Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Поделиться
«Рассказывать человечеству о счастливых днях эпохи Великого Сталина»
Из автобиографии

<...>
Следующей моей работой был «Последний маскарад», в основу которого положена большая политическая тема борьбы грузинского народа за советскую власть.

Я как художник не мог пройти спокойно мимо этих событий.

Кадр из фильма "Последний маскарад" (1934)

Мою работу увидел Лаврентий Павлович Берия. Он принял горячее участие в судьбе картины, а путь советского художника, указанный мне им, привел меня к величайшему событию всей моей жизни — к встречам с Иосифом Виссарионовичем Сталиным.

Встречи и беседы с великим вождем народов — это наивысший дар, которого может желать гражданин и художник, ибо мудрые слова товарища Сталина являются той путеводной звездой, которая ведет народы в светлое царство свободы и приобщает художника к сознательной активной борьбе за торжество лучших идеалов человечества. Огромное счастье видеть вождя народов, слышать слова его, обращенные ко мне, а через меня и к товарищам моим по оружию, явилось для меня величайшим стимулом к дальнейшему творчеству.

Я считаю, что подлинная моя жизнь в искусстве, жизнь, насыщенная дерзновенными твоческими замыслами, поисками образов, выражающих сокровенные думы и чувства народа, обращение к большим темама современности и стремление к идейно-насыщенному, художественно-углубленному решению этих тем, началось, по существу, в эти дни.

И детское увлечение рисунками, вырезанными из журналов, и тяга к волнующему зрелищу театра, и попытки придать мягкой глине конкретные очертания предметов и людей, и участие в любительских спектаклях, и первые шаги в киноискусстве — все это явилось как бы предысторией моего творческого пути. Это было в начале — неосознанное, затем — сознательное стремление к творчеству, подступы к реалистическому мастерству. Художник рождается тогда, когда в душе его ярко вспыхивает большая и всеобъемлющая цель, когда он находит свое место в рядах великой армии трудящихся и отдает свое творческое горение целиком борьбе за народное дело.

Партия, Сталин указали мне, как и многим моим товарищам, путь к познанию высоких целей советского художника, вооружили передовым марксистско-ленинским мировоззрением и самым совершенным методом для раскрытия этого мировоззрения в произведениях искусства — методом социалистического реализма.

Советская молодежь носит гордое имя сталинского поколения, славных советских летчиков народ народ назвал «Сталинскими соколами». Сталин выпестовал многие тысячи смелых новаторов в промышленности и сельском хозяйстве. Сталин бережно и мудро растит кадры советской интеллигенции — ученых, писателей, мастеров искусств. Путь, по которому развивалось все мое дальнейшее творчество указан мне товарищем Сталиным, ему я обязан своими успехами. Советским художником, всеми своими помыслами живущим вместе с народом и отдающим народу все свои силы и способности — сделал меня наш великий Сталин.

Так начался новый этап моей жизни. В 1937 году я ставлю «Арсена». Герой моей картины Арсен борется за определенные политические идеалы с оружием в руках выступает против русского самодержавия. И рядом с ним, в тех же рядах сражается русский мужик Митрохин, отдающий свою жизнь за грузина Арсена.

Кадр из фильма "Арсен" (1937)

Арсен — любимый герой трудящихся Грузии. Об этом необычном «разбойнике», жившем в начале XIX века часто говорили у нас в семье. Дедушке моей матери Арсен однажды подарил свой пояс. Говорили, что очень напоминает Арсена «мятежник» Сино, также скрывавшийся в горах. Я видел Сино будучи мальчишкой и хорошо помню этого могучего богатыря в синей черкеске, привязанной лентами с патронами, и с винтовкой бердана в руках. Помню, как танцевал Сино на деревенской пирушке, был с ним и его товарищ — беглый русский. Сино и стал прообразом моего фильма «Арсен».

1938 год ознаменован для меня работой над «Великим заревом». Здесь я старался укрепить форму, найденную в «Последнем маскараде». Как художник-грузин я хотел показать участие грузинского народа в создании советского государства.

С большой осторожностью начинал я работу над «Георгием Саакадзе»; я не любил исторических фильмов об очень отдаленном прошлом, в них все отдает вымыслом художника. События и люди далекие, невиданные. Как они ходили, говорили, как носили одежды, оружие?... Я смотрел музеи Москвы, Ленинграда, Берлина, Дрездена. Я запомнил раскрашенную, абсолютно живую «Девушку» Донателло, «Всадников» Вероккио, произведения русских художников на исторические темы, но я не нашел ничего, что подсказало бы мне, каким должен быть герой моей картины. Единственная зарисовка Георгия Саакадзе принадлежит кисти римского путешественника Кастелло. Подражая Леонардо да Винчи, он превратил Георгия Саакадзе (как и других зарисованных им грузин) в итальянцев эпохи Ренессанса. Я не мог оттолкнуться от этой зарисовки. Сомнения терзали меня. В итоге длительных поисков был найден несколько повышенный пафосный тон фильма. Верно ли? — Не знаю... мне кажется все же, что это вернее, чем ставить исторический фильм теми же приемами, что и бытовую драму.

Акакий Хорава в фильме "Георгий Саакадзе" (1942)

Не берусь судить о методологии, еще менее того — философски обобщать собственное творчество. Знаю лишь, что нельзя на протяжении полутора часов смотреть трагедию и ни разу не улыбнуться; что нельзя петь все время по «диез» и ни разу взять низкого «соль» или «фа». Значит, в творческом решении темы нужны пропорции, нужно то, что у архитекторов называется «золотым сечением». К нему-то я и стремился в следующей своей работе — фильме «Клятва», темой которого является верность Вождя своему народу, верность великого Вождя и Великого Народа идее Ленина, его учению, его мечте.

Эта тема волновала меня еще раньше. Как часто, работая над другими картинами, я обращался мыслью к величию исторического пути советского народа, думал о том, какими средствами, какими масштабами можно рассказать об этом в кинопроизведении.

С большим волнением, с сознанием огромной ответственности художника приступил я к работе над картиной «Клятва».

Фильм охватывает события на протяжении 20 лет — от 1924 года, когда от нас ушел товарищ Ленин и великий Сталин дал нерушимую клятву свято хранить и осуществлять ленинские заветы, и до 1945 года — года великих битв и побед советского народа, его могучих Вооруженных сил, ведомых полководческим гением Сталина.

Было ясно, что эта тема требует каких-то особых средств художественного выражения, очень серьезного, продуманного драматургического материала.

Работа над таким фильмом требовала особенно тесного творческого содружества режиссера и сценариста. Соавторство с талантливым писателем П. Павленко оказалось, к счастью, прекрасным примером такого содружества. Одержимые одной мыслью, одной идеей, мы работали дружно, спаяно. Тщательно продумывали каждую сцену, каждый кадр, требовательно подходили к каждому образу, не раз отказываясь от уже найденных решений, если взамен их находили новое, как нам казалось, более совершенное.

После долгих творческих поисков мы пришли к выводу, что показать жизнь огромной страны за десятилетия, раскрыть те нити, которые незримо связывают весь народ с партией, с товарищем Сталиным, показать гордость народа своим вождем и его преданность великому делу коммунизма — можно на частном примере жизни и работы одной простой рабочей семьи. Так коллективным героем фильма стала семья сталинградского рабочего Петрова.

Начался напряженный, полный творческого горения, страстных поисков труд по воплощению сценария в живую ткань кинофильма.

Как решить центральный эпизод фильма — клятву товарища Сталина? Имеет ли художник право историческое выступление товарища Сталина, состоявшееся в Большом театре перенести в фильме на Красную площадь, в среду народа, который давал клятву вместе со своим вождем? Я часто и по-разному рисовал себе этот эпизод, и самые размеры Красной площади казались мне недостаточными, чтобы показать эпическое величие происходящего. Мне хотелось, чтобы величаво падал с облаков снег, чтобы звучала торжественная музыка и неслись могучие звуки хорала. Так и снят этот эпизод фильма, сопровождаемый написанной композитором А. Баланчивадзе музыкой хорала.

Кадр из фильма "Клятва" (1946)

Долго думал я и над сценой у скамейки в заснеженном парке в горках. Как передать глубокую скорбь Сталина об ушедшем Ленине? Можно ли, правильно ли показать слезы скорби, оросившие его глаза? Да, можно, и нужно, ибо Сталин — воплощение всех лучших качеств советского человека!

Мне хотелось, чтобы и в фильме ощущался живой Ленин, как ощущаем его живым мы все, как ощущает его Сталин, из уст которого я слышал, что Ленин жив и всегда будет жить с нами в его делах. И образ живого Ленина возникает на экране, когда Сталин сидит в своем кабинете, как бы мысленно беседуя с великим вождем.

Как тщательно и много работали мы с артистом М. Геловани, которому выпала честь воплотить образ товарища Сталина, шлифуя каждый жест, каждую деталь, каждый оттенок речи!

И вот фильм окончен. С каким волнением ожидал я суда товарища Сталина, которому посвящен весь фильм «Клятва»! Каждый, кто прочтет эти строки, поймет мое состояние. Я не мог ни о чем думать, не хотел ни с кем говорить, сидя дома оценивая достоинства и недостатки и то приходил к выводу, что все в нем правильно и сильно, то — наоборот, сделано неверно, слабо, слишком слабо. Наконец мне сообщили, что товарищ Сталин одобрил картину, что она получила высокую оценку. Легко представить, что стало со мною. Все пело и ликовало во мне, казалось, будто я помолодел на десятилетия...

Но я знаю, что если фильм «Клятва» пользуется огромным успехом среди десятков миллионов советских зрителей и трудящихся многих стран мира, то это вызвано той огромной любовью, которой окружено имя товарища Сталина, вечно живое в сердцах советских людей, воодушевляющее всех честных борцов за правду во всем мире. Мы знаем, что далеки от совершенства все наши попытки воспроизвести образ великого Сталина в искусстве, даже средствами самого синтетического из искусств — кино, объединяющего огромные выразительные возможности театра, живописи, музыки и сообщающего им новые впечатляющие качества. Но с каждой новой работой в этой области все богаче становится наш опыт, все полнее и многограннее раскрываются на экране черты величайшего гения человечества.

Этому посвящена и последняя моя работа — фильм «Падение Берлина», сценарий которого написан также в тесном содружестве с писателем П. Павленко. В нем мы стремимся продолжать и развивать творческий метод, положенный в основу фильма «Клятва».

Фильм «Падение Берлина» задуман как большое эпическое полотно, рассказывающее, на основе стройного сюжетного повествования, не только о взятии Берлина, но и о том, что предопределило нашу победу — повествование о советских людях, детях Октября, воспитанных Сталиным. Подобно тому, как в «Клятве» была показана советская трудовая семья и обобщающий ее образ — образ старой матери, в «Падении Берлина» такими обобщающими образами будут образы молодых людей нашей эпохи — носителей высоких идей гуманизма, свободы, демократии.

Центральным действующим лицом в фильме «Падение Берлина», как и в «Клятве», является товарищ Сталин — великий строитель мира социализма, гениальный творец Победы. Роль товарища Сталина исполняет лауреат Сталинской премии М. Геловани, которому материал фильма дает возможность раскрыть образ величайшего человека нашего времени еще более широко и многогранно, чем в нашем предыдущем фильме.

Еще рано говорить об итогах большого и напряженного труда всех участников создания этого фильма. Если мы сумеем добавить какие-то новые, существенные штрихи к тому, что уже сделано в воссоздании на экране образа великого вождя, если фильм еще шире раскроет зрителю глубину и богатство внутреннего содержания образа величайшего человека вселенной — коллектив будет счастлив и горд тем, что внес свой скромный вклад в решение величайшей задачи нашего искусства — воплощение образа товарища Сталина.

Я отдаю все свое творчество народу. И, прежде всего, я обязан ответить на самое сокровенное желание народа — видеть вдохновенные и совершенные по форме произведения о самом родном и любимом человеке, мудром учителе, близком друге, гениальном вожде товарище Сталине.

Я сделаю все, что в моих силах, чтобы продолжать творческое решение величайшей и ответственнейшей задачи — через монументальные полотна наиболее исчерпывающе, волнующе и глубоко рассказывать человечеству о замечательных, ослепительно ярких, счастливых днях эпохи Великого Сталина.

РГАЛИ. Ф. 2581. Оп. 1. Дело 177.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera