Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Любовь к родине и единственному сыну
О роли в фильме «Золотистая долина»

<...>

После Луизы Анджапаридзе сыграла еще две роли в немом кино — жену рабочего в фильме. Н. Шенгелая «26 комиссаров» (1932) и эпизод в «Последнем маскараде» М. Чиаурели (1934). На этом закончился первый этап ее творчества в кино.

Три года она не снималась. А в 1937 году Н. Шенгелая пригласил ее на роль матери в картину «Золотистая долина».

За это время театр, руководимый Марджанишвили, из Кутаиси переехал в Тбилиси. Анджапаридзе временно уехала в Москву и сыграла Софью в горьковской «Матери» в Реалистическом театре. Не стало Марджанишвили. Она вернулась в Грузию и в полную силу включилась в работу театра. Сыграла Алву в «Хатидже» К. Каладзе, Мзетамзе в пантомиме Т. Вахвахишвили, Ольгу в «Хлебе» В. Киршона, Елену Череду в пьесе И. Микитенко «Светите, звезды!», Мириам в пьесе Г. Баазова «Немые заговорили» Дездемону в «Отелло», Гинатре в «Гурии Ниношвили», Луизу Миллер в «Коварстве и любви» Шиллера и Женю в «Далеком» А. Афиногенова. Начала готовить сразу две роли — графиню Альмавива в «Женитьбе Фигаро» Бомарше и Цабу в пьесе Ш. Дадиани «Из искры».

Приглашение на роль Саломэ в фильме «Золотистая долина» было фактором волнительным. Не потому только, что тема фильма — формирование нового мировоззрения и борьба за утверждение его — была близка актрисе. И не потому, что вместе с ней были заняты замечательные актеры, а снимал талантливейший Н. Шенгелая. Волновало то, что фильм должен быть звуковым.

Звуковой фильм! Значит, будет слышно человеческое слово! Будет слышен голос актера, его оттенки, интонации. В безмолвную жизнь экрана включится бесконечное разнообразие звуков, наполняющих каждую минуту нашей жизни! Все видимое станет еще слышимым... Может включиться музыка!

Для Анджапаридзе — тончайшего мастера слова, актрисы, которой трудно на сцене без музыки, — это имело колоссальное значение.

Так встретилась Анджапаридзе со своей новой героиней — пожилой колхозницей Саломэ, которую постигло горе, — сын ее оказался сообщником классного врага и убит этим же врагом.

Анджапаридзе была в своей стихии. Два самых сильных чувства — любовь к родине и единственному сыну — оказались в таком сложном соединении. Кульминацией жизни героини была сцена у гроба сына. Горе было страшным, и именно потому актриса особенно ярко рисовала счастье, которое предшествовало ему. Счастье жить с верой в новую жизнь. Счастье, что ты участвуешь в создании лучшей жизни для людей. Счастье от сознания того, что ты нужна тем, с кем прожила всю жизнь в родном селе. В этом ощущении радости жизни был секрет молодости Саломэ, хотя внешне она выглядела немолодой. Это была совсем седая женщина, с гладко зачесанными в узел волосами, в длинном черном платье. Это была хорошая женщина, с очень красивыми и умными глазами.

Прошло более тридцати лет с тех пор, как зритель видел ее на экране, но забыть Саломэ — Верико Анджапаридзе, сидящую у гроба сына, невозможно. Внешне в ней как будто ничего не изменилось. Только лоб был крепко перевязан черной свернутой косынкой и волосы, как полагалось в горе, распущены. Натруженные руки матери в страшном напряжении придерживали собственные колени. Крепко сомкнув губы, сгорбленная, она смотрела в одну точку впереди себя и не шевелилась. Саломэ ничего не слышала и ничего, казалось, уже не чувствовала. Страшная мысль вонзилась ей в сердце, и ответа она не находила, — ее сын, сын крестьянки, труженицы, оказался врагом! Что может быть страшней!

Через семь лет в театре Анджапаридзе сыграет Джавару — мать человека, потерявшего родину. Только тогда станет ясным, что Саломэ — предшественница Джавары. Но до Джавары Верико сыграет еще одну трагическую мать в кино. Это Русудан — жена великого полководца Грузии Георгия Саакадзе в двухсерийном фильме М. Чиаурели. Фильм вышел на экраны страны в 1942 году в дни Великой Отечественной войны.

Урушадзе Н. Актриса театра и кино // Урушадзе Н. Верико Анджапаридзе. М.: Искусство, 1972. С. 95-98.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera