От картины к картине, на глазах зрителей взрослели и мужали его персонажи. После ряда эпизодических ролей, где его использовали в основном типажно, он нашел свою тему, свои образы. Никто, пожалуй, из артистов 30–40-х годов не сумел с такой убедительностью, привлекательностью, обаянием, как Николай Крючков, воплотить на экране образ молодого, но уже духовно зрелого, нравственно сформировавшегося современника.
Поэтому так любим он был зрителями, тем более, что играл почти без грима и везде как бы оставался самим собой. Хотя образы были разными. Можно ли здесь говорить о перевоплощении? На этот вопрос Л. Бояджиевой отвечал сам Николай Афанасьевич: «...перевоплощение состоит не в том, чтобы тебя не узнали, а в том, чтобы тебя непременно узнали в новом качестве... Перевоплощение — это когда меняются характеристики, но остается почерк художника, его личность, его видение мира».
Являлись ли герои Крючкова в какой-то мере идеализированными персонажами? Вероятно, да (вспомним время, когда эти герои создавались). Но точнее все-таки, думается, назвать их собирательными образами. Они вобрали в себя лучшие качества тех молодых, кто честно и самоотверженно, с верой в светлое будущее, строил новые города, работал в шахтах, защищал границу... а когда наступили грозные дни войны — бил врага на передовой, сражался с ними в окружении, с гранатами в руках бросался под фашистские танки. Чаще всего герои Крючкова не были рядовыми или, как тогда называли, «простыми советскими людьми». Это были незаурядные люди, подчеркивалось заслуженное ими ведущее положение среди других. С одной стороны, в этом сказалось, конечно, веяние времени, а с другой, — герои Крючкова были так умелы, активны, авторитетны, что кому, как не им, занимать посты вожака молодежи на стройке, начальника погранзаставы, бригадира трактористов. Но актер утверждал: «Не боги горшки обжигают». Каждый может стать таким.
И его герои были естественны, доступны, понятны и потому близки зрителям.
Первым из «повзрослевших» героев Крючкова стал секретарь горкома комсомола Андрей Сазонов в фильме Сергея Герасимова «Комсомольск» (1938). Он появлялся всюду, где необходимо его вмешательство, веское слово. Он все знал о каждом и обо всех. Безусловно, была угроза сделать образ заданным, схематично-идеальным. Но так не случилось, потому что зритель видел, какими душевными усилиями достигал этот человек самообладания в напряженные моменты, сколько внутренней энергии и воли требовали от него постоянная подтянутость, организованность, выдержка. Его внешний вид был тоже далек от облика неунывающего бодрячка. Он мог быть и хмур, мог выглядеть усталым, голос его охрип от постоянных речей на воздухе. На нем была поношенная гимнастерка и старая кепка с вздернутым вверх большим козырьком. Но он был романтиком в прекрасном значении этого слова.
По признанию режиссера Александра Иванова, на главную роль коменданта дальневосточной погранзаставы Тарасова в свой фильм «На границе» (1938) он пригласил Николая Крючкова потому, что актер «приглянулся» ему в картине «Комсомольск». Имелись в роли Тарасова традиционные для подобных персонажей качества и моменты. Но было и важное новое: Тарасов в исполнении Крючкова обладал проницательным умом, умел хорошо разбираться в психологии людей.
Знаковыми образами для первых десятилетий творчества актера стали Клим Ярко из комедии Ивана Пырьева «Трактористы» (1939) и сыгранный тремя годами позже Сергей Луконин в фильме Александра Столпера и Бориса Иванова «Парень из нашего города», в основе которого лежала известная пьеса Константина Симонова. Клим Ярко появлялся на экране и проходил через всю картину энергичным, волевым, уверенным в себе человеком с белозубой улыбкой, с песней, ставшей после фильма знаменитой: «Три танкиста, три веселых друга...» Демобилизовавшись из армии, он решил поехать в колхоз на Украину, где работала понравившаяся ему по портрету в газете трактористка Марьяна Бажан (М. Ладынина). Вчерашний танкист, Клим оказался мастером на все руки и этим завоевал не только сердце девушки, но и уважение колхозников. Крючкову удалось ненавязчиво показать привлекательные личные качества героя и тем самым искупить грехи надуманности и схематизма, содержавшиеся в сценарии. Если судить по названию пьесы и фильма «Парень из нашего города», Сергей Луконин задумывался почти как обобщенный, нарицательный образ (хотя отнюдь не лишенный индивидуальных черт). Актер психологически точно проследил этапы становления своего героя от юного возраста, от упорной мечты, столь характерной для значительной части молодежи 30-х, — стать военным, защитником Родины, до великолепного овладения танком, искусством боя и активного участия в сражениях Великой Отечественной войны. Образы Клима Ярко и Сергея Луконина пришлись по душе зрителям. Множество молодых людей хотели и старались быть такими, как эти герои.
В самый канун войны Крючков с успехом снялся в роли совершенно иного плана — в комедии И. Пырьева «Свинарка и пастух» (1941) — сыграл колхозного конюха Кузьму Петрова, недалекого, самовлюбленного деревенского пижона, неудачливого сердцееда, но отличного гармониста и частушечника. Сыграл с озорством, весело.
Напряженно работал актер в дни войны. Капитан Сафонов, подразделение которого мужественно отстояло натиск врага, находясь в полном окружении («Во имя Родины», 1943, реж. В. Пудовкин, экранизация пьесы К. Симонова «Русские люди»); гвардии лейтенант Сергей Горлов, героически отдавший свою жизнь в неравном бою с фашистами («Фронт», 1943, реж. братья Васильевы, экранизация одноименной пьесы А. Корнейчука); капитан 3-го ранга Борис Лихачев, один из славных защитников Севастополя («Малахов курган», 1944, реж. А. Зархи и И. Хейфиц) — вот неполный перечень ролей, сыгранных Крючковым в военное время. И в послевоенные годы тема человека в Великой Отечественной оставалась для актера одной из главных. Хорошо знакомый сегодняшним телезрителям майор Булочкин («Небесный тихоход», 1945, реж. С. Тимошенко) и сержант Мамочкин, до конца выполнивший свой долг разведчика («Звезда», 1949, реж. А. Иванов, экранизация одноименной повести Эм. Казакевича); старшина Кухарьков, погибший при защите Брестской крепости («Бессмертный гарнизон», 1956, реж. 3. Аграненко) и мудрый генерал, предоставивший юному Алеше Скворцову краткосрочный отпуск для поездки к матери («Баллада о солдате», 1959, реж. Г. Чухрай) — какие разные человеческие характеры, которые объединяет одно: любовь к Родине и готовность, если потребуется, пожертвовать собой ради ее свободы. Николай Афанасьевич не раз с гордостью говорил, что за свою жизнь в кинематографе сыграл военных всех званий и профессий. Он очень любил армию. И воины платили ему тем же, считая Крючкова духовно близким, своим артистом.
Парфенов Л. Николай Крючков // Кино России. Актерская энциклопедия. М.: Материк, 2002. С. 69-71.