Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Поделиться
Какой Горбачев нам нужен
Спектакль Алвиса Херманиса

<...>

Выпускать спектакль режиссеру, правда, пришлось удаленно, участвуя в сценических репетициях по видеосвязи, — но и Евгений Миронов, и Чулпан Хаматова уже работали с Херманисом, знакомы с его методом, а главное — они дисциплинированные, искусные, работящие профессионалы, готовые к сотрудничеству. Но способ влияет на результат: спектакль в некотором смысле повторил композицию «Рассказов» и выглядит так, словно рассчитан на видеофиксацию, — история поделена на лаконичные главки, названия которых появляются на заднике (например, «Горбачев и кеды», «Горбачев и иконы», «Разбитое сердце»), движения актеров происходят на вытянутой вдоль авансцены площадке с двумя центрами, а мизансцены выстроены словно бы для камеры, переходящей от одного крупного плана к другому. Впрочем, Алвис как-то обмолвился, что Горбачев для него — в некотором смысле «шукшинский персонаж».

«Горбачев». Реж. Алвис Херманис. Театр Наций. 2020

Начинается все с обычной читки: Евгений Миронов и Чулпан Хаматова выходят на сцену, садятся на стулья и очень сухо читают с листка тексты о том, как в сентябре 1999 года жена единственного президента СССР умирала от лейкемии в немецкой клинике, а Горбачев, чтобы отвлечь ее от боли, держал супругу на руках и они вспоминали всю свою жизнь. В этом предельно эмоциональном рассказе любая игра была бы неуместна, поэтому чтение происходит строго от своего лица. Только потом актеры подходят к гримировальным столикам и начинают подготовку к спектаклю — прием подчеркнуто старомодный, цитата из театра семидесятых, а мы, зрители, еще не понимаем, что стилистическое ретро и будет эстетическим ключом к основному смыслу постановки.

Пристройки, которыми пользуются актеры, все время меняются: Миронов пробует голос, потом манеру говорить Горбачева (зал радостно приветствует знакомые большинству интонации), потом пробует изобразить его смех (нет, пока не получается), его жесты. Хаматова тоже постепенно примеряется к облику Раисы. Они обсуждают получившееся; сначала их усилия выглядят как удачная пародия, потом образ «садится» на актера — и главным становится характер, а не манера. Герои рассказывают о детстве, родителях, о книгах, школе, мечтах. Все тексты — из официальных воспоминаний, из книг, мемуаров, интервью. На штанге с вешалкой — костюмы, на столиках — парики, актеры меняются: теперь уже не только голос, интонация, но и лица, жесты, походка соответствуют персонажам.

<...>

Время играет огромную роль в той истории, которую рассказывает Херманис: военное детство, школьные послевоенные годы, студенчество конца сороковых, смерть Сталина, к гробу которого герои добрались, несмотря на смертельную давку, оттепель 60-х в Ставрополье, казенные дачи и партийная бюрократия 70-х, смерть Брежнева, избрание генсеком в 80-е — насыщенная и очень быстро меняющаяся жизнь, каждое десятилетие которой ярко и сильно маркировано. В спектакле больше места уделено тем периодам, когда человек проявлялся сильнее, чем политик, поэтому про любовь и ухаживания рассказано много, а про годы в Политбюро и шесть лет пребывания на высшем посту страны — почти ничего. Это не история Горбачева-реформатора, это история человека.

При этом спектакль называется «Горбачев», а не «Горбачев и Раиса» — Херманис рассказывает историю мужчины, а не женщины. Чулпан Хаматова показывает Раису как будто глазами мужа, о ее внутреннем мире мы узнаем не так много: он, как обратная сторона Луны, остается за пределами видимости. Даже про рождение дочери и про драматически нерожденного сына нам ничего не расскажут — потому что это не история семьи. Умолчания в спектакле — тоже знаки. Да, почти весь текст, который произносят Миронов и Хаматова, — это реальные слова их персонажей, произнесенные ими публично. Но у составившего этот коллаж постановщика есть свой инструмент — театральный комментарий к тексту. Ремарка, эмоция, пауза.

<...> Каким мужчиной был Михаил Горбачев? Возможно, в этом и ключ к тому, каким он был политиком. Вот настойчивый и работящий двадцатилетний хлебороб приезжает учиться в МГУ. На нем коричневый костюм с широкими штанами, к лацкану приколот орден Трудового Красного Знамени, шляпа, галстук, прическа — как в фильме «Сказание о земле Сибирской». Он учится на юриста, а рядом, на философском факультете, — стройная, «пикантная» (как определит ее позже Нина Мамардашвили — ее сокурсница и жена великого философа, тоже их сокурсника), очень изящная девушка. Рая, Раечка — так назвал ее любящий отец, беспартийный железнодорожник, слышавший в этом имени обещание райского счастья, — влюблена в другого, сдержанна, даже чопорна, но Михаил сразу ее отмечает. И упорно идет к своей цели. Чулпан Хаматова добавляет иронии: Раиса в ее исполнении подчеркнуто дидактична, склонна к речевым шаблонам, увлечена риторикой и старательно позитивна. В ее монологе о Ставрополе, городе, в котором много зелени, столько оптимизма, что актриса добавляет к тексту фразу про количество мух — и выражение лица ее в этот момент, конечно, совсем не соответствует декларируемому энтузиазму. Но это послевоенное поколение было именно таким — романтическим, не склонным к критике, верящим в простые вещи, в прогресс, в личные усилия.

<...>

Солнцева А. Какой Горбачев нам нужен сегодня //Colta. 19.10.2020

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera