Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
Таймлайн
19122021
0 материалов
Поделиться
«Строил ее из ребра моего»
Стихи Дзиги Вертова об Елизавете Свиловой

**

Приехали голые, как Адам и Ева
В город яблок Алма-Ата.
Будем питаться яблочком с древа
Познанья добра и незнания зла.
Обходят нас справа, обходят слева
И, пока мы в очереди обиваем бока,
Проносят «дельные» свое чрево
К заветной двери «пырьевского» пайка.

1941

 

Лизочке

Мне нужна ты
               Живая, а не мертвая
Мой единственный
               Верный друг.
Чтобы труд наш,
               Наше творчество
Уберечь
               От злобных рук.

Есть еще невежды и посреднички,
Завистники, клеветники,
Ловкачи и другие вредные —
— неизменные наши враг

Мы упрекаем их в низости.
Но честность и не входит в их план.
В непосредственной к ним близости —
Бездарности, передразнивающие талант.

Великанское здоровье нужно,
Чтобы выдержать натиск деляг.
Не хмурь, деточка, брови.
Отдохни сегодня, приляг.

Успокой свои нервные боли.
Ешь масло, когда прошу.
Нам осталось здесь жить не более,
Чем пешком отсюда до Чу.

О гибели нашей недруги
Мечтают во сне, наяву.
Путей у нас нет других.
Скоро вернемся в Москву.

Кто-нибудь вспомнит о совести,
Вставит, где надо, словцо.
И наших мытарств страшная повесть
Приблизится к концу.

Два года едем, все едем
В камерке размером с купе.
Нам плохо, но выживем, доедем.
Будет лучше и мне и тебе.

Все обиды забудем по давности.
Стане жизнь и легка, и проста.
Так и доживем до старости,
Мошенниками не став.

Уж такие мы с тобой нелепые,
Обсмеянные простачки.
На чужое великолепие
Не пялим наши зрачки.

Нам бы только
мечту нашу вечную —
Киноправду
всех стран и сторон,
Полнозвучную
не изувеченную
Донести
до победных времен.

Под маской
у мира сорванной
Уничтожим
неправды яд.
Будет ясен
честный взор людей,
Как ясен
детский взгляд.

Что может быть
проще мудрости,
Когда она — правда,
не — ложь.
Как легки
все трудности,
Когда правды
режет нож.

И вспомним:
Сентябрь, пятое,
Девятьсот сорок третий год.
На Лизе — платье мятое.
И Дзигин — сжатый рот:
— Ешь, — говорю, — больше, Лизочка,
Пока можем честно жить.
Каким бы сюрпризом было
«вызов» сегодня получить.
Перестала бы сразу чахнуть.
Заискрились бы глаза.
Даже мыши не внушали б страху.
Никакая не пугала б гроза.

Жаль других подарков нету.
Только это письмецо.
Поживем еще на свете —
Разыщу пропавшее кольцо.
Студия нас не балует пайками.
Кто же получает меньше нас?
Машет опаленными крылами
Творческая моя жена.
Труженик, какая в тебе сила!
Океан с тобой переплыву.
Ты «заслуженного» заслужила
Не по форме, а по существу.
Никого скромней тебя не знаю.
Никого тебя честней.
Преподнес бы тебе знамя,
Если бы был сильней.

Точку мне б сейчас опоры.
Я б такую песню сочинил,
Что навек утихли бы все споры,
В нашу честь зажег бы мир огни.

А пока приляг, моя малютка.
От тебя осталась только тень.
Взглянешь, и глядеть на тебя жутко
В твоего рожденья день.

Драма в жизни — это тоже драма.
Пусть последним актом будет мой.
Мой сюрприз: из Главка телеграмма:
Возвращайтесь Вертовы домой.

Если б так на самом деле было,
Мы б от радости сошли с ума.
Вот уж полночь на часах пробило
Тьма.

Час уже проходит первый.
Стало слышно тиканье сердец.
Больше не выдерживают нервы,
Наконец.

Призрак города встает перед глазами.
Спальня и раскрытое окно.
Вид на Кремль с милыми зубцами.
Было ли все это сном.

Спи, мой друг. Пусть сон будет спокоен.
Кто-нибудь наклеветал.
В моем сердце сто пробоен,
Но я подлецом не стал.

Мы чисты перед своей страною.
Наше счастье — вдохновенный труд.
Если обошли нас стороною,
Наши мысли все же не умрут.

Лицемерная посредников орава
Нашу жизнь не перервет.
Будет день, и мы получим право
Плодоносить круглый год

Будем жать, не только сеять.
Что задумали — осуществим.
И сегодня в ночь осеннюю
Поклянемся в этом им.

Пусть не каркают, как вороны:
Он устал, давай — добьем.
Мы, конечно, не Суворовы,
Но блокаду мы прорвем.

Не совсем мы замурованы
В нашу комнатную клеть.
Не совсем мы разворованы
Еще можем петь и петь.

Творчески мы все моложе,
Хоть и прожили века.
Потому то так и гложет
По Москве — тоска.

Мы все учимся и учимся
Всем завистникам на зло.
Ты усни, мой друг, не мучайся
Просто нам не повезло.

Будет так, как ты просила.
Будет дом, и труд, и честь.
Не разлучат нас, и силою
Не оставят тебя здесь.

Будешь спать по-человечески
На Полянке, где спала,
Будешь гладить свои вещи —
Будто снова обрела.

Потерпи еще немножко —
Мать увидишь и сестер.
Будет ванна и дорожки,
И с Полиной длинный спор.

Побежишь с утра к трамваю
В Лихов, 6 не опоздать.
Скажешь: завтра — озвучание,
Надо тексты подогнать.

Снова дома — что за счастье!
На чужбине — все не так.
Виноваты мы отчасти,
Что томились долго так.

Нам бы надо энергичней,
Неуступчивее быть.
Мягкость — неизменный бич мой.
Сразу бы тревогу бить!

Не в таланте только дело.
Нужно жизнь отстоять,
Чтоб не стал твоим уделом —
Мух с посредников сгонять.

Ты не спишь все. Мне казалось —
Убедил тебя заснуть.
Ты не думай о вокзале.
Мы уедем как-нибудь.

Раны быстро заживают,
Если не утонешь вдруг.
Нам нужна ты всем живая
С парой глаз и парой рук.

Других подарков нет у меня,
Вот только письмецо —
От битого поэта
С непонятым лицом.

Поздравляю с днем рожденья
Об одном лишь я молю:
Ты забудь свои волненья —
Спи.
— Уснула?
— Нет, не сплю!

Алма-Ата, 5 сентября 1943

 

**

Вертов без Свиловой
Полностью изолирован
Возьмите последнюю!
Вот и лира Вам!
Свилова.
Она скромная. Почти мне равная.
Строил ее из ребра моего.
Отцом ей был, старшим братом.
Открыл ей мир из кино-атомов.
Сосите из творческого ее вымени,
Раз страшитесь моего имени.
Вам можно? Говорите: Что-с? Мы рады вам,
С вас ничего за это не следует.
Для того ведь и преследуют,
Чтобы спокойнее обкрадывать.

<1945—1946>

 

Свилова

Устала Свилова.
Но фильм
Должен остаться анонимным.
Никто не сделал «Освенцим».
«Икс» — режиссера имя.

Ее хвалили за «Берлин»,
Но вскоре вычеркнули из рекламы
Она, краснея до седин,
Вздохнула: — посудите сами.

И даже свиньи из свиней
На сон шепнули своим кралям:
Неловко как-то перед ней,
Будто младенца обокрали.

Лондон купил «Бурей рожденные».
Но для Союза он запрятан
К чему же ночи все бессонные
Успех в отечестве приятней.

Упорно долго не печатали.
Тянули время, не замечали.
Где фильм? За семью печатями.
Народ увидит фильм? Едва ли.

<1945–1946>

 

**

Окружило восемь лис:
— Уступите пару Лиз.
— Лиза есть, но лишь одна —
Непродажная она.
Против лис, проныр, пролаз —
Я вручил ей киноглаз.
Лиза — первый мой алмаз.
Так что, это не про вас.
И сказали восемь лис:
— Вот, что значит «формализм».

<1945>

 

Лиза

Своею Лизою Вертов горд
Она — его произведение.
Живой пример. Живой рекорд.
Не фильм, а мозг. И сердцебиение.
Давно пора б ей отдохнуть
Огнем труда взрывая горы.
Сам Сталин указал ей путь
От склейщицы до режиссера.

Не раз мы удивлялись ей
В огнях просмотрового зала.
В журналы много новостей
Она ввела и показала.
«Бурей рожденные» — вот труд,
Достойный славы и скрижали.
Не обошлось без мук и тут:
Фильм взаперти передержали.

Когда вдруг радио весть принес
О сталинских лауреатках,
В ее глазах застыл вопрос:
— Меня? Да что вы? Опечатка!
Своею Лизою Вертов горд.
Его творенье из творений.
Живое... из ребра...
Живой пример, живой укор
Всем тем, кто в заблуждении.

1945–1946

Д. Вертов. О Елизавете Свиловой // «Миру – глаза»: Дзига Вертов. Стихи. Сост. К. Горячок. – СПб.: Порядок слов, 2020.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera