Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Человек, свободный от профессии
О нереализованном фильме Кулешова

<...>
Однако вскоре после критики «Аэлиты» на свет появился сценарий, о котором В. Шкловский вспоминал в книге «Их настоящее»: «Моей школой сценариста кроме кинофабрики был коллектив Кулешова. У Кулешова уже был сценарий. Меня позвали этот сценарий „лечить“, причем, так как я был в ссоре с производственной организацией, делать это я должен был безыменно. Мы сидели в комнате Кулешова, в которой стоял отдельный счетчик и висели такие сильные электрические лампочки, что она напоминала ателье, где на полу стоял постоянно разобранный мотоцикл, а на круглом шкафу сидел, поджав лапки, серый кот. В этой комнате было столько народу, что в ней нужно было бы поставить скамейки, урны МКХ и посыпать пол песком. На тройном диване, с бородой и трубкой, лежал Тройницкий, на другом диване — зарастающий бородой Галаджев. Хохлова — высокая, с сухими волосами, эксцентричная, сдержанная; голубоглазый помощник режиссера Свешников, который мог достать для съемки все и никогда не рассказывал, как он достал. И вот в этой компании со стопроцентным немцем Фогелем, который пел дома „Вниз по батюшке, по Рейну“, и с сухим, крупным Комаровым мы писали эксцентрический сценарий. Я переделывал его столько раз, что уже забыл его название».[1]


Название, как и сам сценарий, менялось многократно: «Человек, свободный от профессии», «Далекий город», «Сон в зимнюю ночь», и, наконец, «Фунтик». Но удивительно было не то, что сценарий переписывали и изменяли его название, а то, что задуман он был Кулешовым в расчете на Игоря Ильинского, который должен был исполнять главную роль. Это подтверждает и один из вариантов названия («Карьера Ильинского»), и фамилия героя Ильинский.

Лев Кулешов


Нет никаких сомнений, что идея создать фильм с Игорем Ильинским родилась у Кулешова именно после просмотра «Аэлиты», где актер впервые появился на экране.[2] У Протазанова Ильинский, работавший в театре Вс. Мейерхольда, снимался вместе с актерами разных школ: премьером Камерного театра Н. Церетели, воспитанником Е.Вахтангова Ю. Завадским, артистом МХТ Н. Баталовым. Кулешов, который всегда подчеркивал, как важно для него работать с актерами, подготовленными по его, кулешовской, системе, сразу включил Ильинского в круг своих исполнителей. Вместе с Ильинским в «Фунтике» должны были сниматься, тоже под своими именами, как это было принято в двадцатые годы, Александра Хохлова, Владимир Фогель и Сергей Комаров, через год составившие блестящее трио в фильме «По закону».


Проект не был осуществлен, Ильинский никогда у Кулешова не снимался, зато успешно снимался у Протазанова. Картины с его участием — «Закройщик из Торжка», «Процесс о трех миллионах», «Праздник святого Йоргена» — были невероятно популярны. В конце 1920-х Кулешов сделал еще одну попытку привлечь Ильинского на свою сторону. Он написал заявку на приключенческий фильм, где актер должен был участвовать в гонках на автомобилях, летать на самолете и стратоплане, прыгать с парашютом и выполнять, таким образом, массу трюков, связанных со всевозможными новейшими техническими изобретениями, которые Кулешов так любил. Однако и этот замысел остался нереализованным. По сию пору имя Игоря Ильинского как киноактера ассоциируется не с режиссурой левого направления, а с именем Якова Протазанова «традиционалиста» и даже «реакционера», как его порой называли.


Можно говорить о том, что Ильинский привлек Кулешова как актер, обладающий особой выразительностью, эксцентричностью, умением владеть жестом и движением, то есть теми качествами, которые так ценил режиссер в своих «кинонатурщиках». Но в Ильинском была еще и какая-то особенность, отличавшая его от всех отечественных эксцентриков того времени. В нем было что-то от прошлой жизни, и это почувствовали и Протазанов, и Кулешов. Комическая внешность актера вызывала у зрителей смех, а не раздражение в отличие от изысканных манер и благородной внешности исполнителей прежнего Художественного театра, так любимых Протазановым, или некоторых членов кулешовского коллектива, и позволяла режиссерам выстроить желаемый образ человека из другого мира. Из того мира, который они оба хорошо помнили и который исчезал на их глазах.
<...>


Хохлова А.С. Протозанов и Кулешов: противники или союзники? // Киноведческие записки. 2008. № 88. С. 209–210.

Примечания

  1. ^ В кн.: Шкловский В. За сорок лет. М.: Искусство. 1965. C. 65.
  2. ^ Это подтверждает и сходство финалов фильма Я.Протазанова и сценария Л.Кулешова: и в том, и в другом выясняется, что все произошедшее с героями было всего лишь сном.
Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera