператора многие бывшие друзья поспешили отказаться.

В чем же обвиняли В. Нильсена? Его называли «шпионом», «наглым проходимцем с темным уголовным прошлым», «злобным врагом, получившим кафедру во ВГИКе». Поскольку подготавливался арест Б. Шумяцкого, говорили, что мнение Нильсена в ГУКе было якобы решающим. Полезные предложения оператора в статье «Организация производства фильмов в США» объявили вредительскими и порочными. А он писал о необходимости четкой рационализации системы кинопроизводства на основе американского опыта, о борьбе с кустарщиной, о ценности «беспрерывности, конвейерности всего производственного кинокомплекса при максимальной дифференциации труда».

В. Нильсен мечтал о создании большого киногорода с удобными павильонами для съемок и долговременными натурными декорациями, что могло дать значительный экономический эффект. Его обвинили и в прославлении «проституированной фашистской кинематографии», и в присвоении «научных методов советских операторов», и в том, что к работе над «Волгой-Волгой» он привлек «контрреволюционного пасквилянта Н. Эрдмана». На собрании творческих работников «Мосфильма» в октябре 1937 года Г. Александрову были адресованы упреки в потере бдительности...

Прошло более полувека после исчезновения В. С. Нильсена, и сегодня очевидно, какую значительную роль сыграл он в нашем кино.

Бернштейн А. Возвращение из небытия // Советская культура. 1989. № 46. С. 6.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera